Лианозовы — армянские олигархи Российской империи
Начало состоянию одной из богатейших семей императорской России положил уроженец городка Сигнах в Кахетии, Степан Мартынович Лианосян, который обосновался в Астрахани с 1862 года под фамилией Лианозов. Уже через год он учредил «Контору рыбопромышленной фирмы Лианозова» и фактически положил начало рыбной промышленности на Каспии. Получив от персидского правительства право на монопольную добычу рыбы в устьях рек, впадающих в южную часть Каспийского моря, Лианозов превратился в крупнейшего рыбопромышленника. В 1870 году он уже возвёл на набережной одного из астраханских каналов огромный роскошный особняк. А к середине 1870-х гг. фирма Лианозова имела на Каспии собственную флотилию, которая насчитывала 15 судов и успешно торговала солью, красной рыбой и икрой. Родной брат Степана — Георгий, присяжный поверенный Московского коммерческого суда, взял на себя заботу о производстве рыбных продуктов и их продаже. В числе наиболее успешных его предприятий — фабрика по производству чёрной икры на персидском берегу Каспия и сеть лианозовских магазинов в Москве, Петербурге, Париже. Торговля каспийской белужьей, то есть самой ценной икрой чуть ли не со средних веков, была сосредоточена в руках армянских семейств, неслучайно её так и называли — «армянская икра».
На нефтяной бум того времени Степан Лианозов ответил приобретением сразу шести нефтяных вышек на первом же аукционе по продаже участков в окрестностях Баку. И сразу же основал в 1872 году компанию под названием «Руно», к управлению которой был подключен и брат Георгий.
Георгий, вполне в духе времени, делами занимался дистанционно, почти не покидая Москвы. Здесь у него был особняк в Малом Гнездниковском переулке, в котором теперь размещается Министерство культуры. На аукционных торгах в 1872 году он приобрёл ещё один дом — в Камергерском. Часть здания отдал под магазины, а вот другую часть перестроил под театр, который горожане так и называли — Лианозовский. На его сцене давали спектакли труппа Фёдора Корша, частная опера Саввы Мамонтова, здесь можно было услышать итальянских звёзд Франческо Таманьо и Анджело Мазини, наконец, именно здесь в 1891 году москвичи впервые услышали голос Леонида Собинова… Для своего театрального зала Лианозов выписал из Европы отдельную электростанцию, таким образом, превратив его в самую современную сценическую площадку Москвы.
Настоящим увлечением Георгия Лианозова была охота. Во время одной из охот он попал в подмосковное имение Алтуфьево, окрестности которого произвели на коммерсанта настолько сильное впечатление, что он в 1888 году купил имение и построил на новых землях собственный дом, которым можно полюбоваться и сегодня. Однако, вовремя уловив новый тренд, буквально через пять лет Лианозов усадьбу продал и инициировал создание на тех же землях дачного товарищества на паях с однородным социальным составом. Обширные участки покупали представители московских предпринимательских и интеллигентских кругов, в том числе — Елисеевы и Вогау. Товарищество выпускало собственную газету и основало потребительское общество для снабжения дачников качественными продуктами. К услугам отдыхающих был также общественный парк и специально открытая железнодорожная станция Савёловской железной дороги. И станция, и посёлок получили имя основателя — Лианозово. По всем статьям это было роскошное дачное место сродни современной Рублёвке.
После кончины Степана Лианозова в 1894 году семейное дело перешло к его сыну, Георгию-младшему. Дядя во всём помогал племяннику. Наследники учредили «Благотворительный фонд имени Степана Лианозова». Приобретённый в Голландии для очистки водных артерий Астрахани землесос назвали «Память Лианозова», он работал в Астрахани до 1930-х гг. Суда каспийской флотилии Лианозовых ещё ранее получили «семейные» имена": «Степан», «Мартын», «Георгий»… А когда в 1912 году клан Лианозовых задумал масштабные поставки каспийской нефти в Европу, на Николаевских верфях было заложено нефтеналивное судно «Степан Лианозов».
Не оставлял Георгий Лианозов-старший своим попечением и нефтяное дело, стремясь и здесь не ограничиваться добычей, но заняться также и переработкой, и продажей конечного продукта. С целью строительства в Баку керосинового завода в 1896 году, он основал в Петербурге «Русское нефтяное общество», не забыв привлечь в него директора Горного департамента, Константина Скальковского, знаменитого знатока балета и фантастического взяточника.
После кончины бездетного астраханского племянника в 1900 году, Георгий Лианозов оказался во главе всех семейных предприятий и начал осуществлять свою давнюю мечту по расширению бизнеса за пределы России. Выхлопотав у правительства право аренды всех каспийских вод на 25 лет вперёд, он стал монополистом всего каспийского рыболовства. За этим последовали контракты с консервными заводами и магазинами Европы. Лианозовские рыбные промыслы неизменно получали первые награды и дипломы на всех возможных выставках, в том числе — золотую медаль на Международной рыбопромышленной выставке в Петербурге в 1902 году.
Из трёх сыновей Георгия Лианозова настоящим продолжателем семейного дела стал лишь один — Степан Георгиевич, он оказался настоящим олигархом, шагнувшим из большого бизнеса в мир большой политики. Неслучайно Джон Рид назвал его «русским Рокфеллером». Понимая, что для масштабного развития семейных предприятий и выхода на европейские рынки нужны немалые деньги, Лианозов-младший после смерти отца в 1907 году стал основателем и директором-распорядителем акционерного общества «Товарищество нефтяного производства Г. М. Лианозова сыновей». Товарищество вело разведку и нефтедобычу на новых участках, а также владело керосиновым и масляным заводами, керосино- и мазутохранилищами, нефтепроводом по берегу Каспия и нефтеналивной пристанью, нефтехранилищем в Батуми и прочими объектами.
К чести Степана Лианозова, он умел выстраивать партнёрские отношения и договариваться с конкурентами. Когда в 1912 году в Лондоне он создал Русскую генеральную нефтяную корпорацию (Russian General Oil Corporation) или просто «Ойл», в неё, наряду с финансистами и банкирами, вошли и другие нефтепромышленники: Тарас Белозерский, Гукасовы, Манташевы и другие. Основной капитал корпорации составлял 2,5 миллиона фунтов, а её интересы простирались не только на бакинские промыслы, но и на Оренбургскую область, Среднюю Азию и Чечню. «Этот трест произвёл полный переворот в русской нефтяной промышленности», — заявил известный экономист Вениамин Зив в 1916 году. Нефтяной мир отныне был поделён между тремя гигантами: «Ойлем» Лианозова, «Стэндарт ойл» Рокфеллера и «Роял Датч Шелл» Детердинга.
Целью Лианозова было не только привлечение инвестиций в отечественную нефтяную отрасль, но и налаживание надёжной торговли русской нефтью с Европой. Поэтому в том же году в Британии он основал British Lianosoff White Oil Company, во Франции — La Lianosoff Français, а в 1913 году, задумав продавать русскую нефть в Германии — Deutsche Lianozoff Mineralöl Import AG, при посредничестве которого было начато строительство нефтеперерабатывающего завода в Гамбурге. Планы Лианозова поддержали не только русские банкиры, но и европейские, например, банки Розенберга и Дрейфуса в Париже. Однако реализации задуманного помешала война.
Членов этой большой семьи развела большевистская революция. Степан Лианозов, активно сотрудничавший с Временным правительством после февраля 1917 года, в 1918-м бежал в Финляндию, где вошёл в так называемое Русское политическое совещание. Позднее перебрался в Эстонию и, сблизившись с Николаем Юденичем, стал сначала одним из членов, а затем возглавил сформированное в Ревеле Северо-Западное правительство. Много сил положил, чтобы добиться финансовой и военной помощи от англичан, прибалтийских правительств и финнов для борьбы с большевиками и организации похода на Петроград. После самороспуска правительства, в результате провала наступления Юденича на Петроград, в декабре 1919 года перебрался в Париж. Вместе с Леоном Манташевым, братьями Абрамом и Павлом Гукасовым, Николаем Денисовым и Павлом Рябушинским, Степан Лианозов создал Торгово-промышленный и финансовый комитет с целью помощи оказавшимся в эмиграции соотечественникам, а также для противостояния советской власти.
Тем временем его старший брат Мартын, с молодости увлекавшийся революционными идеями, в 1923 году вернулся в Россию из Персии и, то ли по причине убеждений, то ли из чувства самосохранения, в 1923 году официально передал СССР все права Лианозовых на каспийские рыбные промыслы, в том числе и на территории Персии (Ирана), одновременно подтвердив отказ от имущества в Москве. В благодарность новая власть дала Лианозову пост в «Главрыбе», ежемесячную субсидию в 400 рублей и комнату в общежитии — 11 квадратных метров на семью из трёх человек. Спустя несколько лет её всё-таки поменяли на отдельную квартиру.
В бурном 20-м столетии семье не удалось сохранить капиталы, но имя Лианозовых не исчезло с карты Москвы.