"На кону наследие прошлого и перспективы будущего". В Чебоксарах женщину обвиняют в укусе судебного пристава
165
Жительнице Чебоксар Екатерине Масловой грозит срок за укус судебного пристава. Обвиняемая свою вину не признает и заявляет, что именно она пострадала от действий сотрудника. 22 ноября суд огласит приговор по делу, следствие по которому длилось два года. Подробности этой истории — в материале "Idel.Реалии".
ВЕРСИЯ СЛЕДСТВИЯ
Жительнице Чебоксар, 46-летней Екатерине Масловой грозит до пяти лет лишения свободы по делу об укусе судебного пристава. По версии следствия, 11 сентября 2019 года у здания Московского районного суда Маслова совершила нападение на пристава Павла Ефейкина, укусив его за спину.
Через месяц было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 318 УК РФ ("Применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей"). Мера пресечения в отношении Масловой не избиралась. Следствие длилось два года, материалы дела передали в Московский районный суд. 11 ноября прокуратура запросила для обвиняемой полтора года лишения свободы условно. 22 ноября будет оглашен приговор.
Позиция пристава Павла Ефейкина сводится к тому, что он действовал в рамках закона, исполняя обязанности судебного пристава-исполнителя.
В постановлении о привлечении Масловой в качестве обвиняемой от 17 мая 2021 года сказано, что она "применила насилие, не опасное для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей". Следствие считает, что Маслова решила заступиться за супруга, в отношении которого судебные приставы якобы применили физическую силу, после чего укусила сотрудника за спину.
"Будучи недовольной законными действиями судебных приставов, укусила зубами Ефейкина П.А. в левую лопаточную область, а также сдавила с помощью ногтей рук левую руку, причинив последнему физическую боль и телесные повреждения мягких тканей в виде ссадины с кровоизлиянием", — сказано в обвинительном заключении.
ВЕРСИЯ ОБВИНЯЕМОЙ
У Екатерины Масловой свое видение этой истории. Она подтверждает, что у супруга имелись исполнительные листы по долгам — он не был с ними согласен и пытался оспорить. По её словам, 11 сентября 2019 года она вместе с супругом Алексеем приехала в Московский районный суд Чебоксар по личным делам.
— Довольно скоро я вышла из канцелярии суда и обнаружила, что наша машина стоит с открытой дверью, внутри никого, а перед нами припаркована черная Mitsubishi. Я, конечно, очень удивилась и для начала решила разыскать хозяина машины, преградившей путь. Походила-покричала, на зов прибежал парень — ничего не сказав, сел за руль и уехал. В это же время услышала возню из лесополосы, которая рядом с судом. Там приставы избивали моего мужа, как потом увидела. Я попыталась достать телефон и начать съемку, но меня повалили на землю и начали бить коленом в область почек. После чего потеряла сознание, — вспоминает Екатерина Маслова.
Женщина считает, что потерпевшей по делу должна быть признана она, а не судебный пристав Павел Ефейкин. В тот же день — 11 сентября 2019 года — Маслова написала заявление в полицию. Сразу после этого она зафиксировала травмы в Республиканском бюро судебно-медицинской экспертизы при Министерстве здравоохранения Чувашии. В заключении эксперта сказано, что клинический диагноз Масловой — "ушиб, ссадина 2 пальца левой кисти, ушиб 3 пальца левой кисти".
30 декабря 2019 года в возбуждении уголовного дела Масловой отказали — следствие пришло к выводу, что в действиях приставов "отсутствует состав преступления".
— Если вернуться к истории моего обвинения, казус этого дела в том, что следствие как-то установило, что зубы на куртке пристава принадлежат именно мне, — продолжает Маслова. — Притом никаких анализов я не предоставляла, а судебно-медицинская экспертиза была проведена уже сильно после. Интересно и другое — судебная экспертиза сделала вывод, что на ткани куртки вообще нет повреждений. Мало того, что следователь вычислила преступника по зубам, став экспертом в области стоматологии и определив хозяина челюсти без анализов, так и следы от укуса на куртке, как оказалось, тоже могут затягиваться сами собой.
В протоколе осмотра места происшествия от 17 сентября 2019 года, с которыми ознакомились "Idel.Реалии", сказано, что на куртке пристава "имеются повреждения в области левой лопатки, который Ефейкин П.А. получил во время задержания Маслова А.А. (супруг Екатерины Масловой — "Idel.Реалии") по адресу г. Чебоксары, улица Урукова, дом 16 от укуса Масловой Е.А." В протоколе осмотра предметов от 25 ноября 2019 года говорится, что "на куртке имеются загрязнения в области левой лопатки, а также повреждения ткани с левой стороны в области подмышечной части, иных видимых повреждений на куртке не обнаружено".
— Пока шло следствие, я сделала объявление на форуме и попросила отозваться очевидцев случившегося 11 сентября 2019 года. Отозвалось три человека, которые были допрошены в суде. Они видели, что на момент стычки с приставом Ефейкиным я лежала на земле и возможности укусить его у меня не было, — уточняет Маслова.
БЫЛА НАДЕЖДА НА ПРЕКРАЩЕНИЕ ДЕЛА
Екатерина Маслова рассказала свою версию событий на личном приеме у заместителя генпрокурора Сергея Зайцева.
— В конце 2019 года Зайцев приехал с делегацией в Чебоксары, где в присутствии руководителей силовых ведомств разбирали случаи, показавшиеся лично ему крайне сомнительными. На моменте с курткой Зайцев прервал меня, сердито хлопнув ладонью по столу — ему не нравилось, что в нашем регионе [в Чувашии] крайне редко заводят дела о превышении должностных полномочий, и мое уголовное преследование выделил как апофеоз творящегося бардака и тотального укрывательства настоящих преступников. Распорядился, чтобы от меня отстали и начали, наконец, расследование по моему заявлению о превышении должностных полномочий приставом, — вспоминает Маслова.
После встречи с замгенпрокурора у Масловой появилась надежда, что эпопея с уголовным делом близится к благополучному завершению.
— На какое-то время воцарилась гробовая тишина, — продолжает Маслова. — Ни звонка, ни весточки. Затем грянул ковид. Мне пришло извещение, что следствие приостановлено. Как пояснил мой адвокат, это было чуть ли не единственным прецедентом в регионе, когда из-за локдауна приостановили расследование. Казалось, позади десятичасовые допросы, незаконные приводы, требования признать несуществующую вину. Однако — спустя полгода — следствие по делу возобновилось.
"ДАЛЬШЕ БЫЛО ТОЛЬКО ХУЖЕ, И Я СЧИТАЮ ЭТО ПЫТКАМИ"
31 мая 2021 года Екатерину Маслову поместили в изолятор временного содержания — в Следкоме посчитали, что она скрывалась от следствия. Четвертого июня суд огласил решение.
— Прокурор запрашивал домашний арест, хотя ни одного вызова в органы правопорядка мной не было пропущено, — говорит Маслова. — Неоднократно я сама упиралась в закрытую дверь. Завела себе привычку все неудачные визиты записывать на камеру телефона. Предоставленные доказательства суд рассмотрел, и домашнего ареста удалось избежать.
За время следствия, по подсчетам Масловой, ее объявляли в розыск порядка пяти раз.
— Дальше было только хуже, и я считаю это пытками, — вспоминает Маслова. — Я ухожу на больничный, а это расценивается как попытка скрыться от следствия. Мой первый в жизни гипертонический криз случился из-за психологического давления. На данный момент на нервной почве я почти потеряла левый глаз — еще год назад покупала линзы на "минус два", в изолятор муж мне передавал уже линзы на "минус 10". Мое дело длится долго, успела лечь на операционный стол с аппендицитом, но не успела пройти процедуры восстановления — на врачей было оказано давление с целью моей скорейшей выписки. Как результат — осложнения и снова больница. Обвинение мне пытались предъявить прямо в палате, но не вышло — я была не в состоянии даже сидеть.
Маслова считает, что все эти меры были предприняты, чтобы довести дело до желаемого для следствия завершения — вынудить признать вину. Но женщина категорически отказывается — хочет добиться справедливости.
— Я увидела воочию, как работает наша система, как из цеховой солидарности одни адепты системы прикрывают других, в расход идут человеческие судьбы. У меня офицерское происхождение, я дочь подполковника, получила воспитание от людей старой закалки — это накладывает свой отпечаток. Оговорить себя для меня морально недопустимо. Это тот духовной ориентир, которой я хочу передать и дочери. Ей сейчас 14 лет, все дороги для неё открыты, она только начинает жить. Такое пятно в биографии, как судимая мать, ей точно ни к чему. На кону наследие прошлого и перспективы будущего, поэтому я не отступлю, — резюмирует Екатерина Маслова.
Её адвокат Василий Михайлов рассчитывает на то, что суд "услышал доводы и позицию" защиты.
— В доказательства невиновности моей подзащитной ложатся показания свидетелей, которые говорят, что Маслова ничего подобного не совершала. И потом — у неё с супругом на двоих зафиксировано около 25 телесных повреждений. Практика по статье 318 УК РФ в основном карательная, особенно в первой инстанции, — отмечает Михайлов.
Корреспондент "Idel.Реалии" связался с потерпевшим судебным приставом Павлом Ефейкиным, но тот отказался от комментариев: "Извините, я очень занят, работаю каждый день".
***
Оправдательный приговор по статье 318 УК РФ — большая редкость в правоприменительной практике. По данным "Агентства правовой информации", в 2020 году по статье 318 УК РФ осудили 6 287 человек, оправдали лишь четверых — или 0,06%.
По информации "ОВД-Инфо" (признан российскими властями иностранным агентом — "Idel.Реалии"), с 2011 по 2019 годы суды признали 58 703 человека виновными по первой части статьи 318 УК РФ и 8066 — по второй части.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram.
ВЕРСИЯ СЛЕДСТВИЯ
Жительнице Чебоксар, 46-летней Екатерине Масловой грозит до пяти лет лишения свободы по делу об укусе судебного пристава. По версии следствия, 11 сентября 2019 года у здания Московского районного суда Маслова совершила нападение на пристава Павла Ефейкина, укусив его за спину.
Через месяц было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 318 УК РФ ("Применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей"). Мера пресечения в отношении Масловой не избиралась. Следствие длилось два года, материалы дела передали в Московский районный суд. 11 ноября прокуратура запросила для обвиняемой полтора года лишения свободы условно. 22 ноября будет оглашен приговор.
Позиция пристава Павла Ефейкина сводится к тому, что он действовал в рамках закона, исполняя обязанности судебного пристава-исполнителя.
В постановлении о привлечении Масловой в качестве обвиняемой от 17 мая 2021 года сказано, что она "применила насилие, не опасное для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей". Следствие считает, что Маслова решила заступиться за супруга, в отношении которого судебные приставы якобы применили физическую силу, после чего укусила сотрудника за спину.
"Будучи недовольной законными действиями судебных приставов, укусила зубами Ефейкина П.А. в левую лопаточную область, а также сдавила с помощью ногтей рук левую руку, причинив последнему физическую боль и телесные повреждения мягких тканей в виде ссадины с кровоизлиянием", — сказано в обвинительном заключении.
ВЕРСИЯ ОБВИНЯЕМОЙ
У Екатерины Масловой свое видение этой истории. Она подтверждает, что у супруга имелись исполнительные листы по долгам — он не был с ними согласен и пытался оспорить. По её словам, 11 сентября 2019 года она вместе с супругом Алексеем приехала в Московский районный суд Чебоксар по личным делам.
— Довольно скоро я вышла из канцелярии суда и обнаружила, что наша машина стоит с открытой дверью, внутри никого, а перед нами припаркована черная Mitsubishi. Я, конечно, очень удивилась и для начала решила разыскать хозяина машины, преградившей путь. Походила-покричала, на зов прибежал парень — ничего не сказав, сел за руль и уехал. В это же время услышала возню из лесополосы, которая рядом с судом. Там приставы избивали моего мужа, как потом увидела. Я попыталась достать телефон и начать съемку, но меня повалили на землю и начали бить коленом в область почек. После чего потеряла сознание, — вспоминает Екатерина Маслова.
Женщина считает, что потерпевшей по делу должна быть признана она, а не судебный пристав Павел Ефейкин. В тот же день — 11 сентября 2019 года — Маслова написала заявление в полицию. Сразу после этого она зафиксировала травмы в Республиканском бюро судебно-медицинской экспертизы при Министерстве здравоохранения Чувашии. В заключении эксперта сказано, что клинический диагноз Масловой — "ушиб, ссадина 2 пальца левой кисти, ушиб 3 пальца левой кисти".
30 декабря 2019 года в возбуждении уголовного дела Масловой отказали — следствие пришло к выводу, что в действиях приставов "отсутствует состав преступления".
— Если вернуться к истории моего обвинения, казус этого дела в том, что следствие как-то установило, что зубы на куртке пристава принадлежат именно мне, — продолжает Маслова. — Притом никаких анализов я не предоставляла, а судебно-медицинская экспертиза была проведена уже сильно после. Интересно и другое — судебная экспертиза сделала вывод, что на ткани куртки вообще нет повреждений. Мало того, что следователь вычислила преступника по зубам, став экспертом в области стоматологии и определив хозяина челюсти без анализов, так и следы от укуса на куртке, как оказалось, тоже могут затягиваться сами собой.
В протоколе осмотра места происшествия от 17 сентября 2019 года, с которыми ознакомились "Idel.Реалии", сказано, что на куртке пристава "имеются повреждения в области левой лопатки, который Ефейкин П.А. получил во время задержания Маслова А.А. (супруг Екатерины Масловой — "Idel.Реалии") по адресу г. Чебоксары, улица Урукова, дом 16 от укуса Масловой Е.А." В протоколе осмотра предметов от 25 ноября 2019 года говорится, что "на куртке имеются загрязнения в области левой лопатки, а также повреждения ткани с левой стороны в области подмышечной части, иных видимых повреждений на куртке не обнаружено".
— Пока шло следствие, я сделала объявление на форуме и попросила отозваться очевидцев случившегося 11 сентября 2019 года. Отозвалось три человека, которые были допрошены в суде. Они видели, что на момент стычки с приставом Ефейкиным я лежала на земле и возможности укусить его у меня не было, — уточняет Маслова.
БЫЛА НАДЕЖДА НА ПРЕКРАЩЕНИЕ ДЕЛА
Екатерина Маслова рассказала свою версию событий на личном приеме у заместителя генпрокурора Сергея Зайцева.
— В конце 2019 года Зайцев приехал с делегацией в Чебоксары, где в присутствии руководителей силовых ведомств разбирали случаи, показавшиеся лично ему крайне сомнительными. На моменте с курткой Зайцев прервал меня, сердито хлопнув ладонью по столу — ему не нравилось, что в нашем регионе [в Чувашии] крайне редко заводят дела о превышении должностных полномочий, и мое уголовное преследование выделил как апофеоз творящегося бардака и тотального укрывательства настоящих преступников. Распорядился, чтобы от меня отстали и начали, наконец, расследование по моему заявлению о превышении должностных полномочий приставом, — вспоминает Маслова.
После встречи с замгенпрокурора у Масловой появилась надежда, что эпопея с уголовным делом близится к благополучному завершению.
— На какое-то время воцарилась гробовая тишина, — продолжает Маслова. — Ни звонка, ни весточки. Затем грянул ковид. Мне пришло извещение, что следствие приостановлено. Как пояснил мой адвокат, это было чуть ли не единственным прецедентом в регионе, когда из-за локдауна приостановили расследование. Казалось, позади десятичасовые допросы, незаконные приводы, требования признать несуществующую вину. Однако — спустя полгода — следствие по делу возобновилось.
"ДАЛЬШЕ БЫЛО ТОЛЬКО ХУЖЕ, И Я СЧИТАЮ ЭТО ПЫТКАМИ"
31 мая 2021 года Екатерину Маслову поместили в изолятор временного содержания — в Следкоме посчитали, что она скрывалась от следствия. Четвертого июня суд огласил решение.
— Прокурор запрашивал домашний арест, хотя ни одного вызова в органы правопорядка мной не было пропущено, — говорит Маслова. — Неоднократно я сама упиралась в закрытую дверь. Завела себе привычку все неудачные визиты записывать на камеру телефона. Предоставленные доказательства суд рассмотрел, и домашнего ареста удалось избежать.
За время следствия, по подсчетам Масловой, ее объявляли в розыск порядка пяти раз.
— Дальше было только хуже, и я считаю это пытками, — вспоминает Маслова. — Я ухожу на больничный, а это расценивается как попытка скрыться от следствия. Мой первый в жизни гипертонический криз случился из-за психологического давления. На данный момент на нервной почве я почти потеряла левый глаз — еще год назад покупала линзы на "минус два", в изолятор муж мне передавал уже линзы на "минус 10". Мое дело длится долго, успела лечь на операционный стол с аппендицитом, но не успела пройти процедуры восстановления — на врачей было оказано давление с целью моей скорейшей выписки. Как результат — осложнения и снова больница. Обвинение мне пытались предъявить прямо в палате, но не вышло — я была не в состоянии даже сидеть.
Маслова считает, что все эти меры были предприняты, чтобы довести дело до желаемого для следствия завершения — вынудить признать вину. Но женщина категорически отказывается — хочет добиться справедливости.
— Я увидела воочию, как работает наша система, как из цеховой солидарности одни адепты системы прикрывают других, в расход идут человеческие судьбы. У меня офицерское происхождение, я дочь подполковника, получила воспитание от людей старой закалки — это накладывает свой отпечаток. Оговорить себя для меня морально недопустимо. Это тот духовной ориентир, которой я хочу передать и дочери. Ей сейчас 14 лет, все дороги для неё открыты, она только начинает жить. Такое пятно в биографии, как судимая мать, ей точно ни к чему. На кону наследие прошлого и перспективы будущего, поэтому я не отступлю, — резюмирует Екатерина Маслова.
Её адвокат Василий Михайлов рассчитывает на то, что суд "услышал доводы и позицию" защиты.
— В доказательства невиновности моей подзащитной ложатся показания свидетелей, которые говорят, что Маслова ничего подобного не совершала. И потом — у неё с супругом на двоих зафиксировано около 25 телесных повреждений. Практика по статье 318 УК РФ в основном карательная, особенно в первой инстанции, — отмечает Михайлов.
Корреспондент "Idel.Реалии" связался с потерпевшим судебным приставом Павлом Ефейкиным, но тот отказался от комментариев: "Извините, я очень занят, работаю каждый день".
***
Оправдательный приговор по статье 318 УК РФ — большая редкость в правоприменительной практике. По данным "Агентства правовой информации", в 2020 году по статье 318 УК РФ осудили 6 287 человек, оправдали лишь четверых — или 0,06%.
По информации "ОВД-Инфо" (признан российскими властями иностранным агентом — "Idel.Реалии"), с 2011 по 2019 годы суды признали 58 703 человека виновными по первой части статьи 318 УК РФ и 8066 — по второй части.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram.