Человек из города А. Астраханский декабрист, которого выгнали с каторги
377
Все-таки, астраханцы – удивительный и своеобразный народ. Порой в истории встречаются такие герои, что ни в сказке сказать, ни пером описать. Разве что на клавиатуре попробовать? Вот был, к примеру, в наших краях один декабрист. Точнее, декабристом он стал уже в столицах, но родился и вырос в Астрахани. Так вот, он стал единственным декабристом, которого выслали из каторжной Сибири… обратно в европейскую часть России. Случай абсолютно уникальный. Как говорится, таких даже в тюрьму берут неохотно.
Не вешающий нос гардемарин
Его звали Дмитрий Иринархович Завалишин. Коренной астраханец, родившийся 13 июня 1804 года в весьма благородной и знатной семье. Шутка ли, отец, Иринарх Иванович, был генерал-майором, шефом Астраханского гарнизонного полка, позже служивший генерал-инспектором путей сообщения. При таком-то родителе все дороги были открыты.
И поначалу юный Завалишин делал вполне приличную карьеру. Воспитывался в Морском кадетском корпусе Петербурга – а это была элита. Кадет, гардемарин, унтер-офицер, мичман. Оставлен преподавателем в корпусе – тоже пример благоволения судьбы в 17-летнем возрасте. Учит будущих моряков астрономии, механике, морской тактике.
В 1822 году участвовал в кругосветном плавании на фрегате «Крейсер» под командованием М. П. Лазарева – о таком остальным тоже приходилось только мечтать. Посетил Америку, изучал, как работают там российские купцы, и даже составил проект преобразования русско-американских колоний, к которым, по его мнению, должна была быть присоединена и часть Калифорнии.
А дальше – вернулся в Россию, и подался… в масоны.
То ли масон, то ли не масон
Ну, точнее, не совсем в масоны, хотя дело тут и не в терминологии. Дмитрий Завалишин решил учредить некий «Орден Восстановления» - тайную, полумистическую организацию, чтобы бороться со всем плохим за все хорошее. В то время такие романтические идеи редкостью не были. Завалишин даже подал самому императору просьбу о разрешении создания такого Ордена. Император особо поддерживать не стал, но, как пишут, и не воспрещал. Так Завалишин стал главой Ордена, но дальше дело пошло не слишком. Потому как приятель Рылеев привлек его к участию в «Северном тайном обществе». И попал, стало быть, Дмитрий Иринархович в декабристы. Хотя, сам первоначально таковым себя не считал. И формально в обществе не состоял.
Впрочем, это его не спасло.
Был в Симбирске, но отправлен в Сибирь
Вообще, когда декабристы стройными рядами вышли на Сенатскую площадь, Завалишин находился в отпуске, в Симбирске. Однако, это алиби таковым не стало. В январе 1826 года он был арестован, в тюрьме содержался вместе с Александром Грибоедовым, о котором потом много писал. Не совсем известно, в чем именно он сознался, что отрицал, но в итоге - обвинён в согласии с умыслом цареубийства и приговорён к каторжным работам в Сибири. Хотя и писал царю Николаю «изъясняя о своей невинности, просил лично быть представленным его величеству для открытия всей истины и доказать неприкосновенность свою к какому-либо преступлению».
Тяжесть дальнейшей его судьбы характеризуют скупые строки документов той поры. «Осужден по I разряду и по конфирмации 10.7.1826 приговорен в каторжную работу вечно, срок сокращен до 20 лет — 22.8.1826. Отправлен из Петропавловской крепости в Сибирь — 18.1.1827 (приметы: рост 2 аршина 41/8 вершков, «лицо смугловатое, глаза серые, нос посредственный, туповат, волосы на голове и бровях темно русые»), доставлен в Читинский острог — 24.2.1827, прибыл в Петровский завод в сентябре 1830, срок сокращен до 15 лет — 8.11.1832 и до 13 лет — 14.12.1835».
Изгнан из Сибири
Мы не знаем как Дмитрий Завалишин жил на каторге. По воспоминаниям других именитых арестантов той эпохи, таких как Достоевский, работа на заводах (говорили – в заводах) была очень тяжелой и изнурительной. Но известно, что по окончании срока, указом от 10 июля 1839 года, он был обращен на поселение в Читу. Тоже не мёд, конечно, но какая-никакая свобода. И здесь Завалишин приобщился к журналистике. Начал писать, да так, что не остановишь! Писал не только газетные материалы, но и, как утверждали современники, жалобы, предложения, советы, меры по улучшению и даже доносы. За что был неоднократно порицаем другими ссыльными, и обвинен в неуживчивости, гордыне и высокомерии.
Опять же сложно сказать, чем строптивому астраханцу приглянулась тогдашняя Сибирь, ведь после амнистии 1856 года, он мог бы вернуться восвояси. Но, не захотел! И продолжал писать статьи и памфлеты, разоблачающие злоупотребления местной власти и лично генерал-губернатора Восточной Сибири графа Н.Н. Муравьева-Амурского. Причем, умудрялся публиковать эти «скандалы, интриги, расследования» в таких серьезных изданиях, как «Морской сборник» и «Вестник промышленности».
Сначала Завалишину пытались запретить писать. Не слишком помогло. Тогда по представлению Муравьева-Амурского было высочайше повелено выслать смутьяна из Читы в Казань «под бдительный полицейский надзор». Власти считали пребывание его в Забайкалье опасным. Чем Завалишин был зело недоволен и даже протестовал.
Последний декабрист
В Казани экс-астраханец и экс-декабрист прожил недолго, вскоре получив разрешение перебраться в Москву. И там снова продолжил беспокоить власть своими публикациями. Хотя, наряду с критикой, писал и интересные исторические материалы, в частности, оставил сведения о жизни декабристов в Сибири. Автор уникальных «Записок декабриста».
Дмитрий Иринархович Завалишин умудрился пережить всех своих товарищей, почему и назывался в литературе «последним декабристом». Он дважды был женат, воспитал шестерых детей и ушел из жизни 5 февраля 1892 года. Похоронен в Москве.
Не вешающий нос гардемарин
Его звали Дмитрий Иринархович Завалишин. Коренной астраханец, родившийся 13 июня 1804 года в весьма благородной и знатной семье. Шутка ли, отец, Иринарх Иванович, был генерал-майором, шефом Астраханского гарнизонного полка, позже служивший генерал-инспектором путей сообщения. При таком-то родителе все дороги были открыты.
И поначалу юный Завалишин делал вполне приличную карьеру. Воспитывался в Морском кадетском корпусе Петербурга – а это была элита. Кадет, гардемарин, унтер-офицер, мичман. Оставлен преподавателем в корпусе – тоже пример благоволения судьбы в 17-летнем возрасте. Учит будущих моряков астрономии, механике, морской тактике.
В 1822 году участвовал в кругосветном плавании на фрегате «Крейсер» под командованием М. П. Лазарева – о таком остальным тоже приходилось только мечтать. Посетил Америку, изучал, как работают там российские купцы, и даже составил проект преобразования русско-американских колоний, к которым, по его мнению, должна была быть присоединена и часть Калифорнии.
А дальше – вернулся в Россию, и подался… в масоны.
То ли масон, то ли не масон
Ну, точнее, не совсем в масоны, хотя дело тут и не в терминологии. Дмитрий Завалишин решил учредить некий «Орден Восстановления» - тайную, полумистическую организацию, чтобы бороться со всем плохим за все хорошее. В то время такие романтические идеи редкостью не были. Завалишин даже подал самому императору просьбу о разрешении создания такого Ордена. Император особо поддерживать не стал, но, как пишут, и не воспрещал. Так Завалишин стал главой Ордена, но дальше дело пошло не слишком. Потому как приятель Рылеев привлек его к участию в «Северном тайном обществе». И попал, стало быть, Дмитрий Иринархович в декабристы. Хотя, сам первоначально таковым себя не считал. И формально в обществе не состоял.
Впрочем, это его не спасло.
Был в Симбирске, но отправлен в Сибирь
Вообще, когда декабристы стройными рядами вышли на Сенатскую площадь, Завалишин находился в отпуске, в Симбирске. Однако, это алиби таковым не стало. В январе 1826 года он был арестован, в тюрьме содержался вместе с Александром Грибоедовым, о котором потом много писал. Не совсем известно, в чем именно он сознался, что отрицал, но в итоге - обвинён в согласии с умыслом цареубийства и приговорён к каторжным работам в Сибири. Хотя и писал царю Николаю «изъясняя о своей невинности, просил лично быть представленным его величеству для открытия всей истины и доказать неприкосновенность свою к какому-либо преступлению».
Тяжесть дальнейшей его судьбы характеризуют скупые строки документов той поры. «Осужден по I разряду и по конфирмации 10.7.1826 приговорен в каторжную работу вечно, срок сокращен до 20 лет — 22.8.1826. Отправлен из Петропавловской крепости в Сибирь — 18.1.1827 (приметы: рост 2 аршина 41/8 вершков, «лицо смугловатое, глаза серые, нос посредственный, туповат, волосы на голове и бровях темно русые»), доставлен в Читинский острог — 24.2.1827, прибыл в Петровский завод в сентябре 1830, срок сокращен до 15 лет — 8.11.1832 и до 13 лет — 14.12.1835».
Изгнан из Сибири
Мы не знаем как Дмитрий Завалишин жил на каторге. По воспоминаниям других именитых арестантов той эпохи, таких как Достоевский, работа на заводах (говорили – в заводах) была очень тяжелой и изнурительной. Но известно, что по окончании срока, указом от 10 июля 1839 года, он был обращен на поселение в Читу. Тоже не мёд, конечно, но какая-никакая свобода. И здесь Завалишин приобщился к журналистике. Начал писать, да так, что не остановишь! Писал не только газетные материалы, но и, как утверждали современники, жалобы, предложения, советы, меры по улучшению и даже доносы. За что был неоднократно порицаем другими ссыльными, и обвинен в неуживчивости, гордыне и высокомерии.
Опять же сложно сказать, чем строптивому астраханцу приглянулась тогдашняя Сибирь, ведь после амнистии 1856 года, он мог бы вернуться восвояси. Но, не захотел! И продолжал писать статьи и памфлеты, разоблачающие злоупотребления местной власти и лично генерал-губернатора Восточной Сибири графа Н.Н. Муравьева-Амурского. Причем, умудрялся публиковать эти «скандалы, интриги, расследования» в таких серьезных изданиях, как «Морской сборник» и «Вестник промышленности».
Сначала Завалишину пытались запретить писать. Не слишком помогло. Тогда по представлению Муравьева-Амурского было высочайше повелено выслать смутьяна из Читы в Казань «под бдительный полицейский надзор». Власти считали пребывание его в Забайкалье опасным. Чем Завалишин был зело недоволен и даже протестовал.
Последний декабрист
В Казани экс-астраханец и экс-декабрист прожил недолго, вскоре получив разрешение перебраться в Москву. И там снова продолжил беспокоить власть своими публикациями. Хотя, наряду с критикой, писал и интересные исторические материалы, в частности, оставил сведения о жизни декабристов в Сибири. Автор уникальных «Записок декабриста».
Дмитрий Иринархович Завалишин умудрился пережить всех своих товарищей, почему и назывался в литературе «последним декабристом». Он дважды был женат, воспитал шестерых детей и ушел из жизни 5 февраля 1892 года. Похоронен в Москве.