Вдовина убедили снять красные линии в 909 квартале Орла
В минувший четверг публичные слушания в управлении архитектуры Орла начались со скандала: при обсуждении перераспределения земельного участка в 5 квадратных метров на улице Чечневой на защиту городской земли пришёл зампред облсовета Михаил Вдовин. Он оказался противником любых изменений, сетуя, что городские земли раздаются, по его мнению, направо и налево. При этом – парадокс: ни один житель квартала не проявил интерес к данному вопросу.
Кругом земельные «прихваты»
Задача слушаний заключалась в том, чтобы узаконить так называемый «прихват» земли в 909 квартале одним из мелких орловских коммерсантов, для чего потребовалось убрать красные линии, которые были «нарисованы» в начале нового века ради планов построить трассу в интересах разрастающегося ГРИННа и его тогдашнего хозяина – Николая Грешилова.
К слову, на сегодня участок дороги построен. Однако выяснилось, что это не общественная территория, а собственность… многоквартирного дома на Чечневой, 3. И красные линии проходят прямо по земле жильцов. Маразм? Увы, его немало в Орле.
Ещё до начала публичных слушаний Михаил Вдовин и главный архитектор Мария Родштейн перешли на повышенные тона. Главный архитектор выступала за то, чтобы красные линии убрать. Депутат был категорически против. Чиновница настаивала: землю перераспределить в пользу предпринимателя, зампред – не менее категорично считал это лишним. Согласие никак не находилось, и к началу слушаний оба статусных лица изрядно разгорячились. И дело, конечно, было не в 5 квадратных метрах, а в принципе.
– Согласно проекту, предлагается красные линии отменить для того, чтобы не нарушать права и интересы третьих лиц. Кроме того, красные линии получаются бесполезны с той точки зрения, что реализовать строительство дороги в этих красных линиях невозможно, – начала публичные слушания Родштейн.
– А забор – за красными линиями? – вскочил с места Вдовин.
– Да, – ответила архитектор.
– Это нарушение? – тыча ручкой в карту, переспросил Вдовин. – Да, – вновь подтвердила Родштейн и тут же решила уточнить: а чьих прав нарушение, Михаил Васильевич?
– Это нарушение закона! Нарушение красных линий!
– Да у нас красными линиями полгорода обременено! – парировала архитектор.
– Кто осуществлял земельный контроль? Кто? Не обманывайте здесь людей! Я в прокуратуру напишу! – жестикулируя, грозил депутат.
– Так!.. – положив обе руки на стол, возмущённо воскликнула Родштейн. – Когда была утверждена документация? Неси архивные документы! Бегом! – обратилась она к одному из своих подчинённых.
Тем временем Вдовин продолжал:
– Красные линии нарушаются?
– Нет!
Жаркую полемику было слышно даже за пределами небольшого зала горархитектуры, и столпившиеся орловцы, которые пришли по другим вопросам, то и дело растерянно заглядывали. Тем более, было решительно неясно, почему и что за интерес к довольно обыденному событию проявляет сам зампред облсовета.
– У меня создаётся впечатление, что вы заинтересованы ! – обвинил в итоге архитектора Вдовин. – Стоят на красных линиях строения?
– Стоят! – подтвердила Родштейн.
– А кому это разрешено строить на красных линиях?!
Вопрос, который, казалось, был на засыпку чиновнице, оказался обличительным, но не так, как ожидалось.
– Красные линии были установлены после того как было построено строение. Это мы обременили этот участок, установив красные линии! Мы вогнали объект в красные линии!
– Здесь должны были двигаться автобусы по кольцу! Был проект, чтобы разгрузить 909 квартал! – сокрушался Вдовин.
– Но теперь там земля многоквартирного дома! – парировала Родштейн.
– Но мы отдаём землю в пользу коммерсанта! – возмущался зампред.
– А что, они не имеют права работать и зарабатывать? В кодексе написано, что они имеют право на это.
– А-а-а, поня-я-ятно! – протянул зампред.
– Что вам понятно?
– Прирезаем участки, вот что! – развёл руками депутат.
– Хорошо. Что мы будем делать?! Отбирать участки у жильцов? – спросила архитектор.
– Вы землю раздаёте! – обхватывая голову, резюмировал Вдовин.
Зампреда понять было можно: по всей Орловской области скандалы с землёй, уходящей почему-то почти всегда в пользу известных лиц, не прекращаются на протяжении всей политкарьеры Вдовина. А ей уже больше четверти века! Но и у главного архитектора была своя правда.
– Это по закону положено! Есть статья, которая предполагает перераспределение земли! Я каждый день бабушкам и дедушкам перераспределяю землю! У них у всех прихваты земель! Ку-чи! Каждый день постановления штампуем! 90% участков прихвачены! – пыталась прояснить ситуацию Родштейн.
– Зачем вы всё это узакониваете?
– Для этого целую статью ввели в Градкодекс! Дали возможность людям узаконить их прихваты.
– Посмотрите на ситуацию рядом с ОГИКом! У вас всё по закону, только посмотрите кругом! Во что город превратился!
…В зале повисла тишина. С одной стороны, каждый из присутствующих прекрасно знал о той афёре, которую провернули с землями около института ради строительства многоэтажки, и понимали, что строить там изначально многоквартирный дом было нельзя. С другой стороны, кроме Вдовина, чиновников да двух журналистов, в зале никого и не было.
Нарушать нельзя. Перераспределить!
После небольшой передышки слово вновь взял Вдовин:
– Красные линии мешают вам реализовать просьбу коммерсанта?
– Красные линии нужны были для того, чтобы построить дорогу в будущем. А дорогу здесь уже нельзя построить – там стоит многоквартирный дом!
– Закон никому нельзя нарушать! Никому! Это самозахват!
– Это самозахват, я не спорю, но для этого ввели в кодексе статью, которая позволяет это узаконить, если есть такая возможность! – пояснила Родштейн.
– В результате вы удаляете красные линии!
– Да! И на что это влияет?
– Я буду разбираться!
– Да ни на что!
В зал ввалился молодой сотрудник архитектуры с картами, но они оказались не тем, чего ждала от него начальница.
– Больше ничего нет! – заверил он.
– Есть! – грозно ответила архитектор, и молодой человек снова скрылся.
Хотя новые документы пока не появились, Родштейн приоткрыла завесу того, откуда появились красные линии, ставшие причиной конфликта между чиновницей и депутатом.
– Ранее разработчики проектной документации от корпорации ГРИНН в своих интересах планировали построить большой торговый комплекс с бассейнами и так далее. Они имели… определённое влияние и они нарисовали этот… космический проект! Установив красные линии. Но в настоящий момент жильцы многоквартирного дома на Чечневой, 3 уже установили границы своего дома, которые, кстати, совпадают с инвентаризацией 1980-х годов. И вся дорога попала в границы многоквартирного дома. Изъять землю у дома невозможно. А значит, рисовать там дорогу разработчики просто не имели права!
– Но проблема закольцовки движения остаётся! – настаивал Вдовин.
К слову сказать, оказалось, что проблема строительства дороги имеет теоретическое решение: можно перенести красные линии, выкупив множество гаражей у местных жителей. Тогда дорогу можно построить рядом. Но всё упирается в деньги.
– Ну, только если мы изымем три ряда гаражей. Вы нас поддержите? С людьми будете разговаривать, чтобы они не возмущались?
– Ну, по 5 млн всем дадите за гараж?!
– Знаете, последнее изъятие в рамках КРТ на Наугорке показало, что гаражи выкупаются по 200 тысяч. Думаю, люди на Чечневой, 3 будут не очень рады таким выплатам.
– Закон нельзя нарушать!
– Михаил Васильевич, дайте команду! Пойду штрафовать весь Орёл! Всех!
– Да при такой политике пол-Орла оказалось в частных руках! Город превратили в шалман!
– В частных руках он оказался, потому что в 1990-е продавали всё подряд! – парировала Родштейн.
«Главное в публичных слушаниях – не выйти на самих себя»
Наконец, схема, карты и документы к ним нашлись на пожелтевшей от времени бумаге, на который ещё вручную были написаны десятки страниц пояснений.
– Вот он, участок! – показала документ архитектор.
– Там вообще дороги не должно быть! – взглянув на карту, прошептала секретарь заседания. – Это какой год? Там всё на коленке делали, коллеги! – сменил тон Вдовин.
– Это «на коленке» вообще-то теперь имеет законную силу! – покачала головой Родштейн. – Стоп, Михаил Васильевич, это делалось в какие времена? Сейчас посмотрим! Это 2004 год!
Именно тогда городские власти межевали землю под будущий многоквартирный дом на Чечневой, 3.
– Я там есть? – скромно спросил Вдовин.
Вопрос, к слову, был далеко не риторическим: те, кто постарше, помнят, что тогда Михаил Васильевич был депутатом Орловского горсовета.
– Соколов, Жеглов, Сонина, Логвинов, Фомин, Наумов, Шикалова… – перечислила фамилии Родштейн. Вдовина в списке не оказалось.
– А кто тогда архитектуру возглавлял? – спросил Вдовин и через мгновение сам себе ответил: Валерий Фомин.
К слову, Валерий Фомин был снят с должности в 2006 году после решения суда, который признал его виновным в злоупотреблении должностными полномочиями.
– Михаил Васильевич, главное в публичных слушаниях – не выйти на самих себя, – засмеялась Родштейн. – Думаю, что реально здесь в 2014 году, когда ГРИНН рисовал под себя документацию по планировке территорий, он действовал незаконно. Именно тогда и были нарушены права и предпринимателя, и жильцов Чечневой, 3.
То есть, по сути, при планировании не были учтены материалы инвентаризации 1980-х годов, по которой там планировался многоквартирный дом.
На этом обсуждение было окончено. Казалось, тупиково. Уже на выходе я спросил депутата: разве в данной ситуации неправильно то, что в данном случае красные линии нужно убирать?
– Закон нельзя нарушать, – устало не согласился зампред облсовета.
Однако это была не точка.
«Черт с ним!»
На следующее утро Михаил Вдовин и Мария Родштейн выехали на место, чтобы до конца разобраться в ситуации и, вероятно, сравнить то, что изображено на схемах, и в натуре.
– Я поменял своё мнение. Красные линии действительно провели уже после постройки объектов. Ладно, чёрт с ним! Интересы ничьи, кажется, не затрагиваются. Всего 5 метров получается увеличение. Ну и Бог с ним! Ведь по факту предприниматель пользовалась этим участком 30 лет, – заявил Вдовин ОрелТаймс после осмотра участка.
При этом депутат подчеркнул, что, по его мнению, здесь «налицо» кадастровая ошибка, которую нужно исправлять. Заключается она в том, что дорога принадлежит, как говорит народный избранник, жителям, а не мэрии. А пользуются-то ею все.
– По факту эта дорога муниципальная, и юридически это должно быть так! Как дорогу там делали? Вот тогда надо было перемежевать земельный участок! – убеждён Вдовин.
Правда, в поиске путей решения этой проблемы Михаил Васильевич отправил нас к главному архитектору, ссылаясь на то, что он не специалист, и в тонкостях не разбирается.
Так или иначе, решили: рекомендовать красные линии убрать, предпринимателю притязания на 5 квадратных метров узаконить, а на дорогу предложить оформить публичный сервитут, чтобы исключить возможность ограничения доступа на неё со стороны жильцов.
В общем, оказалось – буря в стакане воды и горы недоверия к исполнительной власти. Но хотя бы в этот раз обошлись без прокуратуры…