Приехал Райхельгауз в Белгород. О чём рассказал поклонникам известный театральный режиссёр

Театральный режиссёр, народный артист России, основатель и худрук московского театра «Школа современной пьесы» приехал в наш город по делу – на дипломный спектакль своей студентки, пятикурсницы ГИТИСа Оксаны Погребняк. Она, режиссёр независимого молодёжного театра «Новая сцена-2», поставила в Белгородской драме спектакль «Пришёл мужчина к женщине». Позднее Райхельгауз провёл в белгородской филармонии свой творческий вечер.О пьесе «Пришёл мужчина к женщине»«Я с удовольствием посмотрел дипломный спектакль Оксаны Погребняк, моей студентки-пятикурсницы. Очень хорошо знаю пьесу «Пришёл мужчина к женщине» Злотникова: так получилось, что я её впервые поставил 40 лет тому назад.Она была написана совершенно чеховским, с моей точки зрения, языком, а самое главное – чеховской технологией. Чехов впервые после всей мировой классической драматургии стал заключать весь объём информации не только в текст, как это делали Островский, Мольер, Шекспир, античные, а наоборот – стал текст сильно отделять от событийного, смыслового ряда, от эмоционального.А когда наступили 1980-е, появилась новая волна: Злотников, Петрушевская, ранний Славкин, и стало понятно, что можно сочинять спектакль, сочинять режиссуру. Злотников принёс мне тогда пьесу «Пришёл мужчина к женщине», я её сначала совершенно не понял, потом он мне её объяснил, я стал её давать разным режиссёрам, включая Галину Борисовну Волчек, включая директора театра Табакова, отнёс её Олегу Николаевичу Ефремову. И практически все они отвергли: какая‑то ерунда, какая‑то чернуха. Получилось, что я уехал в город Хабаровск и впервые поставил эту пьесу.Тем не менее пьеса осталась очень сложной, и я сегодня увидел работу моей студентки. Я очень рад, что она не напрасно училась и сочинила спектакль, и артисты очень достойно и определённо, внятно этот спектакль играли». «За границу меня отвёз белгородский театр»«Так получилось, что где‑то 31 или 32 года назад я работал всё в том же театре «Современник», ко мне пришёл безработный артист Альберт Филозов. Сказал: помоги, давай сделаем какой‑то спектакль вместе. Я сказал, что у меня как раз есть пьеса, которую я там, в Хабаровске, поставил и готов в Москве, – «Пришёл мужчина к женщине». И мы стали искать женщину. Выяснили, что где‑то там бродит по Москве безработная артистка Любовь Полищук, и мы это срепетировали.Мне в это время предложили на киностудии «Экран» снять телевизионный фильм, и я снял фильм «Пришёл мужчина к женщине». И как‑то пока снимал фильм, мне стало жалко с этими артистами расставаться, я попросил Табакова и Волчек, чтобы разрешили иногда в «Современнике» играть.И тут как‑то вдруг мне позвонил из города Белгорода директор [театра Виталий] Слободчук и сказал:«Вы знаете, ваш студент-дипломник выпускает у нас спектакль, пьесу Злотникова «Всё будет хорошо, как вы и хотели».И он не очень справляется. Не могли бы вы приехать и помочь». Я приехал, помню, что я был здесь несколько дней. Спектакль вышел довольно успешно и долго здесь шёл. Но главное – мы договорились: я сказал, что у меня есть ещё спектакль Злотникова «Пришёл мужчина к женщине». И первые спектакли Театра современной пьесы состоялись в Белгороде.Мало того, меня долго не выпускали за границу. И первый раз за границу меня пригласил с собой и отвёз белгородский театр. Я бесконечно ему за это благодарен».  О временах и праве на себя самого«Меня до 42 лет никуда не выпускали, а потом спасибо Слободчуку: он меня вывез в Польшу. Вот если бы меня сейчас вывезли на Марс или на Луну, я бы спокойно [воспринимал]: Луна, кратеры. А тогда я не спал, мы переехали Брест, я увидел кошку и подумал: «Это же польская кошка!» Поэтому я сейчас, когда смотрю на ваше поколение: «Ой, Советский Союз, как потрясающе!» Чудовищно там было, чудовищно! Там не было главного. Там не разрешали читать книги, их не печатали, не разрешали. Не разрешали выехать за рубеж и посмотреть, как люди живут, не давали возможности воспользоваться плодами своего труда.Вы живёте поэтому в очень непростое, но счастливейшее наше время: у вас есть право распоряжаться собой, своим талантом, своим временем, своими возможностями. И никто не должен за это отвечать, кроме вас».  Об Оксане Погребняк«У Оксаны Погребняк очень сильный потенциал. К огромнейшему сожалению, так устроена наша жизнь: провинция на художников накладывает очень серьёзный отпечаток…Я ещё два, три года назад ей говорил: «Бросай Белгород, приезжай в Москву, работай в моём театре». Она сказала, что очень любит Белгород и будет работать здесь. Я ей бесконечно признателен за это… Поэтому дай Бог, но мы все работаем в контексте, особенно режиссёры. Я думаю, что в любом случае Оксана уже стала профессиональным, внятным, грамотным режиссёром. И это дело каждого – выбирать свою судьбу. Захочет прорваться куда‑то – поедет прорываться».  Об отце, матери и спектакле «Фаина. Эшелон»«Мой отец – герой войны, настоящий такой шофёр. У меня его пиджак, на котором не поместились награды, ещё коробка с ними. Он расписался на Рейхстаге, и мне подарили из немецкой книги его автограф. И для меня это бОльшая гордость, чем все мои книжки вместе взятые, чем мои автографы.У меня потрясающая мама, которая девочкой 15-летней – они все жили в деревне – окончила первый курс медицинского училища, и их с сестрой, с родителями на подводах повезли в эвакуацию, потому что немцы стояли на подходе к Одессе. Проехали несколько дней, у них отобрали лошадей, пересадили на открытый товарняк, в эшелон, и они ещё проехали несколько дней. Немецкие самолёты полетели, началась бомбёжка, и на глазах у этих двух сестёр (вторая жива до сих пор) их родители погибли – попала бомба. Маму послали работать санитаркой в эвакогоспиталь в Оренбург. И так далее и так далее – невероятная жизнь!Она умерла не так давно, в возрасте 91 года. Когда ей исполнилось 80, я попросил маму просто записать факты из жизни. Она записала, а потом я показал одному другу-редактору, он тут же напечатал их в журнале, показал другому, а потом вышла мамина книжка. Она лежала десять лет, и так получилось, что я отдал её Елене Всеволодовне Санаевой, нашей прекрасной артистке, почитать, а она сказала: «Давайте я это сыграю». И должен сказать, мы репетируем с ней, у нас премьера должна быть 22 февраля, спектакль называется «Фаина. Эшелон». Маму звали Фаина».  Об Одессе и одесситах«Чудесный город, в котором я родился, Одесса. Город, в котором большинство людей относятся к себе с иронией, шутят. В Одессе не может быть ситуации, чтобы человек сказал: «Я выдающийся музыкант». Это абсурдно. Они шутят, всё время иронизируют. Это даёт такую лёгкость и такую, я говорю, безответственность перед жизнью».О том, как важно разговаривать«Я своих студентов с первого курса учу не столько профессии – это само собой, но учу, как разговаривать, как слышать, как человеку предлагать. Мы все привыкли брать и очень тяжело отдавать. На самом деле счастье – когда хотят слушать».О педагогах«Я учусь в ГИТИСе», «Я поступаю в ГИТИС» – это ничего не значит. Важно, у кого ты учишься. Пусть это называется ГИТИС, школа-студия МХАТ, щепкинское, щукинское, что угодно – не поступайте к неинтересным педагогам. А чтобы узнать педагога, нажимаете в интернете и понимаете, что он поставил, что сыграл, какие у него фильмы, книжки, роли. И важно вам разделять его как минимум какую‑то программу, позицию, какие‑то жизненные установки».  Об интересных пьесах«Мне интересна пьеса, которая написана только что, которую никто до меня не ставил. Вот 90 % пьес [театра «Школа современной пьесы] – это только что написанные современным автором по‑русски. Написана она может быть в Америке, во Франции, в Хабаровске, во Владивостоке – где угодно.Я читаю какие‑то пьесы, слышу какие‑то темы, варюсь в каком‑то бесконечном цеху авторов. Поэтому мне очень важно не выдать тему автора, а попасть на тему. Неслучайно книжка моей мамы лежала десять лет, и я не собирался её ставить. И вдруг я увидел Елену Всеволодовну Санаеву, которая фантастически читает стихи, грандиозно рассказывает, так реагирует на политические события, как молодой человек – тонко, пронзительно, понимающе. И я это увидел: вот она может об этом».О празднике жизни каждый день«Я убеждён, что каждый человек – автор своей жизни. Вот как бы он не говорил: мне Бог дал, мне Бог не дал, у меня хорошие родители, плохие, мне повезло с мужем или женой, а мне не повезло… При всём уважении к небесам, при всём уважении к географии – родился ты в Белгороде, или на Марсе, или в Москве – я убеждён, что каждый человек достоин своих родителей, своих детей, своего города. За всё, что у него есть, он жаловаться на себя или благодарить должен только себя. Я считаю, что каждый день жизни – это колоссальный праздник. Колоссальное счастье, что ты можешь делать, разговаривать, слышать, видеть, понимать. И самое главное – ты Господь Бог внутри себя. Когда человек хочет, он приходит, он требует, он держит, он продвигает, он доказывает – он не может иначе».Записала Окскана Придворева