Первопроходцы. В Стерлитамаке действует ресурсный класс для детей с аутизмом
На первом этаже 24-й школы есть необычный кабинет. Просторный, апельсиново-яркий, с современным оборудованием, играми, балансировочными досками и креслами-подушками.Вот красивая кареглазая девочка пишет буквы. У неё получается. Серьёзный мальчик в строгой светлой рубашке сортирует карточки с предметами. Его одноклассник рисует фигурки в стиле граффити. Необычно, пожалуй, лишь то, что рядом с каждым ребёнком – взрослый. И концентрация добрых слов, обращённых к детям, повышена. Но вот светловолосый паренёк тревожится, вскрикивает – его усаживают в кресло-подушку, берут за руку, успокаивают. Тонкая связь ребёнка с реальностью восстановлена. Занятие продолжается.
Это ресурсный класс для детей с расстройствами аутистического спектра. Пять мальчиков и девочка под руководством наставников учатся понимать наш странный, шумный, удивительный мир. И даже самих себя.
О проекте
Ресурсный класс для детей с аутизмом – первый на юге Башкирии и второй в республике. Шесть юных стерлитамаковцев обучаются здесь по особым адаптированным программам прикладного анализа поведения (АВА). За каждым ребёнком закреплён тьютор. Кабинет поделён на зоны – для групповых занятий, для индивидуальных занятий, для сенсорной разгрузки.
Уникальный для юга республики проект удаётся осуществить за счёт средств гранта Президента РФ. Грант выиграла организация родителей детей-инвалидов РОО «Дети – наше счастье». Дети с особыми потребностями смогут социализироваться благодаря своим мамам и тьюторам, их энтузиазму, настойчивости и вере в детей.
КАК ЖИТЬ В НЕПРЕДСКАЗУЕМОСТИ
Егор любит воду – падающую с небес, бурлящую в ручьях, послушную в кувшине. Дима много рисует. Соня талантливо танцует и отлично понимает окружающих. Даниэль с вдохновением лепит из пластилина. Миша разговаривает. Искандер – опытный пловец. То, что медики называют сенсорной интеграцией, может стать для этих необычных ребят призванием. Обнаружить его и помочь в будущем воплотить – задача родителей и тьюторов.
Анжелика Цветкова – выпускница БГПУ им. М.Акмуллы, дефектолог, специалист по психолого-медико-педагогическому сопровождению детей школьного и дошкольного возраста. Анжелика – удача для города на Стерле: проработав два года в ресурсном классе в Уфе, она переехала в Стерлитамак и стала учителем-дефектологом.
Пока дети в другом зале занимаются ЛФК, Анжелика проводит для нас с фотокором мини-экскурсию по ресурсной зоне. Жетоны-смайлики, калейдоскоп, мыльные пузыри, картинки и карточки – незатейливые на взгляд обычного человека предметы имеют для ребят особое значение. Любой учебный материал тьюторы адаптируют для них. Терпеливо и настойчиво ребят учат различать часть и целое, сортировать предметы по цветам и многому другому. Но это детали. Главное, чему в итоге тьюторы должны научить своих необычных воспитанников – принять непредсказуемость мира и научиться с этим жить – спокойно и счастливо.
– У детей с аутизмом нарушены все каналы восприятия, – объясняет Анжелика. – Говорить такому ребёнку: «Вася, давай скорее заниматься» бесполезно. Но существует визуальное расписание: сначала ребёнок видит карточку с красками (рисование), потом карточку с конфетами (поощрение), это помогает организовать процесс обучения без ненужного для этих ребят словесного потока. Ребёнок сидит и кричит – это неправильно. Визуальное расписание подскажет ему, что сейчас время соблюдать тишину.
Обучать ребят с аутизмом Анжелике помогает метод прикладного анализа поведения – эта научная дисциплина позволяет нежелательное поведение переводить в социально приемлемое:
– Мы исходим из того, что ребёнок должен адаптироваться в обществе. Ядро личности сохраняется, поведение корректируется. Существует пять позиций, из которых можно найти мотивационный стимул для ребёнка: предметная деятельность (игрушки: машинки, мячики, шарики и другое), сенсорика (пуфики, массаж), активная деятельность (побегать, попрыгать), пищевое поощрение (мармелад, шоколад, солёные огурцы – то, что ребёнок любит), социальная похвала (искреннее: «Ты молодец!», «Ты отлично занимаешься!»). Если взрослые заинтересованы в работе, в частности, потому что им платят зарплату, то мы мотивируем ребят специальными жетонами – выдаём их за выполненное задание. Благодаря этим бонусам ребёнок чувствует себя успешным. Закрепляется его самостоятельная реакция, закрепляется вся цепочка поведения. Кроме того, мы формируем новые реакции, чтобы перенести успешность ребёнка в общество, чтобы он мог социализироваться.
О ТОМ, ЗАЧЕМ ПОВЫШАТЬ ПЛАНКУ
Когда-то руководитель проекта Светлана Котлярова была далека от педагогики – работала специалистом отдела кадров. Теперь она, мама особенного ребёнка, отлично разбирается в педагогике, психологии и медицине:
– Мы приехали в Стерлитамак из Ямало-Ненецкого автономного округа: Егору не подходил северный климат. У моего ребёнка аутизм в классическом, тяжёлом виде: в 9 лет он не разговаривает. Я с удивлением обнаружила, что в достаточно большом городе детей с аутизмом сначала невозможно определить в садик (в специализированном 93-м недостаточно мест), а потом их ждёт только коррекционная 25-я школа. Я решила, что ситуацию нужно срочно менять и стала писать в Уфу и Москву. На круглых столах, посвящённых детям с особенностями развития, я познакомилась с активными мамами и узнала о том, что они хотят организовать ресурсный класс.
– Почему вы ставите перед детьми с ментальными нарушениями высокую планку?
– Мы считаем, что нет необучаемых людей и детей и хотим сделать всё возможное, чтобы дети с аутизмом реализовали свой потенциал. Я пока не могу определить, в чём силён мой ребёнок: мы пробовали плавать, рисовать, он достаточно успешно пытается играть на синтезаторе двумя руками. В плане медицины мы с Егором перепробовали всё: препараты, рефлексотерапию, биоакустическую коррекцию головного мозга – речи у парня так и нет. Но больше всего меня беспокоит его психоэмоциональное состояние: я хочу, чтобы он был счастлив и здоров, чтобы он мог общаться со сверстниками, быть принятым в их среде, чтобы не нуждался в постоянной помощи, был самостоятельным.
– Поэтому Вы выбрали инклюзию?
– Да: очень хочется воспитать толерантность у обычных ребят, чтобы не травили таких детей, как Егор, не крутили пальцем у виска, не пугались «птичьей речи». Аутизм – это не опасно и не заразно. Если бы социум был добрее, наша, родительская, проблема не была бы такой глобальной. А сейчас мало того, что родители столкнулись с бедой – инвалидностью детей, так ещё и тяжело, оказывается, внедрить обещанную государством инклюзию.
– Расскажите, как вам всё-таки удалось это сделать.
– Мы не изобретали велосипед – взяли образовательную модель, которая предусмотрена законом об образовании и реализуется в больших городах. Нас приняла 24-я школа, в июне мы выиграли грант Президента РФ. Нашли тьюторов, начали их обучать. Ездили в Уфу, изучали опыт инклюзии. Закупили мебель, оргтехнику и раздаточные материалы. А 1 сентября наши дети пошли в школу. Пришлось потрудиться: мы долго втолковывали финансовому управлению на республиканском уровне, что на каждого ребёнка нужен тьютор. Нам очень помог городской отдел образования, особенно главный инспектор по учебной работе Светлана Седова. Услуги тьюторов, дефектолога и психолога будет оплачивать государство.
– Как чувствует себя Егор в ресурсном классе?
– Послевполне успешного опыта социализации в частном детском саду, в художественной школе в селе Наумовке, на занятиях ЛФК, Егор освоился в ресурсном классе довольно быстро. Ему комфортно, он занимается с большим удовольствием.
– Как выбирали друг друга дети и тьюторы?
– Мы много общались, присматривались, гуляли вместе – наставники и дети подходят друг другу.
– Расскажите о ваших планах.
– После периода адаптации мы планируем вводить детей в нормотипичные классы – проводить уроки доброты для детей и родителей, учить доброте и толерантности. Каждый ребёнок закреплен за одним классом. В будущем, по мере сил и в соответствии с академическими навыками, они будут посещать некоторые занятия вместе с обычными ребятами. Процесс будет продуман, чтобы не было стресса ни у наших, ни у нейротипичных ребят. Да, будет тяжело, потому что мы первопроходцы. Но кто-то должен это делать. Мы хотим масштабировать наш опыт и ввести ресурсные группы в детских садах, потому что инклюзия должна начинаться с раннего детства. Бюрократическое колесо крутить трудно, но дело необходимо продвигать: дети с расстройствами аутистического спектра так или иначе выйдут в социум, но какими они выйдут? Это зависит от нас.
P.S. Важному и нужному проекту необходима дальнейшая поддержка. Неравнодушные люди могут связаться с руководителем проекта Светланой Котляровой по тел. 8 922 465-70-77.