Реабилитации не подлежат... Предательство в годы войны не прощали никому
Текст: Сергей Зюзин (Барнаул)
"Я проявила малодушие..."
Уголовное дело против Марии Спирковой, жившей в селе Яново Сорокинского (ныне Заринского) района, было начато в апреле 1946 года. Она родилась в 1923 году в селе Большая Любань Чудовского района Ленинградской области. Летом 1941-го сюда пришли немцы. В ноябре 18-летняя комсомолка Маша Спиркова дала добровольное согласие на сотрудничество с оккупационными властями. Сообщила фамилии коммунистов и комсомольцев, живших в ее родном селе. Писала донесения о настроениях и материальном положении земляков. По словам деревенских жителей, жила с немецким офицером.
Когда наши войска погнали немцев на Запад, Спиркову оставили в прифронтовой полосе - вести разведывательную работу, а добытые сведения оставлять в тайнике. Но фашисты уже не вернулись, а Спиркову эвакуировали в Сибирь. На Алтае Мария решила начать жизнь с чистого листа - вышла замуж, работала учителем в школе. Сдали ее подруги, также работавшие на немцев и арестованные ранее.
31 июля 1946 года Спиркова-Городилова приговором военного трибунала Барнаульского гарнизона была осуждена на десять лет лишения свободы с последующим поражением в правах на пять лет. "Преступление я совершила по глупости, проявила малодушие. У меня имеется ребенок в возрасте одного месяца, хочется воспитать его, прошу суд сделать мне снисхождение", - таким было последнее слово подсудимой.
Льготы в жандармерии
Клара Баронская, немка по национальности, родилась в 1917 году в селе Розенталь Молочанского района Запорожской области. В селе Сидоровка Барнаульского района Клара Генриховна работала после войны воспитательницей в детском саду. В июне 1947-го ее арестовали. Выяснилось, что после оккупации Украины Клара Баронская осенью 1941-го поступила работать переводчиком в жандармерию.
В постановлении на арест отмечалось: "Переводила все допросы арестованных, занималась выдачей пропусков на право выезда из города Каховка, поддерживала тесные связи с начальством и офицерами жандармерии, пользовалась всеми льготами для сотрудников жандармерии, присваивала вещи, изъятые у еврейского населения. Выдала жандармерии ряд советских патриотов, которые были расстреляны".
Я читал протоколы ее допросов и не переставал удивляться причудливым линиям человеческих судеб. К началу войны Клара была замужем за Павлом Баронским, поляком по национальности. В августе 1941 года его мобилизовали в Красную армию. Вскоре Баронский угодил в плен, и его жена, пользуясь своим служебным положением, рассылала запросы по лагерям советских военнопленных. В феврале 1943-го она уволилась из жандармерии и как фольксдойче получила в Херсонской области полтора гектара земли с домом и фруктовым садом.
Вскоре фрау Баронская получила письмо от мужа из лагеря близ польского города Суль. Там семья воссоединилась - Клара преподавала в школе, а Павла направили на завод авиадеталей концерна Хенкель. В конце апреля 1945 года супруги оказались в Руланде, в фильтрационном лагере. После проверки Павла Баронского мобилизовали в Советскую армию, а его жену отправили в Алтайский край.
На допросах Клара Баронская расскажет, как завязалось ее "сотрудничество" с оккупантами. Немцы заняли село Натальевка, и она поспешила указать им на минные поля, постановленные нашими саперами. Потом была добровольная работа на радиоузле, далее - в жандармерии. Именно Баронская сообщила, что немки по национальности Люц и Миллер были замужем за евреями и "их дети происходят от евреев".
Военный трибунал Западно-Сибирского военного округа приговорил Клару Баронскую к десяти годам лишения свободы с поражением в политических правах сроком на пять лет и конфискацией личного имущества. Ее освободили в 1955 году по УДО. Умерла в 1965 в Латвийской ССР.
Помогала карателям
Работницу Озерского лестрансхоза Томской железной дороги Герту Зеель арестовали в августе 1948 года. После войны она жила в пригороде Барнаула - Западном поселке. А в 1941 году 22-летняя Герта находилась на Украине, в Днепропетровской области. Пришли немцы, и она устроилась работать переводчиком в комендатуру Ковельского района. В постановлении на арест бросается в глаза формулировка: "принимала активное участие в допросах и издевательствах над советскими гражданами, выдавала немцам местных коммунистов, комсомольцев и руководящих советских работников".
Вместе с отступающими немецкими войсками и своим гражданским мужем, сотрудником жандармерии, Удовиченко оказалась сначала в Польше, потом в Югославии, куда ранее переселились ее отец и мать. После капитуляции Германии перебрались в Венгрию, потом был фильтрационный лагерь для репатриантов - Удовиченко мобилизовали в армию, а Герту, ее родителей и ребенка отправили на Алтай.
После войны темное прошлое Удовиченко раскопали сотрудники управления госбезопасности по Костромской области. Они-то и рассказали про совместную службу в жандармерии с Гертой Зеель. Военный трибунал войск МВД Западно-Сибирского округа приговорил ее к 25 годам лишения свободы. В 1995 году Герта Эмильевна обратилась в прокуратуру за справкой о реабилитации: "не хватает стажа, и я получаю маленькую пенсию". Жила она тогда в Казахстане.
Пять раз переходила границу СССР
Уголовное дело Чеславы Павляк стоит особняком. В 1939 году, когда Польша была поделена между СССР и Германией, 29-летняя жительница Варшавы занялась "челночной" торговлей между двумя странами. Чеслава продавала наручные часы, нательное белье, чулки, носки.
Вскоре предприимчивую женщину завербовали офицеры Абвера. Она стала связником резидента Висневского, работавшего в западной Белоруссии. Шпионка-контрабандистка доставляла ему задания от немецкой разведки, а он передавал ей зашифрованные сведения о расположении воинских частей, складов, минных полей и аэродромов советских войск. Границу Павляк переходила по ночам, а донесение прятала в рукавицу - в случае чего ее можно было незаметно выбросить. Что она и сделала в апреле 1940 года, когда советские пограничники задержали ее около Белостока. За нелегальный переход границы Чеславу осудили на три года лишения свободы. Освободили досрочно, депортировав в алтайское село Троицкое.
Только в 1944 году органы госбезопасности получили сведения о связи Павляк с немецкой разведкой. Она много чего рассказала на допросах, в том числе об учебных занятиях по технике шифрования. В июне 1944-го военный трибунал СибВО приговорил Чеславу Павляк к расстрелу, но Военная коллегия Верховного суда СССР заменила приговор на десять лет лишения свободы и поражение в правах на пять лет.
В октябре 1991 года вышел закон "О реабилитации жертв политических репрессий". В России было пересмотрено огромное количество уголовных дел. Большому количеству людей, пусть и посмертно, вернули честное имя. Однако в отношении Зеель, Баронской, Павляк и Спирковой формулировка была стандартной: "Признана обоснованно осужденной по ст. 58-1 "а" УК РСФСР и не подлежащей реабилитации". Лишь в отношении Чеславы Павляк прокуратура Алтайского края в 2003 году признала необоснованность привлечения к уголовной ответственности по ч.2 ст. 58-10 УК РСФСР (антисоветская агитация и пропаганда), поскольку "эти деяния признаны не содержащими общественной опасности". По данной статье Чеслава Войчеховна была оправдана.