В Челябинске выпуск программы «Очевидно было» посвятили Ильменке

Фестиваль до сих пор остается очень популярным — собирает до 20 тысяч гостей из России, ближнего и дальнего зарубежья. А когда-то первый областной конкурс исполнителей туристской песни, прошедший в окрестностях Миасса 19–20 мая 1973 года, объединил несколько сотен участников из семи городов области.



На эфир передачи «Очевидно было» пришла Лариса Коробицына, основатель Челябинского клуба авторской песни в 1971 году, первый и бессменный президент областного КСП, одна из основателей Ильменки, заслуженный работник культуры РФ.

— Мы пели всегда, не только на фестивале. Это была потребность души. В этот процесс особенно включились люди с радиозавода, ниитовцы. А потом и вся область подтянулась. Были вечера, куда приезжали знаменитые гости. Попасть в чью-то квартиру на посиделки была большая честь, выход в большой свет. На первом условном фестивале не было никаких гонораров, мы о них не подозревали, нам оплачивали только дорогу. Мы чем-то жили, несмотря на то что время тогда было скупое в информационном плане.

— Ильменскому фестивалю предшествовал Грушинский фестиваль. Как вы на нем оказались?

— Мы пошли на Саяны, через бурелом, с громадными рюкзаками. На одном из перевалов нашли записку. По правилам туризма на вершине пика предыдущая группа оставляла записку с личными впечатлениями. Группа куйбышевцев написала: «Ребята, приезжайте к нам на Грушинский фестиваль, у нас здорово». Вот и все. Приехали туда в 1971 году. Мы к ним ездили несколько раз, и они к нам, очень тесная была связь.

— Был ли какой-то особый репертуар у выступающих на Ильменке из других регионов?

— Нельзя было сказать, что вот эту песню поют «по-красноярски», а вот эту — «по-челябински». Конечно, всегда пытались петь о своих городах, магнитогорцы о Магнитогорске, троичане о Троицке, но это были не лучшие песни. Авторская песня — это значительно глубже, душевнее. Например, у Вахнюка, Розенбаума, Визбора нет географии в песнях.

— Как организаторы обеспечивали безопасность на фестивале?

— У нас был комендантский взвод, потом на Грушинском фестивале это взяли за основу. Мы только на третий или на четвертый раз попросили Григориади, главу Миасской администрации, дать хотя бы пару человек в погонах. Он слушал-слушал, а потом сказал: «Ну, ладно, бутылка коньяка — и проводите». Хотя он вообще не пил. Потом было лесничество, ребята в комендантскую службу входили, они делали обходы и очень вежливо и тактично просили, чтобы ребята не разводили костров. Была «заказуха», писали статьи, что мы разводим костры. Но все, как правило, понимали. А если были пьяные, то комендантский взвод скручивал их.

— Вы передали фестиваль в надежные руки.

— Я очень благодарна, что у нас на первом фестивале появился Олег Митяев. Они с Петей Старцевым вышли и спели, хоть и в ноты не попали, что-то типа: «Огурец на вилке вроде шашлыка, и чего-то капает у меня в глазах». А уже на второй слет они с Петей спели «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались».

Напомним, что проект «Очевидно было» — это цикл прямых эфиров, в которых очевидцы вспоминают подробности ключевых событий недавнего прошлого.



Ведущие цикла — директор по информационному развитию медиахолдинга «Гранада Пресс» Андрей Трушников и заведующий сектором проектных технологий челябинской публички Рифат Абдрашитов.

Фото Дмитрия Куткина

Смотрите новый выпуск программы в социальных сетях «Гранада TV» или здесь:



Читайте «Вечерку» на «Яндекс.Дзен» и подписывайтесь на наш телеграм-канал!