«Они четко понимали пределы, за которые запрещено заходить». Милашина и Немов рассказали, как их избивали и заставляли есть землю

Журналистка «Новой газеты» Елена Милашина рассказала, как ее с адвокатом Александром Немовым избивали в Чечне. По ее словам, слежка за ними, вероятнее всего, началась еще в Москве, так как вылет самолета был задержан до тех пор, пока в него не зашли еще два человека. Они сели на места рядом с Немовым.

По словам Милашиной, Немова избивали с особой жестокостью, при этом говорили, что он в республике «слишком многих защищает». Били полипропиленовыми трубами, характерные вытянутые гематомы видно на лице и руках Милашиной. Такие трубы в Чечне часто используют для пыток людей. Немову в икроножную мышцу воткнули нож.

Немов рассказал, что остановили их почти сразу после того, как они на такси отъехали от аэропорта. Дорогу им перекрыли три автомобиля «Камри». Оттуда вышли люди в масках, они выкинули водителя такси, а пассажиров развернули лицом в пол. По словам Немова, ему заявили, что убили бы, если бы не его дети.

«Спустя какое-то время машина заглохла. Нас вывели из салона и спустили в овраг. Там нас поставили на колени и начали избивать. Меня сразу ударили ножом в ногу. Я пытался им объяснить, что я адвокат, что просто выполняю свою работу. На что мне ответили, что в Чечне никого защищать не надо, они сами это сделают.

Затем мне голову накрыли моим же пиджаком и начали избивать. По ощущениям — полиэтиленовыми трубами. Затем их главный приставил к голове оружие и сказал, что убил бы меня, если бы ему не было жаль моих детей. После этого нам сказали досчитать до 100 и только тогда открыть глаза. Но я не досчитал до 100 и раньше времени открыл. Когда это увидел их главный, он подошёл ко мне и нанес удар ногой в грудь», — рассказал Александр Немов корреспонденту «НеМосквы». 

Елена Милашина рассказывает, что было заметно — у нападавших были четкие задания и лимит по времени, так как они спешили. Их уложили лицом в землю, Милашина до сих пор вынуждена постоянно пить воду из-за вкуса сырой земли во рту.

«Они знали, чего хотят, какие у них лимиты, за которые нельзя заходить. Хотя мы потом уже думали, что если бы они Саше попали в артерию... Но врачи сказали, что они точно знали, куда протыкать ножом, видимо, чтобы он не сильно сопротивлялся, поскольку он мужчина. Они очень хорошо понимали свои возможности и ограничения. У них была жесткая задача получить пароли от телефонов. Сказали считать до ста. Мы уткнулись в землю, они меня еще заставили поесть этой земли. И ушли. Мы с Сашей лежим, считаем, поднимаемся, в этот момент они обратно прибегают. Это был тяжелый момент, мы решили, что они ушли, а они опять нас начали бить. Сашу очень жестоко били, мне начали ломать пальцы, но не сломали. В Грозном сделали гипс, потому что увидели на рентгене переломы трех пальцев. В Осетии повторили все процедуры и сотрясение есть, а переломов нет всё-таки. Они <нападавшие> знали, что делают.

Они не взяли деньги, у меня там скомканные 13 тысяч остались, карточки не взяли. Их интересовала только техника и документы. Саше все документы испортили, кроме паспорта, — загранпаспорт и адвокатское удостоверение».