Парализованная нижегородка рассказала, как вернулась к нормальной жизни

Такую историю, как у Анастасии и Павла, невозможно придумать даже для голливудской драмы. В 2021 году пара во время отпуска в Дагестане на машине попала в аварию. Павла не задело, а Анастасия получила травму позвоночника и оказалась парализована ниже груди. С тех пор они успели сыграть свадьбу, принять участие в марафоне, научиться дайвингу и открыть спортивный центр для детей. Мы поговорили с Анастасией и Павлом и узнали, как удалось найти силы вернуться к нормальной жизни после страшной травмы, правда ли, что вода успокаивает и чем опека отличается от заботы.

Страшный поворот Павел и Анастасия познакомились на совместной тренировке, а через год, в 2021 году, отправились в романтическое путешествие в Дагестан. Именно там Павел сделал предложение руки и сердца своей возлюбленной.

Счастливые жених и невеста через пару дней после помолвки отправились в горы, чтобы насладиться горячими источниками. Внезапно навстречу им выскочил автомобиль. Павел затормозил, но избежать столкновения не удалось. Подушка безопасности спасла жениха, но его невесте, к сожалению, повезло меньше, несмотря на то, что она была пристёгнута. Анастасия получила травму позвоночника.

Влюблённых доставили в больницу, а оттуда сразу перенаправили в Махачкалу на операцию. На следующий день после аварии нижегородке вправили позвонки, но из-за повреждения 7‑го шейного позвонка Анастасию парализовало ниже груди. Пришлось заново учиться даже держать вилку и ложку.

«Когда мы попали в травму, первый год проводили на реабилитациях, и прогресс был не столь значительным, как ожидалось, – вспоминает Павел. – Когда попадаешь в такую ситуацию, думаешь: «Сейчас всё возможно, всё сделаем», но со временем видишь, что прогресс небольшой. Я понимал, что один из самых важных моментов – это психологическое восстановление».

Павел был рядом с любимой на всех этапах реабилитации. Спустя год после аварии они поженились, и с тех пор практически неразлучны. Именно поддержка Павла помогла Анастасии пережить травму.

«Он – мой психолог, – с улыбкой делится она. – Первый год на мне вообще лица не было. На второй год, когда мы переехали из реабилитационных центров домой, пошла обычная жизнь, мне было тяжело выходить на улицу, встречаться с людьми».

И тогда у Павла родилась идея открыть детский спортивный центр.

«Мне хотелось, чтобы она чувствовала себя нужной, – признался Павел. – Поэтому мы открыли бизнес в сфере детского спорта и помогаем растить здоровое поколение».

Анастасия – главный администратор, Павел – управляющий.

«Работа очень помогла восстановиться, – делится нижегородка. – Я немного абстрагировалась от своих мыслей. Стала больше смотреть контента с похожими случаями о том, как люди справляются с длительными травмами. Художественные фильмы, которые я смотрела, меня раздражали, потому что травмы, что там показаны, отношения к реальности не имеют. Истории о чудодейственных излечениях – это неправда. Интереснее смотреть программы о реальных людях». Нырнули на глубину С момента аварии прошло уже четыре года.

«Со временем понимаешь, что ко всему можно адаптироваться, – рассказывает Анастасия. – Это, конечно, долгий процесс. Я только сейчас начала спокойно принимать и воспринимать свою травму».

Павел решил найти вид спорта, которым они могли бы заниматься вместе. Пара уже участвовала в заезде на благотворительном полумарафоне «Беги, герой!», но останавливаться на этом не планировала.

«Хотелось найти что-то доступное, особенно для супруги в таком положении», – объясняет он.

Выбор пал на дайвинг. Ещё в реабилитационном центре Анастасия пробовала нырять и погружаться в воду. Там пара узнала о Дмитрии Князеве – тренере по адаптивному дайвингу для людей с ограниченными возможностями.

Уроки по дайвингу проводились в Хургаде на протяжении пяти дней, в день по два погружения.

«Первый раз сразу накатила паника, – рассказал Павел, – от второго погружения Анастасия отказалась. На следующий день мы проработали какие-то моменты, и всё было хорошо».

Самое сложное, по словам Анастасии, – научиться преодолевать страх. И здесь помощь Павла совершенно бесценна.

«Он очень хорошо понимает, что меня тревожит, – призналась нижегородка. – И я сама стараюсь преодолеть свой страх, ведь он только в моей голове. В водной среде намного легче ощущать движение, и в целом вода успокаивает. Это красиво, необычно, это даже не совсем спорт, а больше удовольствие и мотивация пробовать новое».

По словам Анастасии, когда человек лишается обычных возможностей, к которыми он привык, кажется, что весь мир рухнул и всё невозможно. Но занимаясь дайвингом, на который и не все здоровые люди отваживаются, удаётся легче преодолевать страхи и барьеры. Путь к вершинам Барьеров же для маломобильных людей хватает с избытком. На коляске непросто передвигаться по улицам Нижнего Новгорода и Дзержинска. Во многие общественные места бывает сложно попасть без посторонней помощи.

«В сравнении с Москвой у нас на 50% меньше адаптивной среды, – говорит Павел. – Но за четыре года всё равно стало намного лучше. Сейчас делают более доступные места для передвижения, больше адаптивных туалетов в парках. Но пандусы и заезды не всегда доступны. Они могут быть под таким крутым уклоном, что без помощи туда не заехать. Строители, наверное, в первую очередь, делают пандусы для мам, которые сами толкают коляски. В итоге людям на инвалидных креслах тоже нужна помощь, чтобы их кто-то сзади подталкивал».

Анастасия и Павел всегда путешествуют по городу вдвоём, поэтому они преодолевают любые препятствия. Да и прохожие часто готовы помочь. Но не всегда могут правильно это сделать.

«Это благое дело, но нужно всегда объяснять, как именно помогать, – делится Павел. – Иногда помощь бывает чревата. Не за то место возьмут коляску, перевернут случайно или переусердствуют. Много нюансов, поэтому всегда нужно объяснять, что именно делать».

«Что именно делать?» – вопрос, который мучает всех – и человека с травмой, и его близких, и тех, кто хочет помочь. По мнению Анастасии, именно недостаток информации мешает адаптироваться к новой жизни.

«Когда человек получает инвалидность, это происходит достаточно быстро, – поделилась Анастасия. – Было бы здорово, если бы службы, которые этим всем заведуют, могли бы оказать информационную поддержку самому человеку. Объяснить, куда он может пойти, какие у него есть возможности. И тогда в его сознании процесс адаптации был бы быстрее. Человек после травмы не знает, что делать, куда бежать, к кому обращаться, и в итоге замыкается».

У многих на адаптацию после травмы уходит до 10 лет. Это невероятно долгий срок, на который человек оказывается буквально выкорчеван из полноценной жизни.

«Человек приходит к пониманию, что можно жить дальше, очень медленно, но ведь это можно сделать гораздо быстрее, если знать как, – считает Анастасия. – Достаточно года, чтобы организм окреп физически и адаптировался. Дальше идёт работа мозга и желание что-то изменить. Не нужно тратить столько времени, чтобы понять, что жизнь не заканчивается. Хочется людям, которые попали в похожую ситуацию, дать понять, что можно гораздо быстрее вернуться к жизни».

По мнению Анастасии, помощь близких необходима. Но родным важно как можно быстрее отключить гиперопеку, которую многие считают одним из проявлений заботы.

«Хочется помочь и сделать что-то за человека, но гиперопека мешает, – поделился Павел. – Нужно дать человеку возможность понять, что он сам может очень многое. На начальном этапе я давал эту возможность. Потом, когда вернулись домой, немножко упустил этот момент, сейчас навёрстываю. Здесь важно, чтобы человек мог самостоятельно существовать и понимал, что жизнь возможна».

…Недавно Анастасия решила попробовать аэротрубу. Она уже покорила мир воды и глубин, а теперь собирается научиться летать. Павел, как всегда, будет рядом…