Съемка в нижнем белье – это табу: эксклюзивное интервью с чеченскими братьями-супермоделями
Джабраил, Сулумбек, Ислам и Тамерлан Дулатовы стали первыми чеченцами, которые прославились в мировой fashion-индустрии. Сейчас братья работают со многими мировыми модными домами, включая Gucci, Versace, Alexander McQueen. В эксклюзивном интервью PEOPLETALK они рассказали о том, как родственники в Чечне реагируют на их работы, какие принципы не переступят ни за какие деньги, и о планах на будущее.
Расскажите, как получилось так, что вы стали моделями для самых крутых модных домов?
Джабраил Дулатов: Меня просто в магазине Gucci увидели и спросили, хочу ли я прийти на кастинг, так как у меня подходящая внешность. Я сперва отказался, но представители Gucci убедили прийти на кастинг. Я пришел, там сделали несколько фотографий и сразу предложили контракт.
Ислам Дулатов: Все началось с моего брата Джабраила. Вслед за ним каждый из нас начал заниматься этим бизнесом.
Переезд в Германию кардинальным образом изменил вашу жизнь, а изменились ли ваши взгляды на жизнь, мировоззрение, что поменялось?
Тамерлан Дулатов: В детстве нам пришлось бежать из дома с семьей из-за войны. Нам, конечно, было лучше дома, в Чечне. Но я очень счастлив и благодарен Германии за то, что приютила и дала возможность начать все с нуля.
Как отреагировали родные и близкие из Чечни, когда увидели вас на обложках глянцевых изданий?
Тамерлан Дулатов: С нашими убеждениями и культурой такое непросто принять. Сперва были сложности, но теперь все довольно хорошо. Друзья невероятно гордятся нами.
Как сами думаете, что повлияло на ваш карьерный взлет помимо внешности?
Джабраил Дулатов: Я думаю, повлиял тот факт, что нас четверо. И мы все беженцы из Чечни. Дети, сбежавшие от войны. Тут нечего скрывать или стыдиться.
Тамерлан Дулатов: Нас четыре брата, четыре модели, четыре бойца ММА. Такого больше нет. И да, мы чеченцы. Где это было видано ранее, чтобы кто-то из нас стал манекенщиком.
Я знаю, что вы еще занимаетесь спортом – расскажите немного об успехах на ринге. Как удается совмещать карьеру модели и борьбу? Бывает ли такое, что съемки срываются после боя из-за синяков?
Джабраил Дулатов: Да, мы профессиональные бойцы ММА. У каждого из нас много любительских боев по боксу. А также по тайскому боксу, грэпплингу и ММА. Мы недавно перешли в профессионалы и надеемся на самое лучшее. Да, синяки бывают, но мы обычно за несколько недель знаем, что у нас съемки, и стараемся быть осторожными на ринге.
Сулумбек Дулатов: Если мы готовимся к бою, заранее сообщаем агентству, что, вероятно, не сможем принять участие в том или ином показе. И кстати, не так часто получаем травмы, синяки. Это все стереотипы.
Есть для вас какое-либо табу? В каких съемках вы ни за что не согласитесь принять участие? И наоборот, в каком проекте очень хотели бы сняться – возможно, совместно с кем-то из известных моделей или спортсменов?
Джабраил Дулатов: Да, мы очень часто отказывались от контрактов рекламы нижнего белья или вульгарной одежды. И конечно, у многих возникают вопросы из серии «почему ты дерешься в шортах, а в нижнем белье не фотографируешься? Это же одно и то же». Я отвечаю – принципиально. Кто хочет, пусть фотографируется, а я не буду. И все. Для меня это логично, что нижнее белье не сравнить с шортами бойцов.
Сулумбек Дулатов: Все, что связано с обнажением, – это табу.
Ислам Дулатов: Да, нижнее белье – определенно табу.
Запись Съемка в нижнем белье – это табу: эксклюзивное интервью с чеченскими братьями-супермоделями впервые появилась PEOPLETALK.