«Дают бумаги, что я суицидник». Письмо первого потерпевшего по делу о массовых пытках из братского СИЗО

Евгений Юрченко находится в братском СИЗО-2 по делу о покушении на сбыт наркотиков (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 228.1 УК). Его арестовали в декабре 2021 года, но уголовное производство было сфабриковано в результате провокации сотрудников ГУФСИН по Иркутской области и заключенных, сотрудничающих с администрацией, говорилось в письме Юрченко уполномоченной по правам человека при президенте РФ Татьяне Москальковой.
Юрченко был заключенным ангарской ИК-15. Он одним из первых публично рассказал о массовом насилии в отношении осужденных после акции протеста в апреле 2020 года и снялся в фильме фонда «В защиту прав заключенных»*.

В феврале 2021 года после заявлений Юрченко и правозащитников удалось возбудить дело по ч. 3 ст. 286 УК (превышение должностных полномочий) и по пункту «д» ч. 2 ст. 117 УК (истязания с применением пыток). Позже его объединили с делом о групповом сексуальном насилии (пункт «а» ч. 2 ст. 132 УК). Но затем СК выделил эпизоды с сексуальным насилием в отдельное производство. По последним данным правозащитников, в общем деле около 30 потерпевших.
166704изнасилования, убийства и страх в Иркутской области
Когда Юрченко вышел на свободу, правозащитники вывезли его в безопасное место в Москве. Но в 2021-м он решил вернуться домой, в свой поселок в Братском районе Иркутской области, где и мог стать жертвой провокации с наркотиками. Его задержали в конце декабря.
Теперь мужчине угрожает опасность, рассказал он. Тайга.инфо публикует письмо Евгения Юрченко из братского СИЗО-2. Из него следует, что все то, что может произойти с ним в изоляторе, готовы списать на «суицид»:
Хочу поставить в известность, что, если со мной что-нибудь случится и меня убьют, не верьте ни в какие версии самоубийства или сердечной недостаточности или еще что-нибудь, что могут придумать сотрудники ФСИН. Так как мне дают бумаги на подпись, что я суицидник, я их не подписываю, так как я не склонен к суициду и нигде на учетах не состоял и не состою и сам себя убивать не собираюсь, так как я не самоубийца — у меня есть семья и любимая жена!
Мне поступали и поступают угрозы смертью, что я живу одним днем, от сотрудников ФСИН и от заключенных-разработчиков. Это заключенные, которые пытают людей по указанию сотрудников ФСИН!
Угрозы поступают из-за того, что я снялся в фильме «Два месяца до свободы», написал заявления и разоблачил сотрудников ФСИН, которые избивают заключенных и приказывают «разработчикам», чтобы они насиловали, били, пытали током!
Меня признали потерпевшим по ст. 117 и 286 — это пытки и превышение должностными полномочиями. И теперь мне поступают угрозы расправы. Я боюсь за свою жизнь.
Если что-нибудь случится, не верьте ни в какие версии сотрудников ФСИН! И если меня убьют, винить во всем сотрудников ФСИН: от генерала до инспектора, которых я указывал в уголовном деле и фильме. Так как сам себя я не убью, здоровье у меня нормальное, ничем не болею и не болел, сердце тоже в порядке. Я не наркоман, не алкаш, ни разу не употреблял наркотики.
Также почитайте воспоминания Юрченко о пытках в ангарском СИЗО-6 после того, как заключенных вывезли из ИК-15:«Каждая проверка, каждая прогулка — нас избивали, избивали, избивали, избивали. Пришел сотрудник, назвал фамилии на этап. И повели в тот этапный бокс, где первый раз нас встречали. Завели, посадили всех на корточки, руки за спину, голову вообще не поднимать. Заходит гадье — человек, наверно, четверо: Анис (Саша), Семедяй (Женя), Лапа (Дима Атаман) вместе с оперативниками. Положили на пол [нескольких], пока нас избивали, прямо реально изнасиловали. [Одного] прямо четыре четыре человека **** [насиловали]. Вот это гадьё. Меня привязали к вешалке рукой и привязали к члену провода. Я наверно четыре раза обоссался в реальном смысле — потому что меня били прямо так. [Еще одного заключенного] били лежа током с засунутой в жопу шваброй».
Ярослав Власов
Читайте спецпроект Тайги.инфо: «Энциклопедия пыток в иркутских колониях и СИЗО»
*(По версии Минюста РФ, является «некоммерческой организацией, выполняющей функцию иностранного агента». Мы обязаны указывать это по запретительным законам)