Жильцы против инвалида. 81-летнего колясочника заставляют убрать подъемник

В Челябинске товарищество собственников жилья подало в суд на инвалида с высокой ампутацией обеих ног. Они требуют снести установленный в подъезде подъемник для коляски. Причем сделать это должен сам 81-летний инвалид, установивший приспособление в подъезде за собственные деньги. «Я, может, им аппетит порчу? Настроение элите опять же ухудшаю своим видом? — недоумевает Ильяз Зинуров. — Здесь живут высокопоставленные люди, богатые, и я на улице появляюсь, инвалид на коляске. Им, наверно, неприятно?». Ильяз Зинуров — почетный металлург России, кандидат технических наук, заслуженный рационализатор РСФСР, награжденный знаком «За заслуги перед Челябинской областью». Ничем, кроме личного неприязненного отношения к себе со стороны управляющей компании, пенсионер объяснить судебное разбирательство не может. «Совпало с Днем инвалидов» 3 декабря супруга Ильяза Зинурова, Флюра, забрала почтовую корреспонденцию. Среди счетов на оплату оказалась повестка в суд. Ее супруг, уважаемый человек, ученый с мировым именем, приглашался в качестве ответчика. Предмет спора значится в документе: управляющая компания требует от инвалида снести за свой счет им же установленный за свои деньги подъездный подъемник. «Повестка эта совпала с Днем инвалидов. Я сначала не понял, что это вообще, — рассказывает 81-летний Ильяз. — Начал читать — не верил глазам. Не понимаю до сих пор такого к себе отношения. Я здесь живу больше десяти лет, пока мог, ходил в протезах, сейчас все время нахожусь в инвалидном кресле. Просил с ТСЖ помощи в установке подъемника, но не получал ответа ни да, ни нет. Так, только время тянули. Тогда я сам решил вопрос. И теперь меня просят этот самый подъемник убрать». Самому решать вопросы Зинурова научила жизнь. В 19 лет он получил производственную травму, выжил, но лишился обеих ног. Его жена Флюра рассказывает, как нелегко пришлось 19-летнему парню, в один момент ставшему беспомощным инвалидом. Другой бы сломался, но не Ильяз. «Он сам себя сделал, — говорит Флюра. — И имя себе, и научные открытия, и книги писал — все это, уже будучи на инвалидности». Ученый, изобретатель, многодетный отец Флюра до сих пор не может надышаться Ильязом. Муж восхищает ее с первого дня знакомства. «Мне было 24, а ему уже 30, — откровенничает женщина. — Нас познакомила родня. Я смотрю, какой красавец, интересный парень. Он потом говорил, что влюбился в меня сразу. Но дал себе зарок: сначала защитит диссертацию, а потом семьей обзаведется. А я вижу, что он не карьерист, не спешит все эти звания подтверждать. Нет, говорю, давай сначала зарегистрируемся, а потом занимайся своей наукой. Так и сделали. Замуж я вышла в 1969, а кандидатскую он защитил в 1980». Флюра с большим теплом отзывается о нашем издании. Говорит, всю жизнь выписывала и читала газету «Аргументы и факты», считая ее серьезной и интересной. И сейчас они рады, что в гостях корреспондент АиФ.ru. Она называет его Илюшей — именно это имя услышала, когда впервые увидела. Он ее — по имени-отчеству, уважительно, Флюра Бакировна. Она не осталась тенью своего гения-мужа. Проработав всю жизнь в школе учителем биологии, на пенсии занялась бизнесом — открыла салон красоты. Под стать ученому, красавица и умница. Зинуровы живут в элитном доме, в прекрасной просторной квартире с новым ремонтом. Флюра с гордостью показывает жилье: вот здесь — морской уголок. «Доченька, Гуля, это ты нам привезла из Парижа?». «Нет, — говорит Гуля. — Я вот этот парусник подарила. А тот вы сами купили в ОАЭ». Путешествия — большая страсть Зинуровых. Только в Китае, говорит Ильяз, он был четыре рада. Гуля — старшая дочь Зинуровых. Она живет в Челябинске. «Не может оставить папочку ни на день, — откровенничает Флюра, — так сильно любит». Еще две дочери уехали из родного города. Младшая с семьей живет в Сиднее. У Ильяза растут шестеро внуков. В кабинете Зинурова более 3600 книг. «Все прочитал, — рассказывает он. — А любимый мой писатель — Герберт Уэллс с его "Россией во мгле". Гениальное произведение». Семья купила эту квартиру, перебравшись из отдаленного Металлургического района города в центр, чуть больше десяти лет назад. Но главным при выборе была не элитарность дома и не лучшее расположение: просто широкие коридоры и удобные лестничные пролеты отлично подходят колясочнику. «Достойный человек всего добился сам», — Флюра не скрывает, что гордится своим мужем. И предполагает: возможно, им завидуют. Как еще объяснить необъяснимую жестокость по отношению к инвалиду? «Я им порчу аппетит» Ильяз Зинуров размышляет: «Я никогда не сталкивался с руководством нашего товарищества собственников недвижимости лично, не ссорился, не переходил дорогу. Несколько лет назад, исходив на протезах почти 60 лет, попросил помочь в установке подъемника. Этого не произошло. Я сам нашел организацию, монтирующую подобные конструкции, тщательно изучил вопрос (все же я рационализатор), заручился необходимыми бумагами и добился установки». Помогали в этом Зинурову, в том числе, органы власти. После распоряжения губернатора региона подъемник в одноподъездном доме по Энгельса, 77а, появился. Но почему-то стал бельмом на глазу ТСЖ, которое вместо того, чтобы поговорить с инвалидом, направилось прямиком в суд. «Я им порчу аппетит, — с сарказмом замечает ученый. — Я на заседание суда предоставил письмо от руководства регионального МЧС, где значится, что в случае ЧП подъемник никакой опасности не представляет». Зинуров говорит, процесс начался с нарушения. Ему, ответчику, не предоставили до суда возможности ознакомиться с исковым заявлением. Они с дочерью покрутили его в руках несколько минут перед началом заседания. Гуля успела сфотографировать документ. В нем значится, что требование о сносе подъемника продиктовано необходимостью обеспечить безопасность самому Зинурову и другим жильцам подъезда. Суть иска в том, что подъемник не прошел приемку Роспожнадзора, Ростехнадзора и прочих ведомств. «В случае ЧП, то есть пожара, я до него даже не доберусь, — с горечью говорит Ильяз. — Лифты ведь сразу отключаются. Ну как я спущусь по лестничным пролетам с 5 этажа? Кто меня по ним понесет без лифта? Кроме того, в нашем подъезде есть еще один выход, отличный от того, где находится подъемник». Подъемник показал, кто за и кто против Зинуров расстроен. Но, говорит, его до слез растрогали незнакомые люди, которые вступились за пожилого человека, как за родственника. В первую очередь, это консьержки, которые, рискуя потерять работу в этом самом ТСН, открыто говорили СМИ: никаких жалоб на подъемник у жильцов нет. Во-вторых, сами жильцы. Во время съемок местные телеканалы делали поквартирный обход, интересовались, мешает ли людям подъемник. Ни один человек не ответил утвердительно. Хотя в исковом заявлении жалобы, якобы поступающие в ТСН, и стали основанием для обращения в суд. Мы спускаемся с Ильязом и его супругой к подъемнику. Флюра помогает мужу, хотя у него в руках пульт. «Мы, кстати, сами платим за электроэнергию, которую расходует подъемник за те секунды, что приведен в действие, — объясняет Ильяз. — Сделали выделенную линию, отдал за нее больше десяти тысяч. Но все не так». Ильяз нажимает на кнопку, раздается шум, подъемник отодвигается от стены и подъезжает к нему. Инвалид заезжает на коляске, вновь нажимает на пульт, металлическая конструкция опускается вниз. Все, Ильяз регулирует приспособление, оно складывается в первоначальный вид. «Камнем преткновения стали те 40-50 секунд, что подъемник стоит у входной двери, пока я с него съезжаю, — рассуждает Ильяз. — Но ведь это секунды! Можно, наверное, подождать? Я только это время заслоняю входную дверь, из подъезда сложно выйти. И ведь с приходом коронавируса я все время живу на даче, в квартире мы бываем раз в неделю. То есть я пользуюсь подъемником 4 раза в месяц. Руководитель товарищества собственников недвижимости и на этапе возведения подъемника говорил, что ему здесь не место, что он будет всячески этому противостоять. Предоставил справки, что пандус невозможен на этом месте. Пандус — да, невозможен, но установлен-то подъемник». Пока мы разговариваем на первом этаже, в подъезде оживление. Вечером в будний день все возвращаются с работы. Я спрашиваю каждого, мешает ли ему подъемник? Ведь кто-то, по утверждению жилищников, жалуется на него? Хором, как сговорившись, все отрицают это: пусть подъемник будет, никто и внимания не обращает на устройство, и рады, что оно кому-то помогает выбираться на улицу. «Он и есть элита» Мимо нас проходят молодые люди с большими коробками: переезжают. Но останавливаются, ожидая, когда подъемник закончит движение. Уважая старика, не говорят никаких злых слов, не выражают недовольства. Флюра спрашивает: «Вы в другой дом? Везет вам!». Практически любой челябинец мечтает попасть в этом дом, новый, с консьержем, шикарным подъездом. А Флюра и Ильяз уже не рады такому прекрасному, казалось бы, жилью. Мы выходим на улицу с мамой с ребенком. О ситуации с Зинуровым здесь знают все. Местные телеканалы показали сюжеты, где Ильяз рассказывает о ситуации. «Он и есть элита, — говорит девушка. — Это же совершенно понятно! Выдающийся ученый, рационализатор, многодетный отец, автор кучи книг, путешественник... Кто же элита, если не он?». На стороне Зинурова и ОНФ, и администрация города, и губернатор. «Установленный еще в мае подъемник до сих пор по факту никому не принадлежит, чиновники умывают руки, а отвечать за это приходится 81-летнему инвалиду. Это абсолютно безнравственно», — заявляет эксперт регионального отделения ОНФ в Челябинской области Виталий Вороной. На первое судебное заседание, которое прошло 7 декабря, пришли юристы администрации Челябинска, которые будут поддерживать ответчика. Следующий процесс по делу «ТСЖ против инвалида» назначен на 21 декабря. Сможет ли выдающийся челябинец выходить в новом году на улицу, решит суд.