Как простые люди реагируют на коронавирус: сами вылечимся, не впервой

Последние две недели я каждый день открываю сайт ВОЗ, раздел «Ситуация с коронавирусом в Европейском регионе». Это теперь мое любимое чтение.

Там очень все интересно. фото: АГН «Москва» Приводятся свежие данные по 50 европейским странам: сколько всего заболело, сколько умерло и сколько новых заболевших прибавилось в этой стране сегодня. Ну или вчера. Можно посмотреть количество подтвержденных случаев на любую дату.

Каждый день я надеюсь увидеть на сайте, что количество новых заболевших перестало расти. Это будет значить, что распространение коронавируса удается тормозить.

Но оно не перестает. Неумолимо растет общим числом по Европе. И по отдельным странам тоже растет. И от этого очень неприятно. Потому что неизвестность. Не видно света в конце туннеля.

На выходные мы всей семьей уезжаем на дачу. Довольно далеко от Москвы — 100 км.

У нас там рабочий поселок. Продавщица Таня в частном магазинчике – давний мой друг. «Неужели действительно вот так прямо всех выкосит?» – спрашивает она.

Я москвичка. Журналист. Обладаю информацией. Должна знать, выкосит или не выкосит.

А я тоже не знаю. Никто не знает.

В поселке закрывают больницу – единственную на весь район. Как стационар она уже давно не работает, но один врач-терапевт ведет все-таки прием. В день принимает по 58 человек. Каждого выслушать, занести жалобы в компьютер. «Чтоб лечить, у него и времени не остается, — говорит Таня. И делает неожиданный вывод. – Поэтому что нам какой-то вирус? Нас тут ни от чего не лечат. Сами вылечиваемся. И от вируса этого сами вылечимся. Чай не впервой».

Рассказывает, что прочла в интернете рецепт: от коронавируса будто бы помогает курение и алкоголь. Ну этого добра в поселке хоть завались. «А секс? – смеюсь я. – На стороне? По логике тоже должен тогда помогать».

Масок в поселковой аптеке нет уже давно. Но перчатки резиновые пока есть. Местные жители еще не догадались ходить в магазины в перчатках. Они, впрочем, и маски не носят. Стесняются. Это же вроде как слабость проявить. Надел маску – значит, боишься заразиться.

Боятся слабые. Сильные люди не боятся. У нас в поселке все сильные.

Разобрали в супермаркете сахар, крупы и уксус. Но не дотла. Кое-что осталось.

«Главное, не смотреть телевизор, — говорит Таня. – Особенно вечером. А то очень страшно. Заснуть потом не могу. Вчера показали легкое больного. Такое жуткое, как будто его собаки изгрызли».

Хорошо, что я не смотрю телевизор.

Но у меня интернет. Там тоже очень страшно. Один сайт ВОЗ чего стоит.

13 марта в Италии прибавилось 2,5 тысяч больных коронавирусом. 14 мая – плюс еще 3,5 тысяч. 15 мая – еще 3,6 тысяч.

В Испании динамика за те же дни: 1,3 тысячи, 1,5 тысяч, 2 тысячи.

Во Франции: 785 человек, 839 и вдруг 15 марта жахнуло – плюс 1,4 тысячи за один день.

Ужас. Горшочек, не вари.

Устойчиво снижается прирост заболевших в последние три дня только в двух странах – Дании и Швеции. Но делать выводы о том, что там нашли какие-то правильные способы борьбы с коронавирусом, пока рано. Хотя очень хочется. Тем более, у нас такая борьба еще толком даже не начиналась. На всю Россию всего 63 подтвержденных диагноза. По сравнению с другими странами – вообще не о чем. Что тоже беспокоит, конечно.

Почему у всех так много заболевших, а у нас так мало?

Два варианта ответа: 1) потому, что наши службы очень быстро вычисляют и изолируют носителей коронавируса; 2) наши медики просто не диагностируют заболевших, потому что нет тестов, а так-то их тоже тысячи.

Ближайшие недели дадут ответ на этот вопрос.

Очень не хочется, чтоб это был второй вариант.

Пожалуйста, пусть окажется первый.