Российское законодательство об экстремизме через призму решения о запрете Меджлиса

Российское законодательство об экстремизме является аморфным. Это факт известный. Я же хочу этой заметкой продемонстрировать степень его аморфности. Итак, вчера было дело о признании Меджлиса экстремисткой организацией. Верховный суд Российской Федерации подтвердил позицию Верховного суда Республики Крым и оставил в силе решение суда первой инстанции о признании Меджлиса таковой. Само по себе дело поднимает много вопросов. Например, о том, является ли Меджлис общественной организацией в понимании Федерального закона об общественных объединениях, доказано ли участие Меджлиса как организации во вменяемых акциях (или можно говорить только об участии отдельных ее членов, которые, как и все люди, имеют право участвовать в демонстрациях и встречах, но под свою личную ответственность). Однако в данной статье я остановлюсь исключительно на вопросах аморфности российского антиэкстремистского законодательства и хаотичности его применения. Экстремистскими действиями суд первой инстанции квалифицировал встречу Мустафы Джемилева 3 мая 2014 года и энергетическую блокаду Крыма. Первое он квалифицировал как воспрепятствование деятельности государственного органа, а второе как нарушение прав человека на основании социальной принадлежности. Рассмотрим эти два события, чтобы понять, насколько верна их квалификация в качестве экстремистских. Встреча 3 мая 2014 года как воспрепятствование законной деятельности государственного органа 3 мая 2014 года произошла встреча Мустафы Джемилева недалеко от города Армянска. Эту встречу, действительно, организовал Меджлис. Встреча планировалась как мирная. На границе собрались крымские татары и 200 ОМОНовцев (тогда еще называвшиеся “беркут”). На вооружении у правоохранителей было два танка и два БТР. Как указывают процитированные Верховным судом РК приговоры в отношении нескольких участвовавших в этой встрече, один участвовавший удерживал сотрудника ОМОНа за одежду, а второй ударил сотрудника, чем нанес ему вред, неопасный для жизни.