Двойное бремя: почему косметика и одежда в России подорожают на 20-30%

Как доначисления таможенных пошлин по товарам из ЕАЭС скажутся на бизнесе и россиянах, читайте в материале РИАМО.

Российский импортный бизнес столкнулся с новой реальностью: даже если товар легально ввезен в Казахстан или Армению, выпущен в обращение внутри Евразийского экономического союза (ЕАЭС) и уже доставлен в Россию, таможня может доначислить пошлины задним числом. Формальным основанием стало постановление правительства № 2240, но на практике речь идет о разрыве ключевого принципа «четырех свобод»: единства таможенной территории. Эксперты фиксируют рост нагрузки на маржу на 20–30%, сбои в платежах и переход бизнеса на прямой импорт из дружественных стран.

«Сюрприз» от ФТС: почему доначисляют сейчас, а не год назад

Бизнес столкнулся с новой практикой доначисления таможенных пошлин по товарам из ЕАЭС. Формально речь о применении повышенных ставок к продукции из недружественных стран на основании постановления правительства № 2240 и связанных актов. Даже если товар уже был выпущен в обращение внутри союза, таможня сейчас запрашивает подтверждение происхождения и доначисляет разницу задним числом. Это принципиальное отличие от практики 2023 года, где, по разъяснениям ФТС, статус товара союза закрывал вопрос, отмечает управляющий партнер компании «Frogent» Альберт Бодокия.

Проблема заключается в том, что ранее таможенные органы использовали диаметрально противоположный подход, потому такая практика стала для многих поставщиков сюрпризом, констатирует кандидат юридических наук, доцент юридического факультета Финансового университета при правительстве РФ Исмаил Исмаилов. К тому же нарушается один из ключевых принципов ЕАЭС — единство таможенного пространства, при котором любой официально импортированный на территорию любой страны товар признается товаром союза и не подлежит дополнительному обложению пошлинами. С точки зрения действующих норм таможенного кодекса ЕАЭС позиция таможенных органов не до конца логична, полагает юрист.

Три причины: бюджет, параллельный импорт и цифровой контроль

Причины такой ситуации лежат в нескольких плоскостях, считает Бодокия. Во-первых, бюджетный фактор: по данным самой системы контроля, доначисления по линии стоимости и происхождения дали десятки миллиардов рублей за 2024–2025 годы. Во-вторых, давление на параллельный импорт: схемы через ЕАЭС, которые позволяли заходить по минимальной ставке, сейчас последовательно закрываются. В-третьих, изменение контроля цепочек: интеграция ФТС и ФНС, а также запуск цифровых инструментов вроде СПОТ с 2026 года дают сквозную прозрачность движения товара.

«Основной ориентир заключается в том, чтобы таможенные пошлины поступали именно в бюджет той страны, где товар будет реально использоваться. Аналогичную практику мы уже можем наблюдать при реимпорте в Россию автомобилей, ранее ввезенных в страны ЕАЭС по действующим в этих странах условиям. Фактически сложные логистические маршруты и схема «серого импорта» использовались лишь для экономии на пошлинах и обязательных платежах. Цель таможенных органов вполне понятна — устранение возможностей обхода требований при поставке товаров, произведенных в недружественных государствах», — прокомментировал Исмаилов.

Как это работает на практике: постконтроль, пени и рост нагрузки на 30%

«На практике это выглядит жестко. Проверка возможна как на границе, так и в рамках постконтроля в течение трех лет. При отсутствии подтверждения происхождения доначисляется до 15–50% от стоимости плюс пени. По ряду категорий, например косметика или одежда, это дает рост нагрузки на 20–30 процентов и выше, что подтверждается кейсами 2025 года. Для бизнеса это означает прямое давление на маржу и перестройку логистики», — объясняет управляющий партнер компании «Frogent».

По словам Исмаилова, для некоторых категорий доначисления могут составить около 20–30%, особенно это будет ощущаться в сегменте одежды, парфюма и косметики. Также возможен рост цен на импортный алкоголь и сопутствующее сокращение ассортимента.

«При этом такая практика не совсем нова — мы уже видели аналогичные примеры доначислений в 2025 году в отношении импортированных из Казахстана косметических товаров западных брендов»

Альберт Бодокия

управляющий партнер компании «Frogent»

Правовой конфликт: ТК ЕАЭС против национальных разъяснений

Возможные разночтения в национальном праве и нормах ЕАЭС ведут фактически к конфликту норм, при котором приоритет отдается международному акту, обладающему большей юридической силой, то есть ТК ЕАЭС, отмечает Исмаилов. Такой резкий разворот правоприменительной практики ведет к правовой неопределенности и рискам для бизнеса, подчеркивает он. Ключевым ориентиром таможенных органов в вопросах доначислений, возможно, станет реальность ведения деятельности в стране изначального импорта: если товар ввозился исключительно для более льготного режима обложения пошлинами и потом в полном объеме реэкспортируется, то такой поставщик будет восприниматься как недобросовестный, указывает эксперт.

Письмо ФТС, на которое бизнес ориентировался ранее, не является нормативным правовым актом, потому пересмотр установленных в нем подходов — быстрый и безболезненный процесс с точки зрения нормотворчества, но очень болезненный для ориентированного на импорт бизнеса, считает Бодокия.

«Система становится связанной. Логистика, таможня и платежи больше не работают отдельно. По нашей практике, задержка оплаты может привести к потере слота и росту себестоимости на 15-20%, а проблема с происхождением блокирует не только поставку, но и расчеты», — отмечает он.

Платежи и логистика: как меняется цепочка изнутри

«Мы видим изменения изнутри, как платежный контур», — говорит управляющий партнер компании «Frogent».

По его словам, средний чек трансграничных платежей растет на 15–40%, поскольку пошлины закладываются в контракт. Усиливается дробление платежей, что подтверждается практикой работы с партиями и снижением среднего размера транша. Структура валют смещается в сторону юаня и турецкой лиры. Появляются задержки на 2–5 дней из-за дополнительных проверок и требований к документам. Банки и агенты уже запрашивают подтверждение происхождения как обязательный элемент. Компании переходят на прямой импорт из дружественных стран или ищут варианты достаточной переработки внутри союза. Параллельно растут расходы на комплаенс и подтверждение происхождения, в среднем на 15–20%, описывает ситуацию Бодокия.

Что в итоге для потребителя и бизнеса

Для потребителя эффект будет постепенным, считает эксперт по международным платежам. По чувствительным категориям рост цен составляет 10–30%, что совпадает с расчетами по ставкам и фактической нагрузкой на импортера.

«Основной риск для бизнеса сейчас не в самой ставке, а в ретроспективных доначислениях. Ошибка в документах может вернуться через год в виде существенных выплат. Рынок уходит от серых схем к более прозрачным моделям с более высокой стоимостью. Ключевым фактором становится не только цена товара, а подтвержденное происхождение и способность провести платеж без остановки»

Альберт Бодокия

управляющий партнер компании «Frogent»

По словам Исмаилова, потребление импортных товаров этих категорий (парфюмерия, косметика, одежда) заместить достаточно сложно, поэтому покупателям придется либо пересмотреть свой выбор в сторону более дешевой продукции (как отечественного производства, так и импортного), либо тратить больше. При этом вероятно, что на отечественные косметические товары и одежду ценник может вырасти при общем росте цен на рынке, высказывает предположение эксперт. В целом тренд на ужесточение контроля мы видим и в налоговой, и в таможенной сфере.

«При этом есть вполне реальные перспективы оспорить решения таможни со ссылкой на законность ввоза товаров на территорию ЕАЭС, особенно если часть товара оставалась в стране изначального ввоза, например, Казахстане или Армении. Это требует дополнительного закрепления на нормативном уровне или хотя бы четких разъяснений со стороны таможенных органов», — резюмирует юрист.