Дело об отжатой у севастопольской пенсионерки квартире стало еще грязнее
По-прежнему в тревоге и в съемной комнате встретила Новый, 2021 год теперь уже 75-летняя жительница Севастополя, ставшая жертвой незамысловатой криминальной схемы, концы которой спрятали в соседней, но юридически недосягаемой Украине.
«Уши» тех, кто приложил руку к этому делу, торчат из выстроенной на подлоге истории — но остаются неопознанными.
Коротко напомним историю, ранее рассказанную в материалах «"Занято!" В Севастополе женщина теряет квартиру после отлучки на Украину» и «В Севастополе идёт сражение за отжатую у пенсионерки квартиру».
В 2014 году тогда ещё 70-летняя Лариса Ивановна надолго уехала из Севастополя, чтобы ухаживать за больной матерью, попросив племянницу снаружи присматривать за квартирой, полученной во время многолетней работы в одной из воинских частей.
Некоторые факты дали мошенникам надежду на то, что немолодая женщина уже не вернётся — только этим можно объяснить наглость и небрежность действий, среди которых подлог в БТИ правоустанавливающих документов на квартиру, поддельная подпись-резолюция на свидетельстве о праве собственности некоего Тамилина из Донецкой области, две стремительные перепродажи квартиры и вынос в неизвестном направлении всего имущества вместе с подлинными документами.
Недостижимый для российского правосудия Тамилин никогда не имел в Севастополе ни временной, ни постоянной регистрации, а значит, и оснований к приватизации, по которой квартира якобы стала его собственностью. Какую роль он играл в этой схеме — неясно. Известно лишь, что в день продажи не принадлежащей ему квартиры Тамилин избавился ещё от одного севастопольского «балласта» — 15-миллионного особняка.
Вернувшаяся в 2019 году, уже после смерти матери, Лариса Ивановна при поддержке своей племянницы сумела получить документы, свидетельствующие о том, что квартира является её собственностью, а документы на имя Тамилина – фейк, который благодаря подлогу в БТИ удалось зарегистрировать в Севреестре.
В итоге Гагаринскицй суд истребовал квартиру у последней приобретательницы, гражданки Б., в пользу Ларисы Ивановны. Вот только в решении суда была странность: квартиру настоящей хозяйке было предписано вернуть, но действительность «альтернативных» документов не отменять, хотя свидетельства их подлога в описательной части решения были зафиксированы.
Это дало возможность приобретателям квартиры подать апелляцию. Её решения сейчас со страхом и надеждой ждёт Лариса Ивановна. Суд, который призван подвести черту под решением о собственнике квартиры, состоится 18 января. Среди представителей интересов гражданки Б. — небезызвестный севастопольцам Александр Меликян, однажды уже осужденный по уголовной статье за фальсификацию документов.
Между тем материалы дела, с которыми знакомится ставшая бездомной женщина, обогащают историю новыми дурнопахнущими деталями.
В частности, выяснилось, что первая перепродажа квартиры состоялась, несмотря на сведения из Нотариальной палаты о том, что у Тамилина нет права собственности на эту квартиру.
Это ответ на запрос, заказанный севастопольским нотариусом К., не помешал ему оформить продажу квартиры Маликову и остался лежать в пакете документов по сделке.
«Нотариус просто перечеркнула свою работу, когда оформила сделку, имея такой ответ Нотариальной палаты», — говорит Лариса Ивановна.
Открытым пока остался вопрос, откуда взялись справки о том, что в квартире никто не зарегистрирован, приложенные к обеим перепродажам. Как известно, выписала Ларису Ивановну уже последняя собственница квартиры Б. — причем в двухнедельную паузу, по непонятным причинам возникшую между продлениями ареста квартиры. Кто и каким образом давил на выдавших эти справки, — это ещё один вопрос, на который нельзя ответить в рамках административного дела.
Ещё одно подтверждение фиктивности сделки между Тамилиным и первым покупателем квартиры Маликовым — полная нестыковка дат договора и пересечения границы России продавцом (он, как и покупатель, — житель Донецкой области).
«Документы говорят о том, что Тамилин 1 июня 2018 года подавал заявление в МФЦ на регистрацию права собственности в Севреестре. А по данным таможни, его в это время на территории РФ не было. У него есть въезд 18 мая и выезд — 19, а потом он только в конце октября 2018 года пересек границу. А по документам он во всем участвовал лично. Но работник МФЦ уже не помнит, кто подавал документы», — говорит Лариса Ивановна.
Женщина обратила внимание, что все пять подписей Тамилина, которые она видела на фотографиях документов, выглядят разными. В таком легкомыслии захватчиков квартиры можно было бы усомниться — но только если забыть о том, что на возвращение женщины они в принципе не рассчитывали.
Но Лариса Ивановна вернулась — и сдаваться не собирается, хотя нелицеприятные вопросы возникают чуть ли не ко всем службам и ведомствам, тем или иным образом проходящим по её делу.
И пусть концы этой грязной истории спрятаны в Украине, мутная вода, на которой её замешали, — здесь и требует уголовного расследования, которое пока далеко от завершения.
Светлана Косинова
Фото: ForPost
«Уши» тех, кто приложил руку к этому делу, торчат из выстроенной на подлоге истории — но остаются неопознанными.
Коротко напомним историю, ранее рассказанную в материалах «"Занято!" В Севастополе женщина теряет квартиру после отлучки на Украину» и «В Севастополе идёт сражение за отжатую у пенсионерки квартиру».
В 2014 году тогда ещё 70-летняя Лариса Ивановна надолго уехала из Севастополя, чтобы ухаживать за больной матерью, попросив племянницу снаружи присматривать за квартирой, полученной во время многолетней работы в одной из воинских частей.
Некоторые факты дали мошенникам надежду на то, что немолодая женщина уже не вернётся — только этим можно объяснить наглость и небрежность действий, среди которых подлог в БТИ правоустанавливающих документов на квартиру, поддельная подпись-резолюция на свидетельстве о праве собственности некоего Тамилина из Донецкой области, две стремительные перепродажи квартиры и вынос в неизвестном направлении всего имущества вместе с подлинными документами.
Недостижимый для российского правосудия Тамилин никогда не имел в Севастополе ни временной, ни постоянной регистрации, а значит, и оснований к приватизации, по которой квартира якобы стала его собственностью. Какую роль он играл в этой схеме — неясно. Известно лишь, что в день продажи не принадлежащей ему квартиры Тамилин избавился ещё от одного севастопольского «балласта» — 15-миллионного особняка.
Вернувшаяся в 2019 году, уже после смерти матери, Лариса Ивановна при поддержке своей племянницы сумела получить документы, свидетельствующие о том, что квартира является её собственностью, а документы на имя Тамилина – фейк, который благодаря подлогу в БТИ удалось зарегистрировать в Севреестре.
В итоге Гагаринскицй суд истребовал квартиру у последней приобретательницы, гражданки Б., в пользу Ларисы Ивановны. Вот только в решении суда была странность: квартиру настоящей хозяйке было предписано вернуть, но действительность «альтернативных» документов не отменять, хотя свидетельства их подлога в описательной части решения были зафиксированы.
Это дало возможность приобретателям квартиры подать апелляцию. Её решения сейчас со страхом и надеждой ждёт Лариса Ивановна. Суд, который призван подвести черту под решением о собственнике квартиры, состоится 18 января. Среди представителей интересов гражданки Б. — небезызвестный севастопольцам Александр Меликян, однажды уже осужденный по уголовной статье за фальсификацию документов.
Между тем материалы дела, с которыми знакомится ставшая бездомной женщина, обогащают историю новыми дурнопахнущими деталями.
В частности, выяснилось, что первая перепродажа квартиры состоялась, несмотря на сведения из Нотариальной палаты о том, что у Тамилина нет права собственности на эту квартиру.
Это ответ на запрос, заказанный севастопольским нотариусом К., не помешал ему оформить продажу квартиры Маликову и остался лежать в пакете документов по сделке.
«Нотариус просто перечеркнула свою работу, когда оформила сделку, имея такой ответ Нотариальной палаты», — говорит Лариса Ивановна.
Открытым пока остался вопрос, откуда взялись справки о том, что в квартире никто не зарегистрирован, приложенные к обеим перепродажам. Как известно, выписала Ларису Ивановну уже последняя собственница квартиры Б. — причем в двухнедельную паузу, по непонятным причинам возникшую между продлениями ареста квартиры. Кто и каким образом давил на выдавших эти справки, — это ещё один вопрос, на который нельзя ответить в рамках административного дела.
Ещё одно подтверждение фиктивности сделки между Тамилиным и первым покупателем квартиры Маликовым — полная нестыковка дат договора и пересечения границы России продавцом (он, как и покупатель, — житель Донецкой области).
«Документы говорят о том, что Тамилин 1 июня 2018 года подавал заявление в МФЦ на регистрацию права собственности в Севреестре. А по данным таможни, его в это время на территории РФ не было. У него есть въезд 18 мая и выезд — 19, а потом он только в конце октября 2018 года пересек границу. А по документам он во всем участвовал лично. Но работник МФЦ уже не помнит, кто подавал документы», — говорит Лариса Ивановна.
Женщина обратила внимание, что все пять подписей Тамилина, которые она видела на фотографиях документов, выглядят разными. В таком легкомыслии захватчиков квартиры можно было бы усомниться — но только если забыть о том, что на возвращение женщины они в принципе не рассчитывали.
Но Лариса Ивановна вернулась — и сдаваться не собирается, хотя нелицеприятные вопросы возникают чуть ли не ко всем службам и ведомствам, тем или иным образом проходящим по её делу.
И пусть концы этой грязной истории спрятаны в Украине, мутная вода, на которой её замешали, — здесь и требует уголовного расследования, которое пока далеко от завершения.
Светлана Косинова
Фото: ForPost