Обыски, угрозы, давление: врачей военного госпиталя в Ижевске отправили под суд

В конце марта Udm-Info опубликовало материал о многочисленных нарушениях в военном госпитале Ижевска. Так, в августе-сентябре прошлого года в учреждении заболели ковидом четыре сотрудника. Троим из них выплатили положенную страховку, а четвертой — медсестре Раисе Евстафьевой — в выплатах отказали. Заведующий хирургическим отделением поликлиники Анатолий Максимов посчитал подобное решение несправедливым, заступился за коллегу и посоветовал ей подать иск в гражданский суд. Но вместо ожидаемой поддержки они получили удар под дых - против них возбудили уголовные дела. Сотрудница больницы – Татьяна Архипова, заразившая ковидом медсестру, под давлением директора госпиталя отказалась от своих показаний. Теперь медиков подозревают в подделке документов и пособничестве.

Ты друг и я друг

По признанию заведующего хирургическим отделением поликлиники Анатолия Максимова, после освещения проблемы в СМИ администрация госпиталя притихла и стала осмотрительней. Все чаще руководитель учреждения Станислав Артамонов стал наведываться в военный следственный отдел по Ижевскому гарнизону.

«Когда мы находимся на допросе, он (Станислав Артамонов, - прим. ред.), как правило, сидит в соседнем кабинете. Бывает, что директор приезжает в следственный отдел сразу после наших показаний. Сложилось впечатление, что он пытается контролировать ход событий», - считает Анатолий Максимов.

Действия врачей, которые поделились своими проблемами с журналистами, пришлись не по душе и помощнику военного прокурора Ижевского гарнизона.

«Помощник прокурора Грузинцев пытался поговорить со мной наедине в кабинете, его интересовали статьи в СМИ. Сложилось впечатление, что сотрудники ведомств исполняют заказ. Директор госпиталя, Станислав Артамонов, напрямую нам сообщил, что военный прокурор Ижевского гарнизона Владислав Михалевич – его друг. Возможно, этим и объясняются дальнейшие неправомерные действия против нас», - рассказывает врач.

Обыски и аресты

19 апреля домой к медсестре Раисе Евстафьевой пришли с обыском. Женщину не предупредили о следственных действиях.

«Пришли сотрудники и свидетели, вручили постановление. Отобрали телефон, даже не разрешили позвонить адвокату. Я испытала колоссальный стресс», - сетует медсестра.

20 апреля с обыском пришли к Анатолию Максимову.

«Следователь Шуравин с порога заявил мне: "Если у вас хранятся наркотики или оружие, предлагаю в добровольном порядке предъявить их". Затем он увидел на столе мою незаконченную диссертацию. Он стал ее листать. Я напрямую спросил, что его интересует. Он ответил, что ищет бумаги, которые могут иметь отношение к преступлению. Я догадался, что они ищут расписку Архиповой – она была не против использования ее амбулаторной карты в суде. Потом он стал искать драгоценности, которые имели бы отношение к преступлению. Наркотики, оружие, драгоценности… Следователь явно превысил свои полномочия, - считает заведующий хирургическим отделением. - Я спросил у него: "На основании чего вы проводите обыски? Вы что, нашли преступников на федеральном уровне?" Он сказал, что выполняет указания своего руководителя: "Это приказ. Вы сами виноваты в том, что происходит". Им не понравилось, что мы воспользовались ст. 51 Конституции РФ и не стали свидетельствовать против себя до судебного заседания».

Согласно выданной копии суд удовлетворил постановление на обыск 8 апреля.

«Они должны были уведомить нас заранее об обыске. Так как с вынесения постановления прошло больше десяти дней, мы не смогли обжаловать это решение. Копии постановления на обыск мне выдали только в мае. Оригинал уже был пришит к делу. Кроме того, 1 апреля на огород и гараж, которые перешли мне по наследству от мамы, наложили арест. Огород Раисы в Завьялово также арестовали», - сетует доктор.

Психологическое давление

Следственные действия прошли и на рабочем месте медиков.

«27 апреля без предупреждения следователь пришел в госпиталь. Он осмотрел кабинеты хирургического отделения, сделал фотографии, забрал мой рабочий компьютер. В конце месяца мне нужно было сдавать отчеты. Шуравин обещал вернуть технику на следующий день, но этого не произошло», - говорит Анатолий Максимов.

Вскоре медикам стало известно, что степень тяжести преступлений, в которых их обвиняют, изменили.

«2 мая нам представили обвинение. Степень тяжести преступлений поменяли. Если раньше я проходил по ч. 1 ст. 159 и ч. 2 ст. 30 УК РФ, то теперь степень ответственности повысили до ч. 3. Мне грозит лишение свободы до 6 лет. Мне так и не пояснили, на основании чего изменили степень тяжести. Видимо, они хотят подавить меня психологическими атаками», - считает врач.

Психологическое давление оказывают и на Раису Евстафьеву. Она провела на приеме у прокурора 7,5 часов. От волнения у женщины подскочило давление. В этот момент прокурор предоставил ей на подпись множество документов. Медсестра, изрядно уставшая от допросов, расписалась на всех листах. Позже стало известно, что своей подписью Раиса Евстафьева подтвердила, что сведения в журнал о болезни она вносила не в августе, а в октябре прошлого года.

На свидетелей по делу медсестры и хирурга также давят.

«Двоих сотрудников уговаривали изменить свои показания и свидетельствовать против нас. Старшая медсестра, которая ходила на очную ставку с Татьяной Архиповой (сотрудница госпиталя, которая заразила ковидом Евстафьеву, - прим. ред.) в конце апреля, рассказывала, что та слезно умоляла ее изменить показания – сообщить, что не видела ее в нашем кабинете перед заражением. Но наш свидетель осталась верна себе. Конечно, мы переживаем, что другие сотрудники под давлением пойдут на попятную, но я надеюсь на их человечность. В любой ситуации нужно оставаться человеком. Я этим правилом руководствуюсь, поэтому Евстафьеву не брошу, иначе они ее растопчут», - уверен Анатолий Максимов.

Впереди суды

Расследование подходит к концу. Следователи составили шесть томов по делу медсестры и хирурга. Вероятнее всего, в начале июня пройдут первые судебные заседания. Медики не опускают руки.

«Я обратился в приемную министра обороны РФ Сергея Шойгу, сообщил, что не согласен с обвинениями. Кроме того, я подал иск в гражданский суд из-за ущемления прав и нанесения вреда здоровью в связи с невыплатой пособия. Неужели я бы стал предпринимать эти действия, если бы действительно что-то нарушил?», - вопрошает Анатолий Максимов.

Сотрудники военного госпиталя считают, что следственный отдел и прокуратура Ижевского гарнизона ищут преступников не там, где нужно.

«В военном госпитале процветает коррупция. А органы не обращают на это внимания. Я им рекомендовал ознакомиться с карточками сотрудников. Там они увидят, что около десяти лет медработникам не выдают даже халаты и моющие средства – мы покупаем их сами. Сейчас в перевязочной есть только одна мазь – левосин. Слава богу, недавно появились йод и фурацилин. Новокаин тоже доставляют с перебоями. Просим пациентов покупать препараты самим. Как после этого администрация больницы смотрит в глаза сотрудникам и пациентам? Почему это беззаконие не устраняют? Силы правоохранителей направлены не на тех людей», - подытожил заведующий хирургическим отделением.

В тему:

Udm-Info в своем материале также сообщило, что c территории госпиталя на протяжении семи лет не вывозятся отходы класса Б и В — использованные салфетки, ампутированные конечности. В учреждение с проверкой приходил Роспотребнадзор республики. В здании овощехранилища были обнаружены горы пакетов с отходами и множество крыс. Руководству больницы выдали предписание по устранению нарушений.

Согласно документам, вскоре все отходы вывезли, но на двери овощехранилища все еще висит замок, а санитарки складывают мусор в переполненные бачки. Напрашивается вопрос: куда вывезли злополучные отходы? Сотрудники утверждают, что договора на утилизацию мусора у госпиталя не было.