«Здравствуй, папа!» Как благодаря публикации в интернете житель Белгорода обрёл дочь

В январе 2019 года «Белгородская правда» рассказала об удивительном белгородце. Выйдя на пенсию, он занялся бальными танцами, окончил медколледж, затем – магистратуру БелГУ, поступил в аспирантуру и принялся за кандидатскую диссертацию. Именно в нём оренбурженка узнала своего отца. И позвонила автору публикации.Репортаж с продолжениемЕё зовут Мария Фишер, ей 36 лет, она со своей семьёй и мамой (бывшей женой Александра Александровича) живёт в городе Орске Оренбургской области.«У меня к вам большая просьба, – обратилась ко мне Мария. – Найдите, пожалуйста, координаты моего отца. Я очень хочу услышать его голос, рассказать о нашей с мамой жизни, о себе и узнать, как папа сейчас живёт».Я позвонил Александру Александровичу и передал ему наш с Марией разговор. Мой собеседник долго молчал, а потом я услышал:«Конечно, дайте ей мой телефон!» На следующий день, как я впоследствии узнал от Марии, она и её папа больше четырёх часов беседовали по скайпу.«Мы по‑доброму поговорили, – сообщила мне она. – Папа рассказал о своей жизни, я – о своей. Мы договорились больше не терять друг друга и как можно чаще созваниваться».Вот так репортаж «Белгородской правды», опубликованный на сайте «БелПресса», помог близким людям найти друг друга. Но на этом история не заканчивается. Я попросил разрешения у Марии и Александра Александровича рассказать их историю. Новая семьяРодилась Мария в 1983 году в городе Орджоникидзе-абаде (ныне город Вахдат) Таджикской Республики. Там, по её словам, был рай:«Город окружён горами, свежий воздух, чистая вода, нежнейшая зелень экзотических деревьев, цветов и кустарников, тёплый и мягкий климат».Но случилось так, что, когда девочке было три года, её мама Елена и папа Александр развелись.«Мама работала в детском саду воспитателем, а через год она познакомилась с мужчиной по имени Борис, – продолжает рассказ Мария. – Он сделал моей маме предложение, и она вышла за него замуж».Отчим, по воспоминаниям Марии, был талантливым, добрым и мудрым человеком. Он профессионально играл на баяне, аккордеоне, трубе, гитаре и пианино:«И часто брал меня с собой на гастроли – вместе мы объездили почти весь Таджикистан и Узбекистан». Танки на улицахБорис хотел, чтобы девочка училась в школе-интернате для одарённых детей имени выдающейся таджикской балерины Малики Сабировой. Но не сложилось: в республике началась гражданская война. День и ночь, по воспоминаниям Марии, слышны были выстрелы и гремели взрывы.«Я помню первый день войны, – говорит она. – Это был апрель, с утра стоял нехарактерный для тех мест туман, было пасмурно, и громко выла сирена. Мы с одноклассницей и её мамой шли в школу по пустынной улице и вдруг увидели танки. Женщина быстро довела нас до школы и убежала».Мама не могла забрать Марию домой, потому что дорогу перекрыла бронетехника.«Но нашлись друзья-таджики, которые вывезли меня, закрыв одеялами, на заднем сиденье машины. Вооружённые люди их остановили и заставили всех выйти из машины. Как позже объяснил папа девочки, с которой меня забирали, он рассказал военным на блокпосту, что везёт детей домой. Те сжалились и пропустили. Было очень страшно», – рассказывает Мария.Навсегда остались в её памяти звуки перестрелок и крики вооружённых таджиков: «Русский баран, собирай свой чемодан и езжай в свою Россию»», а также плакаты: «Русские, не уезжайте, вы – наши рабы!».«Нам с мамой приходилось спать на матрасах под окнами, чтобы шальная пуля ночью не задела», – вспоминает Мария. СкитанияМария с мамой и отчимом уехала к родственникам на Украину – в город Приднепровск Днепропетровской области. Поселились в общежитии. Девочка пошла в новую школу. Туда же устроилась заместителем директора по воспитательной работе её мама. А отчим стал преподавать музыку.Однако вскоре Украина стала суверенным государством, и в школах начали преподавать на украинском языке, которого Мария и её мама не знали. Пришлось семье перебираться в Россию – в город Орск.«Там мы тоже поселились в общежитии. И почти на 19 долгих лет, – рассказывает Мария. – Мама устроилась дворником. Год мы жили на одних макаронах, потому что перестали приходить алименты от отца. Но выжили. А на него я зла не держу. Как, впрочем, и не испытываю дочерних чувств. Просто было интересно узнать, где он, как живёт, есть ли у него другая семья и помнит ли о нас с мамой».После школы Мария окончила институт по специальности «романо-германская филология» и стала преподавать английский язык. А позже получила второе образование – юриста.«Пять лет назад отчим умер. Но мама, слава богу, жива и здорова. Я счастлива со своим мужем и довольна работой педагога», – подытожила Мария. Единственная— Мария написала мне, что им в 90-е годы жилось очень трудно. У вас тогда не возникало желания найти свою дочь, поинтересоваться её судьбой? – спрашиваю я у Александра Александровича.— Дело в том, что после развода я отнёс в бухгалтерию белгородского предприятия, на котором работал, исполнительный лист для ежемесячного начисления алиментов малолетнему ребёнку. И некоторое время их перечисляли дочке, – рассказывает Александр Александрович.Но когда начались смутные времена девяностых, предприятие развалилось, и ему пришлось менять несколько работ, чтобы самому выжить.«Я, конечно, пытался найти свою бывшую семью. Посылал различные запросы, и в конце концов через третьи руки, как говорится, мне стало известно, что семье сообщили, будто бы я умер. После такого известия я не стал больше предпринимать попыток выйти с ними на связь».А однажды раздался звонок, и Александр Александрович услышал приятный женский голос: «Здравствуй, папа!»«У меня аж комок в горле. Это звонила Мария. Мы хорошо с ней поговорили, а позже общались уже по скайпу. Я познакомился с её мужем Ильёй. Вроде бы отношения наладились. Конечно же, они не будут очень близкими. Всё‑таки больше 30 лет не виделись. Да и воспитал её другой человек. Но мне очень приятно, что мы нашли друг друга. Она у меня единственная». Евгений Филиппов