Поезд нельзя не любить

Когда едешь по залитой солнцем степи, а в аулах к тебе подсаживаются крестьяне с бараньими тушами: везут в город на рынок. А еще через весь поезд непрерывным потоком идут торговцы. Носки из верблюжьей шерсти, рыба из озера Балхаш, персики, абрикосы…

Я провел в поездах все детство и юность. Жил-то в Сибири. Там 1500 километров — это близко. От города, где я жил, только до Урала ехать было сутки. До Москвы — больше двух. А до Владивостока — пять суток! По меркам России я жил почти в Подмосковье. Подумаешь, 3200 километров! До «Владика» вон вообще восемь. Это сейчас поезда с кондиционерами, биотуалетами и даже душем. А тогда… Едешь, например, по маршруту «станция Артышта II — Капчагай». Через Казахстан идет железная однопутка. Никаких проводов — дуем на локомотиве-дизеле. За бортом — плюс 40. В вагоне, наверное, плюс 45. Все окна открыты. В них залетает черный от сажи ветер — дизель, что вы хотели. Черными становятся простыни, подушки, руки, лица… Все, что возле открытого окна, — чернеет. Едешь и чувствуешь себя Индианой Джонсом, пересекающим Индию. Или героем мексиканской революции.

Я жалуюсь? Да вот еще! Я ностальгирую. Поездка в поезде — всегда приключение. Выскакиваю как-то, помню, из поезда в Петропавловске — это северный Казахстан, рядом с Омском. Бегу в город: спортивные трусы, футболка, кеды. «Парень, стой! Стой!!!» — кричит бабулька с перрона. Резко торможу. Господи, что случилось?

— Вот, недорого отдам, местная, — бабка достает из-за пазухи бутылку водки.

— Да я пробежаться просто, устал лежать-то!

Бабка не понимает. Чокнутый какой-то. Ну да. Я, кстати, так часто ездил, что выучил Транссиб как свой карман. И знал, где возле каждого вокзала есть спортплощадка с турниками и брусьями. А что? Поезд порою и по 40–50 минут стоит, чего не размяться на остановке? Я ездил с табором цыган, овчаркой на нижней полке, смертельно пьяными и счастливыми дембелями, картежниками «каталами», производителями доводчиков на двери: тогда это было техническое чудо — дверь сама закрывается! Я ездил со всеми. Поезд — великая школа общения. Это сейчас в каждом вагоне тихо, чисто и вай-фай, поэтому народ смотрит кино и переписывается.

А еще лет двадцать назад досуг сводился к чтению и общению. Я узнавал истории, по которым впору писать книгу. Ехал как-то с одним лейтенантом. Парень, совсем пацан еще, объезжал родственников своих сослуживцев, погибших в Чечне. Привозил мамам и отцам личные вещи — мелочи, которые от пацанов оставались. Привозил свои куцые о них воспоминания. Однажды я провел в поезде часть медового месяца. Народу было так много, что нам продали места в купе для проводников. То есть мы ехали вдвоем. Эту поездку — двое с половиной суток — я не забуду!

Сейчас лето, отпуска. Самолет — это, конечно, быстро и удобно. Но борт — средство доставки тела. А поезд — путешествие. Просыпаешься утром, глядишь в окно: где это мы? Что, уже Волга? Вчера только Каму переезжали. Идешь чаек заваривать. А под тобой качается вагон. Поезд нельзя не любить. Он как жизнь: все время движется и лишь изредка стоит.