Бей своих, чтобы… Михаил Ефремов как зеркало всероссийской пропасти

Если честно, не собирался что-то писать и как-то комментировать ДТП, которое устроил в Москве Михаил Ефремов.

Во-первых, Абакан все-таки страшно далеко от Москвы.

Во-вторых, комментариев по этому поводу за неделю было предостаточно, даже слишком.

В-третьих, Москва для Абакана — это практически другая вселенная, где живут совершенно другие по ментальности и укладу жизни люди.

Написал эту строчку и задумался: а другие ли? Судя по тому, что нам показывал в эти дни телевизор и вываливал Интернет, обертка там, может быть, и другая, но начинка…

27 мая 1989 года, выступая на Первом съезде народных депутатов СССР, Юрий Афанасьев, на тот момент — ректор Московского историко-архивного института, сказал по поводу «захлопывавших» Сахарова, Собчака, тогдашнего Ельцина депутатов, агрессивно-послушным большинством, что мы сформировали «сталинско-брежневский Верховный Совет».

Прошел 31 год, и мы, кажется, вернулись к тому, с чего начинали. Теперь считаем, что Сталин — эффективный менеджер. Брежнев — наше светлое и безоблачное прошлое. Ну, а агрессивно-послушное большинство по-прежнему делает все, чтобы ничего не делать.

Почему я вдруг об этом, если начал с устроенного Михаилом Ефремовым ДТП? Да потому, что наиболее ярко все вновь вылезло наружу именно в этой истории. Только теперь уже делегаты того съезда — все мы. И «захлопывание» тех, чья точка зрения расходится с мнением большинства (а его, как тогда, так и теперь, формирует исключительно начальство) — норма нашей жизни на втором десятке вставшей с колен России.

Понято, что Михаил Ефремов совершил худший поступок в своей жизни, перечеркнув все то светлое, что было связано с ним до этого. Но убийцей его, безусловно, может назвать только суд. Мы же живем в правовом государстве, как любят у нас постоянно повторять. Но точки и акценты расставляем почему-то без суда и следствия. Ну не может публичное осуждение и обсуждение жуткой трагедии переходить в травлю человека. Пусть даже в этом человеке на тот момент было совсем мало от образа человеческого.

То, что он сделал — это все-таки не предумышленное убийство. Формулировка ни в коем случае не оправдывает проступок. Но она и не подразумевает, что Ефремов в одночасье стал самым главным подонком нашей страны.

Происходящее сейчас вокруг этой истории больше всего напоминает, на мой, конечно, взгляд, какое-то мерзкое сведение счетов.

И кто их сводит?

Будем переходить на личности?

Я, пожалуй, от этого воздержусь. Позволю сказать немногое: зависть и какая-то непонятная злоба — вот что движет осуждающими сегодня Ефремова людьми. Ну, а как же! Кто из них (из тех публичных людей) мог себе позволить в последние годы жить так же прямо, как это делал Ефремов? Иметь свою, ярко выраженную гражданскую позицию. Говорить то, что думает. Сниматься в кино не потому, что за это платят, а потому, что сценарий и роль приличные. И даже, говоря по-русски, бухать так, как он!

К слову, пьянство у нас в стране, как бы государство ни старалось, вовсе не является предметом порицания, хотя еще со времен Михаила Горбачева его осуждают, периодически объявляя пьянству бой. Выигрывает в этих боях, правда, пьянство. А вот до чего оно может довести даже приличного человека, мы как раз и увидели на примере Михаила Ефремова.

А еще видим, как же все-таки у нас ненавидят успешных людей, которые делают свою жизнь и карьеру сами. Не лижут пятые точки и поднимаются по звездной лестнице без постоянных прогибов и поклонов. Может быть, эта ненависть и вызванное ею искреннее негодование в адрес Ефремова (а оно именно искреннее) как раз от того, что на самом деле эти люди понимают: они хуже этого актеришки, этого шута, который, впрочем, не прячется и не просит о помощи высокопоставленных своих поклонников, которые у него наверняка есть.

Понимаете, то что творится сейчас вокруг Ефремова, это уже даже не травля, это что-то адски адовое! Такое ощущение, что за смерть Захарова Ефремов должен ответить исключительно смертью. Однажды так уже затравили актера Владислава Галкина. Теперь очередь Ефремова?

И здесь я позволю себе привести цитату писателя Дмитрия Быкова, который некоторое время работал вместе с Михаилом Ефремовым. Вот как он прокомментировал то, что происходит сейчас в стране и в обществе: «Я понимаю, что сейчас так сложилось — все постоянно следят друг за другом: кто оступится? Сейчас оступаться нельзя, сейчас самое верное — вообще молчать…

Понимаете, я думаю иногда: в чем безысходность нынешней российской ситуации? После Сталина могла быть оттепель, после Брежнева могла быть перестройка. Но после того, что творится в России сейчас, я не представляю, возможен ли для нее какой-то реанимационный процесс, какой-то путь к обретению прежних ценностей. Все-таки тогда были какие-то табу, сегодня их нет абсолютно. Я совершенно согласен с моим любимым кинокритиком Еленой Стишовой: мы растеряли все хорошее, что у нас было. Да, мы стали хуже.

Понимаете, с человеком случилась трагедия: он ненамеренно убил. И то же слово — “трагедия” — применимо к судьбе Захарова, к страшной судьбе. Человек этот заслуживает хотя бы сейчас понимания, сострадания, уважения к смерти, чтобы не устраивать пляску на костях. Вы думаете, вы все безупречны? Нет, это не так. И если кто-то — как кажется им — недостаточно радикально осудил Ефремова, то делать из этого повод для травли — это что-то совершенно запредельное…

Та атмосфера, которая насаждается, тоже ужасна. Тот ад, в котором оказался, в который загнал себя Ефремов — это не дай бог, я злейшему врагу не пожелаю этого, потому что это грех и это его вина. Но почему же вы все время требуете, чтобы все его топтали…

При этом еще раз говорю: сделанное — чудовищно, случившееся — ужасно. Сколько раз хотите я это буду повторять. Но требовать отречения, как требовали при Сталине, — господа, ну опомнитесь вы немножко: если к каждому из вас присмотреться, там можно увидеть такое, что просто, знаете, волосы на голове дыбом встанут. Но это ладно, разумеется».

И к этому, кажется, уже просто нечего добавить. Я не оправдываю Ефремова. Его вина в том, что мерой его падения стала невинная человеческая жизнь. Но я и не осуждаю его. Это, надеюсь, сделает суд.

Я не участвую в этом брызжущем негодованием хоре еще и потому, что он начинает напоминать то безумие, с которым наша страна уже сталкивалась в 30-е годы прошлого столетия. Это происходит незаметно, маленькими шажками.

Но вы уверены, что при таком усердии эти шажки со временем не превратятся в уверенную поступь?

СКАЗАНО!

Актер Михаил Ефремов в обращении после ДТП с его участием. 12 июня 2020 года:

— Уже четыре дня прошло с этого проклятого понедельника. Я не знал, что сказать, да и сейчас не знаю. Не знаю, как и какими словами просить прощения у семьи Сергея Захарова. Но я все равно прошу, хотя знаю, что не простят.

Я, конечно, помогу им всеми средствами, если примут. И если поймут, ну, может быть, потом, что это не попытка откупиться, а попытка искупить. И, конечно, мне нет прощения от моей жены, от моих детей. Да и от всех тех, кто мне верил.

Вообще непростительно садиться по пьянке за руль. Когда в результате гибнет невинный человек, хороший мужик, мой ровесник. Когда горе такое в его семье.

Я не понимаю, как дальше жить. Знаю, многие думают, что меня как артиста будут отмазывать. Нет, отмазываться, включая какие-то свои связи или знакомства, я не собираюсь и не буду. Да и как тут отмажешься, когда все все видели. Да и я видел, когда проспался и отошел от шока. Слава богу, мама моя не увидела. Это не кино, назад уже ничего не перемотаешь. Конец, нет уже больше никакого Ефремова.

Предал я всех. Простите, пожалуйста. Больше сказать нечего.

Алексей КИРИЧЕНКО
Фото из открытых источников