Хотела отомстить Фрунзе за смерть отца

В архивном фонде ивановского комитета по телевидению и радиовещанию сохранилась стенограмма передачи, посвященной 50-летию со дня образования органов госбезопасности. Так, в своем выступлении ветеран-чекист Иван Буков рассказывает о несостоявшемся покушении на Фрунзе: "Я приехал в Иваново. На второй день председатель ЧК Валерьян Наумов говорит: "Товарищ Буков, пройдите к Фрунзе, он какое-то задание хочет вам дать". А я работал старшим следователем по контрреволюционным делам". 

СПРАВКА. Михаил Фрунзе родился 2 февраля 1885 года в Пишпеке (сегодня – Бишкек, Киргизия) в семье военного фельдшера. В возрасте 19 лет вступил в РСДРП и уже в 1905-м принимал активное участие в демонстрации, которая вошла в историю как Кровавое воскресенье, – там он был ранен в руку. Вел активную антиправительственную деятельность в Иваново-Вознесенске и Шуе. В конце 1917 года Фрунзе избран депутатом Учредительного собрания от партии большевиков, стал председателем Иваново-Вознесенского губкома РКП(б), военным комиссаром губернии. Позже назначен военным комиссаром Ярославского военного округа, который состоял из восьми губерний. Многим он также известен под псевдонимом "товарищ Арсений" и подпольным кличкам Трифоныч, Михайлов и Василенко.

В то время Михаил Васильевич был комиссаром Ярославского военного округа. Он работал в доме Зубкова на территории Рабфаковской улицы. "Вхожу в комнату, в уголке сидит адъютант. Смотрю – дочь Васильева. Васильев – это в Иванове был жандармский полковник, который вешал и расстреливал. Мы его тоже расстреляли, – вспоминал чекист. – Говорю: "Кто это?" Адъютант отвечает: "Не знаю, кто-то к Фрунзе". Я информирую: "Это же дочь жандармского полковника Васильева". 

Когда Иван Буков попал к Фрунзе, он сообщил комиссару, кто именно его дожидается. Тот ответил: "Ну и что же здесь такого? Всё вам люди кажутся бандитами, контрреволюционерами". 

Однако чекист оказался более бдительным. Буков пошел к адъютанту и сказал, что Михаил Васильевич якобы приказал обыскать дочь Васильева. Позвали уборщицу, тетю Аню. Та стала обыскивать. "Нашла "Велодог" – такой револьвер, перламутровая ручка, длинный барабан, с длинным патроном тонким. Я пришел к Михаилу Васильевичу. Фрунзе только ответил: "Ну, черт их знает", – рассказывал Иван Буков. – На допросе она призналась, сказала, что пришла отомстить за смерть отца".

ДОСЛОВНО. Согласно еженедельнику ЧК № 4 от 13 октября 1918 года: "Расстреляны Иваново-Вознесенской губернской чрезвычайной комиссией: Сабуров – бывший околоточный надзиратель, агент и правая рука жандармерии; Власов – бывший жандармский унтер-офицер, один из видных жандармов Иваново-Вознесенской охранки; Васильев – бывший жандармский полковник, контрреволюционер".

Соратник Фрунзе, писатель-прозаик, революционер, наш земляк Дмитрий Фурманов в отличие от своего руководителя по-другому смотрел на свою безопасность. Это хорошо иллюстрирует недавно найденный автором этих строк архивный документ, написанный лично писателем.

"28 июня я был вызван во вторую часть гражданской милиции по следующему делу. Весною 1917 года, 5 мая, отправляясь на пропагандистскую работу среди крестьян нашей губернии, я получил револьвер системы наган из штаба гражданской милиции, под расписку. Теперь <…> штаб милиции требует возвращения револьвера. Признавая претензию штаба милиции вполне правильной, я в то же время предлагаю исполнительному комитету связаться со штабом и ликвидировать дело в том смысле, чтобы револьвер остался у меня на руках. В подобное время разоружать революционеров, сторонников и активных участников советской работы – крайне опасно и нецелесообразно. Жду скорого уведомления по адресу губернского совдепа. Отдел просвещения, Дмитрий Андреевич Фурманов. 28.06.1918 г.". 

Рассмотрев прошение Фурманова, президиум исполнительного комитета Иваново-Вознесенского совета рабочих и солдатских депутатов постановил: предложить Дмитрию Фурманову возвратить имеющийся у него револьвер системы Наган в кратчайший срок.

ШТРИХ. В 1919 году жене Дмитрия Фурманова, Анне Никитичне, подарили именной пистолет системы Вальтера.

Именной пистолет жены писателя. Фото: Центральный музей Вооруженных cил