Путь через Надежду: спецкор «Вечерней Москвы» передает из Донецка

Пока мир ждет третьего этапа переговоров российского и украинского лидеров, Российские войска освобождают города и села ДНР. Редактор службы новостей Кирилл Васильев передает из непокоренного Донецка.

«Ростов — Главный». Поезд пустеет под взаимные пожелания счастья, удачи, здоровья. Там, куда нет-нет да и залетают шальные снаряды, без этого никуда.

...Указатели за окном машины ведут сухой протокол. «Таганрог — 12, Мариуполь — 136» Там, за 136 километров, Российские войска вместе с дончанами убедительно аргументируют: республика должна быть свободной.

«Надежда — 0,5». Заманчивое название. Но стрелка указывает вправо. Мне же — до границы, без поворотов. Поселок остается позади.

...Погранпункт «Успенка», ДНР. Десяток с лишним человек выбегают из подъехавшего автобуса, торопливо хватая сумки. Пассажиры — женщины и дети. Это первая партия беженцев из Горловки. 3 марта там началась эвакуация. Уже завтра автобус Сергея Касьяненко привезет следующую группу тех, для кого жизненно важно уехать в безопасную Россию.

...Взять такси, по московской привычке, здесь сложно — практически нет водителей. Мужчины, способные держать оружие, в армии. Повестка пришла и Сергею Касьяненко. В солдаты он не ушел: 63 года, инвалидность второй группы. Родине помогает иначе — возит беженцев. Еду с Сергеем до Харцызска. Оттуда можно пересесть на автобус в Донецк или поймать попутку. Но с этим могут возникнуть трудности.

— Смотри! — палец Сергея показывает на обочину. Там стоит человек в «цифре». В руках автомат — тревожный маркер. — В пяти километрах отсюда уже Украина. Чей он — издалека не разберешь. Я рисковать не хочу, у меня жена, дети...

По пути останавливаемся у поста полиции. Здесь дежурят сотрудники военкомата: проверяют документы у мужчин призывного возраста. От армии спасает лишь российская прописка.

...В Донецк доезжаю на автобусе, случайно остановившемся у поста ГАИ. Повезло. Денег не берут —просят честно написать о жизни здесь. А она здесь не останавливалась даже в 2014 году. Дончанка Алина Трощинская не уехала в 2014 году, не собирается покидать родину и сейчас.

—Я живу здесь с рождения. В 2014 году у меня еще не было детей, я не осознавала, во что это все может вылиться. Конечно, жить теперь нелегко: продуктов меньше, — говорит Алина. — Но нельзя упаковать детей, дом и землю в коробку, переехать и распаковать на чужбине. Мы ждем, что все образуется.

На улицах города то тут, то там —патриотические плакаты, на балконах растянуты флаги ДНР. Немало и российской символики. Дончане верят: от России во многом зависит их будущее и исход конфликта.

—Мы все это время надеемся на прояснение, светлое будущее. Детей растим, —делится дончанка Ярослава Елеева. — Нам страшно. Мы все понимаем, глядя на события, происходящие в мире. То, что сейчас идет на Украине, было в 2014-м у нас. Нас тоже бомбили, в город постоянно прилетали снаряды. Мы ждем прекращения огня и смертей с обеих сторон. Этого не хотят ни тут, ни там.

Город надеется, живет и дышит. И скоро его легкие наполнятся воздухом свободы.

ПРЯМАЯ РЕЧЬ

Алексей Кулемзин, мэр Донецка:

— Городские службы продолжают ликвидировать последствия обстрелов со стороны вооруженных формирований Украины. Сегодня Куйбышевским участком Донецкого управления по газоснабжению и газификации государственной компании «Донбассгаз» проводятся работы по восстановлению системы газоснабжения, поврежденной в результате обстрелов.