Спартак Резицкий: «Я всего лишь сказал спасибо отцу»

Когда я впервые попал в Архангельск в 2000-м году, то раз десять слышал от собеседников, имеющих и не имеющих прямого отношения к культуре – «Резицкого ещё не слышал?! Ты что, обязательно сходи!». Но куда там… выборы, суета, да и не было в том июне у архангельских джазистов громких выступлений. Признаюсь, джаз – не самый мой любимый музыкальный стиль, в этом смысле я воспитан на бардовской песне и роке. Хотя в доме пластинки с джазом были, американская классика – Элла Фицджеральд, Луи Армстронг, Дюк Эллингтон – классический набор советского интеллигента. Жанр не то, чтобы запрещённый (ещё не хватало – «музыка угнетённых американских негров»), но и не рекомендованный к массовому потреблению, слишком эстетский. К народу его приблизили шахназаровские «Мы из джаза», но это уже начало 80-х, воспринималось как альтернатива полуподпольному року. А здесь такой культурный ажиотаж, причём на Русском Севере! Впрочем, как мне тогда объяснили, Резицкий больше на Западе выступает, дома его можно увидеть и услышать на «Днях джаза». Хотел пойти, но не успел. Умер Петрович. А «Дни джаза» живут, но для меня это уже не то… извините за привередливость. Как Высокого слушать в исполнении Харатьяна. И вот сын Спартак снял фильм. Не имея для этого специального образования, вообще первый опыт в кинематографе. Его имя тоже известно, но больше в связке с модельным бизнесом и постановкой массовых зрелищ. Я к подобным экспериментам отношусь скептически («опять сапог сточил пирожник»), уж извините за мосфильмовский снобизм. Но возможностью пообщаться не преминул воспользоваться. Как раз подоспел Шестой Arctic open с премьерным показом «Владимир Резицкий: Джаз-Архангел». Специально не смотрел до личной встречи, хотя принято наоборот. Со Спартаком мы уже встречались на кинофестивалях (он отвечал за постановку открытий-закрытий), поэтому обошлись без лишних политесов. Сразу в лоб спросил – чего в кино понесло, образование какое? - Я – режиссёр-самоучка, за плечами колледж культуры без диплома. Ещё было поступление на актёрский в Щукинское училище. Но там только очное обучение, а я уже работал и не хотел бросать. Есть расхожее мнение, что дети деятелей искусства след в след повторяют родительский путь… типа им одна фамилия все двери открывает. Это верно только отчасти, путь Спартака Резицкого тому подтверждение – в его «портфолио» лишь полгода обучения по классу электрогитары. Я постеснялся интересоваться – он сам так решил, или отец посоветовал «сынок, у тебя своя дорога». Интересуюсь, чем же таким интересным ты занимался в Архангельске, что махнул рукой на московскую актёрскую жизнь. «Щука» совсем не гарантирует карьеру в столичном театре, но всё-таки пять лет весёлой тусовки в престижнейшем творческом вузе. - Ставил мероприятия… в то время это называлось «режиссура массовых зрелищ». В том числе, нестандартные дефиле, уже был плотно связан с миром моды. Наверное, это тоже наследственное, отец в своих выступлениях часто использовал театрализацию, хотя специально этому не учился. Ещё поездил по фестивалям и гастролям с перкуссиями (музыкальные инструменты, производящие различные звуковые эффекты с помощью ударов или тряски). И это настоящая творческая жизнь. А она затягивает… Представляю, как чувствовал себя школьник Спартак с таким известным отцом, чья фамилия была на слуху у всего провинциального Архангельска. Даже не знаю с кем сравнить по московским меркам. И вдруг слышу: - Да нам с сестрой постоянно за это прилетало, от нас ждали чего-нибудь такого… Кстати, и Архангельск совсем не провинциален по духу, мы тогда были открытым окном в Европу, к нам первым всё модное приходило. Нет, папа нам не помогал в профессии, сестра работала педагогом, а потом перешла в статус домохозяйки, в чём чувствует себя вполне комфортно. Мне отец иногда помогал своим участием в показах. - А ведь можно подумать… - Вот-вот, многие думают, что Резицкий-старший оставил после себя миллионное состояние. Это те, кто не знал его близко. На самом деле, отец был бессребреником и всё вкладывал в духовное развитие города – и силы, и заработанное, и здоровье. Последнее я понимаю… просто так так рано не уходят. - Папа ушёл в светлую даль, а я встал на тёмную сторону. - ?!! - Отец меня не отпускает. От него остался огромный архив, а это такая же огромная ответственность. Долго думал, что делать с этим наследством. Нет, не монетизировать, я ставлю перед собой только реальные задачи. Действительно, Спартак не похож на богатого наследника. Слишком худ и глаза горят совсем не алчным огнём. Его больше волнует то, что сегодняшняя архангельская молодёжь совсем не знает Резицкого. Фамилию где-то слышали, а вот чем занимался. И тут мы вплотную подошли к замыслу картины. - Это было логичным решением, что делать хотя бы с частью отцовского архива. Не многие знают, что он был одним из основателей фри-джаза. - Даже я не знаю, что это. - Тоже самое, что и фристайл – свободный стиль, только не на лыжах, а в музыке, максимальная свобода самовыражения. Время пришло вместе со 100-летием российского джаза, совпавшим с 40-летием «Международных Дней джаза в Архангельске», наверно главным осязаемым наследием Владимира Петровича Резицкого. Вы только представьте – в стране брежневский застой ещё не кончился, а в портовом почти закрытом городе проводят международные дни американской музыки. Борзость, граничившая с культурным инакомыслием. - Эти архангельские «Дни» тогда называли фестивалем искусств, - объясняет Спартак. - Там были и кино, и живопись, и танцы, абсолютно новаторская форма для своего времени. Причём часто андеграунд, то, что не рекомендовалось массовому зрителю. Представляю, через какие препоны продирались организаторы. Между тем, Лео Фейгин, известный в мире ценитель музыки и компаньон Севы Новгородцева по культурным программам на международных радиостанциях, называет фестиваль Резицкого «лучшим фестивалем в мире», это прозвучало в фильме. Признаюсь собеседнику, что его кино ещё не смотрел, поэтому пока не могу обсуждать его качество. Но интересуюсь – откуда деньги на такую масштабную работу. - Деньги, конечно, важны, но классная команда, собравшаяся на картине, по-моему, важнее. Я как раз занимался поиском денег и режиссурой. Как получилось то и другое – экран расскажет. Тут к нашему диалогу присоединяется Валерия Резицкая, дочь Спартака и внучка Владимира Петровича, взявшая на себя нелёгкий труд исполнительного продюсера картины (главного организатора съёмочного процесса). Семейное кино в чистом виде… там ещё младшая дочь снималась, а супруга Елена вообще занималась всем, до чего у остальных руки не доходили плюс создавала нужный микроклимат. - Мы очень хотели, чтобы фильм был понятен молодёжи, а это не в последнюю очередь современный визуальный ряд. Поэтому с особой тщательностью подбирали операторов. И тут нам повезло, нашли прекрасных профессионалов, постоянно проживающих в Японии и Англии, которые прямо на месте записывали интервью. Координировали работу через Zoom, представляете, какая это экономия! Причём на начало работы никто из иногородних в команде не знал про Владимира Резицкого, они познавали его в процессе. - Экономия – это хорошо. Ещё лучше окупить расходы на производство и даже что-то заработать, - вздыхаю я о наболевшем. - Мы и на это рассчитываем. Изначально не ставили перед собой задачу снять сугубо фестивальное кино или рассчитанное на регионального зрителя. История ведь неместная, многих заинтересовать может. А меня продолжает интересовать мотивация Спартака взяться за трудное и незнакомое дело. - После того, как фильм был смонтирован, супруга иронично спросила – «ну что, ягнята замолчали?». Я хотел этим фильмом сказать спасибо своему отцу. За себя. Без его примера я бы вряд ли стал работать с детьми, особенными в развитии, это его начинание. Да и в жизни не ставил бы во главу угла идею. - Можно было подхватить его фестиваль… - …что я и сделал на начальном этапе. А потом передал его другим людям, то, что они сейчас делают, ни хвалить, ни критиковать просто не хочу. Хотя каждый год у меня начинается осеннее обострение, ещё одна семейная шутка. - И как тебе в шкуре режиссёра? - Когда мне на этом Arctic open дали бейджик «Спартак Резицкий – кинорежиссёр», сначала даже засмущался… как присвоил себе это звание. Но сейчас чувствую – я на крючке и кино. - Значит, будет продолжение? - Посмотрим. P . S . Почти сразу после этой встречи я посмотрел «Владимир Резицкий. Джаз-Архангел». И залип на час перед экраном, хотя не отношу документалистику к своим любимым киножанрам. Дело не только в открытии абсолютно самобытного таланта северного джазиста, чьи сценические эксперименты напомнили любимую «Популярную механику» Курёхина, которой автор этих слов наслаждался в 80-х. Сама манера кинематографической подачи – без закадрового поясняющего текста, на одних интервью, ассоциациях и архивном видеоряде, где связующей нитью младшая внучка Владимира Петровича Резицкого, гуляющая по Архангельску в поисках своего деда (так увидел замысел). А ещё представил, как ломились на джаз Резицкого в кафе и рестораны, где он выступал в советские время за отсутствием более значительных площадок. Творчество, совмещённое с едой-питьём… вот это было совсем не по-советски, как же идеологический отдел лопухнулся! И если Спартак Владимирович захочет продолжить свой более чем удачный киноопыт, то только в путь! Леонид Черток