Национально-освободительный капкан
172
Россия в своей новейшей истории минимум трижды напрямую сталкивалась с национально-освободительной войной. И все три раза были для нее весьма неоднозначными.
Первый раз — когда Ельцин начал первую чеченскую войну. В Чечне шла своя собственная локальная гражданская, как, впрочем, во многих частях бывшего Советского Союза, включая и саму Россию. Острая фаза российской гражданской войны пришлась на октябрь 93 года. Везде эти гражданские конфликты и войны шли в разных сценариях и закончились везде тоже по-разному. Чечня не была исключением, ничего феноменального или уникального во внутричеченском конфликте не было, он протекал по своему индивидуальному сценарию, как и любой другой.
Вторжение российских войск в Чечню автоматически переформатировало войну гражданскую в войну национально-освободительную, войну антиимпериалистическую, если использовать советский понятийный аппарат. Все непримиримые противники внутри Чечни отложили в сторону разногласия (которые, конечно, никуда не делись) и объединились против общего врага. Итог известен: Россия с треском проиграла первую чеченскую, что и было зафиксировано в Хасавьюртовских соглашениях. Я не стану углубляться в эту тему, тем более, что завтра вечером у меня будет прямое включение на Ютубе, где я более подробно именно на эту тему и постараюсь поговорить.
Второй раз Россия сделала ровно то же самое в августе 2014 года, когда вторглась на территорию Донбасса. Гражданский конфликт на территории Украины имел острую фазу на Донбассе в виде Донбасского восстания. (в скобках в который раз поясню, почему для меня события апреля-августа 14 года являются именно восстанием. Любой народ — или часть народа — имеет право на восстание против власти. Это право естественное, его невозможно регламентировать, запретить или формализовать. Майдан был восстанием части украинского народа против власти режима Януковича. Имел ли он право на восстание? Конечно. И в этом смысле отказывать украинцам в праве свергнуть не устраивающую их власть просто нелепо.
Нюанс в том, что победив, Майдан сам стал властью. И с этого момента другая часть украинского народа получила ровно такое же право на восстание, но теперь уже против новой власти. Ничего, кстати, уникального: вначале Национальный Конвент сверг французского короля, а затем уже против Национального Конвента вспыхнуло восстание в Вандее. Поэтому признавая легитимность Майдана, нельзя отказывать в легитимном праве Крыма и Донбасса на самоопределение. Другой вопрос, что тут же подсуетился уже путинский режим — но он пришел на последствия, причиной событий был не он, а все тот же Майдан)
В общем, гражданская война на территории Украины весной-летом 14 года для меня лично абсолютно непреложный факт. И вторжение российских войск в августе точно так же перевело гражданскую войну в национально-освободительную. Украинцы могли поддерживать или не поддерживать Майдан, относиться к нему нейтрально или равнодушно. Но иностранное вторжение всё поставило на свои места — никто не сделал больше для становления единой украинской нации, чем Путин. Я даже удивляюсь, почему украинские патриоты не ставят ему памятник на Днепровской круче. Заслуги Путина здесь невозможно переоценить. Оценка вторжения Путина на территорию Украины для меня лично однозначна: он проиграл. Он не потерпел военное поражение, но он проиграл Украину. Что вылилось в развал проекта ЕАЭС — единственного вымученного за тридцать лет стратегического проекта развития России.
Третий раз Кремль столкнулся с национально-освободительным движением в Сирии. Интервенция в Сирии не прекратила гражданскую войну, победить в Сирии не удалось. Чему свидетельство существование двух обособленных от территории под контролем Асада территории — Идлиба и Восточной Сирии. Гражданская война в Сирии на настоящий момент «зависла» в нестационарном положении, став капканом для России — вывод войск оттуда автоматически приведет к новому раунду войны с крайне вероятным поражением режима Асада.
Чем сложна прямая борьба с любым национально-освободительным движением? Тем, что бороться с ним можно только «в лоб», исключительно прямыми методами. Что требует колоссального напряжения сил и чудовищного расхода ресурсов. С неопределенным, и скорее всего, нулевым или отрицательным результатом. Пример — Афганистан. Мощнейшая в военном и экономическом отношении держава современного мира была вынуждена заканчивать самую продолжительную войну в своей истории буквально бегством. И считать при этом, что еще сравнительно легко отделалась.
Предполагаемое вторжение Кремля на территорию Украины сейчас (при том, что пока оно носит гипотетический характер) в четвертый раз столкнет его с тем же самым сюжетом. Конечно, немалая часть населения страны предпочтет решать личные проблемы выживания, а не защиту страны от внешнего вторжения. Но массовый национальный подъем в случае интервенции обеспечен, и никакой легкой прогулки к Киеву не предвидится. Вторжение снова сцементирует украинскую нацию и организует ее на упорное сопротивление оккупантам. При том, кстати, что в самой России идея вторжения совсем не разделяется большинством населения страны. Пожалуй, напротив. Первое время, возможно, вспыхнет военный угар и квазипатриотический психоз, подогреваемый пропагандой, но вряд ли он будет продолжительным.
При этом для Запада и НАТО этот сюжет выглядит крайне интересным. Бойня между русскими и украинцами — чем это плохо для Запада? Если Путин похоронит свою армию в украинском черноземе, убив десятки тысяч украинцев, ему западные партнеры скажут только спасибо. Даже военная победа (а ее еще нужно достичь) не сделает Путина партнером по переговорам с Западом, и уж тем более на его условиях. Он ведь не Запад победит (если победит), а Украину. В этом смысле политическая цель войны выглядит совершенно бесперспективной. Но даже ее нужно будет достичь, сломив национально-освободительное движение, которое неизбежно возникнет после вторжения. А это задача, на которой обламывали зубы куда как более серьезные игроки, чем нынешний кремлевский режим.
Я не знаю, способны ли в Кремле мыслить рациональными категориями. В наше время ни в чем нельзя быть уверенным. Тем более по отношению к кремлевским. Но то, что объективных причин для войны нет, для меня сомнений нет тоже. У этой войны просто нет ни одной политической задачи. Тем более стратегического порядка. Впрочем, отсутствие стратегической цели не помешало царю Николаю влезть в русско-японскую войну, а затем и в Первую мировую. Так что лозунг Портоса: «Я дерусь, потому что дерусь» - он, в общем-то, вполне универсален и существует в реальной жизни и в политике.
Война лишь переведет процесс медленного (относительно медленного) распада России в ускоренный сюжет, так как резко обострит все противоречия, придавленные пока насилием и террором фашистской диктатуры Путина. Военная победа будет достигнута только путем колоссального расходования и без того дефицитного ресурса, которого просто не хватит на удержание «стабильности», военное поражение приведет к обвальному обрушению этой самой «стабильности». Понимает ли это Путин и его клика? Без понятия. Уже поэтому никакие прогнозы сейчас не имеют под собой сколь-либо рациональной основы. На мой взгляд, вероятность войны даже сейчас не слишком велика. И недели через две-три начнет убывать просто потому, что невозможно поддерживать нынешнее напряжение без конца. Но это с рациональной точки зрения. Как там будет на самом деле, не скажет никто.
Первый раз — когда Ельцин начал первую чеченскую войну. В Чечне шла своя собственная локальная гражданская, как, впрочем, во многих частях бывшего Советского Союза, включая и саму Россию. Острая фаза российской гражданской войны пришлась на октябрь 93 года. Везде эти гражданские конфликты и войны шли в разных сценариях и закончились везде тоже по-разному. Чечня не была исключением, ничего феноменального или уникального во внутричеченском конфликте не было, он протекал по своему индивидуальному сценарию, как и любой другой.
Вторжение российских войск в Чечню автоматически переформатировало войну гражданскую в войну национально-освободительную, войну антиимпериалистическую, если использовать советский понятийный аппарат. Все непримиримые противники внутри Чечни отложили в сторону разногласия (которые, конечно, никуда не делись) и объединились против общего врага. Итог известен: Россия с треском проиграла первую чеченскую, что и было зафиксировано в Хасавьюртовских соглашениях. Я не стану углубляться в эту тему, тем более, что завтра вечером у меня будет прямое включение на Ютубе, где я более подробно именно на эту тему и постараюсь поговорить.
Второй раз Россия сделала ровно то же самое в августе 2014 года, когда вторглась на территорию Донбасса. Гражданский конфликт на территории Украины имел острую фазу на Донбассе в виде Донбасского восстания. (в скобках в который раз поясню, почему для меня события апреля-августа 14 года являются именно восстанием. Любой народ — или часть народа — имеет право на восстание против власти. Это право естественное, его невозможно регламентировать, запретить или формализовать. Майдан был восстанием части украинского народа против власти режима Януковича. Имел ли он право на восстание? Конечно. И в этом смысле отказывать украинцам в праве свергнуть не устраивающую их власть просто нелепо.
Нюанс в том, что победив, Майдан сам стал властью. И с этого момента другая часть украинского народа получила ровно такое же право на восстание, но теперь уже против новой власти. Ничего, кстати, уникального: вначале Национальный Конвент сверг французского короля, а затем уже против Национального Конвента вспыхнуло восстание в Вандее. Поэтому признавая легитимность Майдана, нельзя отказывать в легитимном праве Крыма и Донбасса на самоопределение. Другой вопрос, что тут же подсуетился уже путинский режим — но он пришел на последствия, причиной событий был не он, а все тот же Майдан)
В общем, гражданская война на территории Украины весной-летом 14 года для меня лично абсолютно непреложный факт. И вторжение российских войск в августе точно так же перевело гражданскую войну в национально-освободительную. Украинцы могли поддерживать или не поддерживать Майдан, относиться к нему нейтрально или равнодушно. Но иностранное вторжение всё поставило на свои места — никто не сделал больше для становления единой украинской нации, чем Путин. Я даже удивляюсь, почему украинские патриоты не ставят ему памятник на Днепровской круче. Заслуги Путина здесь невозможно переоценить. Оценка вторжения Путина на территорию Украины для меня лично однозначна: он проиграл. Он не потерпел военное поражение, но он проиграл Украину. Что вылилось в развал проекта ЕАЭС — единственного вымученного за тридцать лет стратегического проекта развития России.
Третий раз Кремль столкнулся с национально-освободительным движением в Сирии. Интервенция в Сирии не прекратила гражданскую войну, победить в Сирии не удалось. Чему свидетельство существование двух обособленных от территории под контролем Асада территории — Идлиба и Восточной Сирии. Гражданская война в Сирии на настоящий момент «зависла» в нестационарном положении, став капканом для России — вывод войск оттуда автоматически приведет к новому раунду войны с крайне вероятным поражением режима Асада.
Чем сложна прямая борьба с любым национально-освободительным движением? Тем, что бороться с ним можно только «в лоб», исключительно прямыми методами. Что требует колоссального напряжения сил и чудовищного расхода ресурсов. С неопределенным, и скорее всего, нулевым или отрицательным результатом. Пример — Афганистан. Мощнейшая в военном и экономическом отношении держава современного мира была вынуждена заканчивать самую продолжительную войну в своей истории буквально бегством. И считать при этом, что еще сравнительно легко отделалась.
Предполагаемое вторжение Кремля на территорию Украины сейчас (при том, что пока оно носит гипотетический характер) в четвертый раз столкнет его с тем же самым сюжетом. Конечно, немалая часть населения страны предпочтет решать личные проблемы выживания, а не защиту страны от внешнего вторжения. Но массовый национальный подъем в случае интервенции обеспечен, и никакой легкой прогулки к Киеву не предвидится. Вторжение снова сцементирует украинскую нацию и организует ее на упорное сопротивление оккупантам. При том, кстати, что в самой России идея вторжения совсем не разделяется большинством населения страны. Пожалуй, напротив. Первое время, возможно, вспыхнет военный угар и квазипатриотический психоз, подогреваемый пропагандой, но вряд ли он будет продолжительным.
При этом для Запада и НАТО этот сюжет выглядит крайне интересным. Бойня между русскими и украинцами — чем это плохо для Запада? Если Путин похоронит свою армию в украинском черноземе, убив десятки тысяч украинцев, ему западные партнеры скажут только спасибо. Даже военная победа (а ее еще нужно достичь) не сделает Путина партнером по переговорам с Западом, и уж тем более на его условиях. Он ведь не Запад победит (если победит), а Украину. В этом смысле политическая цель войны выглядит совершенно бесперспективной. Но даже ее нужно будет достичь, сломив национально-освободительное движение, которое неизбежно возникнет после вторжения. А это задача, на которой обламывали зубы куда как более серьезные игроки, чем нынешний кремлевский режим.
Я не знаю, способны ли в Кремле мыслить рациональными категориями. В наше время ни в чем нельзя быть уверенным. Тем более по отношению к кремлевским. Но то, что объективных причин для войны нет, для меня сомнений нет тоже. У этой войны просто нет ни одной политической задачи. Тем более стратегического порядка. Впрочем, отсутствие стратегической цели не помешало царю Николаю влезть в русско-японскую войну, а затем и в Первую мировую. Так что лозунг Портоса: «Я дерусь, потому что дерусь» - он, в общем-то, вполне универсален и существует в реальной жизни и в политике.
Война лишь переведет процесс медленного (относительно медленного) распада России в ускоренный сюжет, так как резко обострит все противоречия, придавленные пока насилием и террором фашистской диктатуры Путина. Военная победа будет достигнута только путем колоссального расходования и без того дефицитного ресурса, которого просто не хватит на удержание «стабильности», военное поражение приведет к обвальному обрушению этой самой «стабильности». Понимает ли это Путин и его клика? Без понятия. Уже поэтому никакие прогнозы сейчас не имеют под собой сколь-либо рациональной основы. На мой взгляд, вероятность войны даже сейчас не слишком велика. И недели через две-три начнет убывать просто потому, что невозможно поддерживать нынешнее напряжение без конца. Но это с рациональной точки зрения. Как там будет на самом деле, не скажет никто.