Нефть по $100 за баррель. Что война на Ближнем Востоке принесет России

События вокруг Ирана могут взвинтить цены на нефть до 80-85 долларов за баррель. Что вполне может вызвать скачок цен на «черное золото» из России, убежден эксперт Финансового университета при правительстве РФ, ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков, с которым поговорил aif.ru.

28 февраля вооруженные силы Израиля нанесли «превентивный удар» по территории Ирана. После этого американский лидер Дональд Трамп подтвердил, что атака — совместная операция Тель-Авива и Вашингтона. Взрывы гремели в Тегеране, Исфахане, Керманшахе и других иранских городах. В ответ Исламская Республика нанесла удары по американским и израильским базам. Утром 1 марта Тегеран подтвердил гибель верховного лидера Али Хаменеи, с ним погибли его дочь, зять, внук и невестка. Кроме того, Исламская Республика заявила о гибели глава Минобороны Азиза Насерзаде, начальника генштаба Сейеда Абдолахми Мусави и других официальных лиц.

До ста долларов за баррель

«Иран сам по себе довольно крупный экспортер нефти, ежедневно он поставляет партнерам до 2 млн баррелей, — напоминает Юшков. — При этом внимание сейчас приковано к Ормузскому проливу — Тегеран подтвердил, что торговым судам разрешено проходить через эту артерию "до дальнейшего уведомления", а американские военные объекты в проливе по-прежнему считаются законными целями. Однако судоходство там явно будет нестабильно, а страховка судов, которые будут проходить по проливу, почти наверняка вырастет. Кстати, сам факт того, что судоходство в артерии сохраняется, говорит о том, что и сам Иран по-прежнему может экспортировать нефть. Иначе какой смысл открывать пролив, если твоя нефтяная инфраструктура уничтожена?»

Происходящее, впрочем, непременно отразится на ценах на нефть, убежден Юшков. Он прогнозирует, что при открытом Ормузском проливе они поднимутся до 80-85 долларов за баррель, а если пролив перекроют, могут подскочить и до сотни долларов за баррель. Что, разумеется, нанесет серьезный урон репутации самого Трампа, который в предвыборной кампании обещал снизить цены на бензин в два раза. Особенно неприятно это будет накануне выборов в Конгресс, намеченных на ноябрь этого года.

«Для России, впрочем, глобальное подорожание нефти выгодно, — считает эксперт. — Во-первых, повышение глобальных цен вызывает подорожание нашего сырья, что еще важнее на фоне падения нефтегазовых доходов. Это же, кстати, может благоприятно отразиться на курсе рубля. Во-вторых, Тегеран почти всю нефть поставляет на китайский рынок, где мы с Ираном конкурируем, и Пекин может попытаться переключиться на российское "черное золото". Сейчас оно идет с хорошей скидкой, но ведь в будущем эту скидку можно будет и уменьшить? Это, кстати, подтверждает версию о том, что Штатам выгодно сократить экспорт нефти из Ирана так же, как это было в Венесуэле, лишив Пекин — своего стратегического противника — дешевого сырья».

Риски для ОПЕК

Удары Израиль и Соединенные Штаты наносили по военной инфраструктуре Ирана, однако в дальнейшем Вашингтон вполне может начать бить по портам, месторождениям и системам хранения нефти, не исключает эксперт. И, безусловно, риски для России тут тоже есть, учитывая стремление Белого дома сменить в Исламской Республике власть.

«Установление прозападного режима в Тегеране приведет к тому, что санкции с Ирана снимут, туда придут иностранные компании и инвесторы, а добыча нефти будет увеличена, — поясняет Юшков. — Разумеется, в таких условиях страны ОПЕК+ сдерживаться тоже не будут, резко нарастят добычу сырья, что попросту обрушит глобальные цены. Пытаются ли США взять под контроль ОПЕК? Я бы так не сказал. Главная цель Вашингтона — не дать дешевой нефти из Ирана приходить в Китай, не допустить ее свободной добычи и помешать странам ОПЕК диктовать правила. Кстати, не стоит забывать, что Иран находится на втором месте в мире по запасам газа. Сегодня его поставляют на внутренний рынок, но снятие санкций вполне может привлечь зарубежные компании — в 2017 году, например, французская Total Energies подписала соглашение о совместной разработке одного из участков месторождения "Южный Парс". Такое внимание к иранскому газу России совсем не выгодно».