Житейские истории о соседстве с главным стадионом Белгорода

Менялись названия стадиона, игравшие на поле спортсмены и выступающие здесь артисты. Но он был и остаётся центром жизни для футбольных болельщиков, одним из главных ориентиров для приезжих и двором для тех, кто вырос неподалёку. Как раз о последних и рассказывает журнал «Спортивная смена».Зимой – лёд, летом – звёзды1-й Котлозаводской переулок – один из самых незаметных в Белгороде. Там всего четыре дома: № 1, 3, 5 и 7. А вместо чётной стороны – массивный забор, отделяющий жилую застройку от стадиона.В доме № 3 живёт Татьяна Клавэ с мамой. Дом построил её дед – Николай Юрьевич. Мастер цеха оснастки и инструмента котлостроительного завода и передовик производства, в начале 1950-х он получил участок на пустыре, окружавшем завод. На 6 сотках поместились три гаража, сарайчик, мангал, небольшая клумба и качели. На дворе лежат узнаваемые чёрные прямоугольники из резины – остатки от старого покрытия, которое выбросили во время ремонта стадиона. Теперь оно служит в хозяйстве. О центре города напоминает разве что мачта освещения, да и её со двора замечаешь не сразу.Самые яркие детские воспоминания Татьяны – это каток на стадионе и ёлка. Заливки льда ждали с нетерпением, подглядывая через дырку в железной двери в заборе. Той двери давно нет, да и забор порядком обветшал. От шариков, которые раньше украшали его сверху, осталось несколько полуразрушенных фрагментов.«Всю жизнь живу в этом доме. На коньках гоняла лет с шести, катались, пока ноги не отвалятся. Домой брели в темноте, фонарей не было. Мои дети тоже, считай, на стадионе выросли. Это наша жизнь, – рассказывает Клавэ. – Лета тоже всегда ждали, потому что приезжали артисты: Ротару, Лещенко, Минаев, Вески… Помню, «Ласковый май» был: фанаты не давали им сойти со сцены, и машина подъехала к артистам прямо по полю. Директор стадиона дружил с отцом и всегда давал пригласительные билеты. Родители на концерты никогда не ходили, а я почти не одного не пропускала. К тому же моя мама работала на стадионе вахтёром, и мы знали всех из персонала, дружили с ними».  Отбитая пяткаЛет 15 назад напротив дома ещё стоял деревянный столб, привлекавший болельщиков.Прохожий Алексей рассказал, что в молодости был одним из тех,кто с помощью этого столба перелазил через забор. «Как‑то сидим на крыше, где табло, и подходит милиционер. Мы ему говорим, не прогоняй, мол, зарплаты полгода не было! Понятливый оказался, отошёл, – вспоминает болельщик. – Ещё помню первый матч с владимирским «Торпедо» в 1992 году. Решили по привычке перемахнуть на то самое место. И представьте картину: более двух десятков рыл лезут через забор, а там их уже встречают «серые». С двух сторон переулка подъехали бобики, начали всех вязать, я сиганул с забора в переулок – пятку отбил, но спокойно прошёл мимо всех. Потом с другом прошли через служебный вход, сказав охраннику, что мы из Владимира. Но на стадионе всё‑таки спалились: охранник заметил, что у нас обувь в побелке. Так и просидели до конца матча в отделе». Татьяна Клавэ говорит, что местным жителям фанаты не досаждали. Единственное неудобство от футбола как раз в том, что она не может проехать на машине к себе во двор – во время матчей в переулке стоят автозаки.«Я люблю свой район, свой дом, никуда отсюда не перееду. Здесь у меня простор, во дворе, вот, черешня поспевает, а перед домом яблоня – ровесница дома, и до сих пор плодоносит! Боимся только, чтоб нас не снесли», – переживает женщина. «Салют» и салюты«Анекдот такой есть. Один спрашивает: «Ты на стадионе живёшь?», а другой отвечает: «Да-да, да-да-да, да-да-да-да, да-да!» – шутит Николай в ответ на вопрос, как ему такое спортивное соседство. Он тоже всю жизнь живёт в 1-м Котлозаводском. – Всё было: футбол, лёгкая атлетика, коньки… Однажды домой в коньках пришёл, а ботинки на катке остались. Только утром спохватился, когда в школу оказалось не в чем идти».Раньше Николай рьяно болел за «Салют»: – орал так, что голос пропадал. Он и его школьные товарищи знали всех игроков пофамильно: Сычёв, Богданов, Сошенко, Васильев… «На нашем участке рос большой клён, и старший брат залазил на него смотреть матчи, – рассказывает старожил. – А летом после концертов всегда фейерверк был, и везде валялись недогоревшие шашки от салютов, они прямо в огороды падали. У нас была забава: кто больше наберёт этих штук, чтобы потом палить».В разные годы на переулок были разные планы. Ходили слухи, что пройдёт дорога, которая окружит стадион. Что стадион расширят, а в трёхэтажке за частным сектором будет гостиница. Что стадион вовсе снесут и построят за городом. Суть одна: частным домам в центре города не место.«Нам даже квартиру показывали на бульваре Юности, а моей маме и соседям предлагали какие‑то варианты в старых многоквартирных домах. Конечно, мы все написали, что никуда не уедем, – вторит Николай соседке Татьяне. – Мэр поменялся, и планы застройки поменялись, уцелели мы. А вообще, сколько мы здесь, столько и пугают сносом. Понятно, что когда‑то это случится, но пока живём». «Расти здоровенькой. Вадим Мулерман»Татьяна Усикова в детстве жила в двухэтажке на Котлозаводской улице, а позже переехала в хрущёвку напротив стадиона.«На Котлозаводской у нас была однушка без ванны и горячей воды на семью из четырёх человек, но это был рай, – улыбается Усикова. – Все пять домов жили как одна семья. Телевизор был только в одной квартире, так к ним каждый вечер набивалась полная комната народу. Стадион – это центр жизни: открытие катка зимой было событием грандиозного значения, а лето – бесконечные спортивные события и футбол».«Когда приезжали команды из Курска или Орла, это были матчи века», – вспоминает Евгений, одноклассник и муж Татьяны.«Да, Женя был знатный болельщик, – подтверждает Усикова. – В 1970 году я была в родзале больницы № 1, и со стадиона слышались крики болельщиков. Оказалось, муж в это время был среди них. Сказал потом: «Наши победили». А я ему: «И наши тоже. У нас сын родился».  У Нины Лебедевой, сестры Татьяны, со стадионом связаны «первый опыт тренерства» и «детский мировой рекорд».«Мне было пять лет. Я собрала со двора таких же, как я, человек десять, сказала: «Идём заниматься спортом!» и увела на стадион. Родители вечером кинулись – ни одного ребёнка во дворе. Кто‑то сказал, что видел нас на стадионе. Я тогда, наверное, поставила детский мировой рекорд по бегу от родителей», – смеётся Нина.Повзрослев и став мамой, она гуляла по этим улочкам уже с коляской. Здесь и произошла незабываемая встреча с кумирами.«Машке было месяца три, она спала, на стадионе шёл концерт. И вдруг из ворот выходит Вадим Мулерман! Он мне очень нравился, я поверить не могла своему счастью. Попросила автограф, и он написал на коляске: «Девочка, расти здоровенькой. Вадим Мулерман». А следом за ним выходит Вероника Круглова! Я ей другой бок коляски подставила для автографа. Как же мне было жалко, когда эта коляска сгорела в сарае при пожаре…»Кстати, младшая дочка Лебедевой – кандидат в мастера спорта в парном фигурном катании. Нина видит в этом прямое влияние стадиона и первые шаги, сделанные на городском катке, который существовал до конца 1980-х.   Однако не все в этом районе хранят светлые воспоминания и разделяют болельщицкую радость.— Не люблю я его, – признаётся местная жительница Татьяна Николаевна, которая десятки лет жизнь живёт в квартире с окнами на стадион. – Кто вообще придумал построить дома так близко? Постоянно шум, драки, музыка, а сейчас ещё и дуделки: начинают за час до матча и утихают только через час после. Раньше ещё и толпами на крышу ходили футбол смотреть.— Был вариант снести, – замечаю в ответ.— Да, но говорили, что построят торговый центр, а это ещё хуже! Уж лучше тогда стадион.Ирина Дудка