Сушкевич: заполненный мной лист осмотра ребенка пропал

Элина Сушкевич / Новый Калининград Заполненный Элиной Сушкевич лист осмотра исчез из истории развития новорожденного. Об этом сообщила сама неонатолог в судебном заседании в пятницу, 4 сентября. По словам Сушкевич, после осмотра сына Замирахон Ахмедовой, она сделала пометки в листе осмотра врача бригады — туда вносятся параметры младенца, анализы, диагноз, анамнез, рекомендованное лечение. Этот лист, уверяет неонатолог, для последующей вклейки его в историю, она оставила для заведующей отделением новорожденных роддома Татьяны Косаревой, потому что та «является лечащим врачом ребенка». «Я заполняла на месте лист осмотра врача бригады (про который я тоже рассказывала), где перечисляются все обследования и манипуляции, и анализы, и диагнозы, и план лечения такого ребенка. В этой истории его нету. И этот лист мы так не сможем найти. Куда он делся? Я его заполняла, оставляла в учреждении на столе — его должны были вклеить в эту историю вместо транспортировочного — он там не нужен», — пояснила Сушкевич. Как в историю развития попал «транспортировочный лист», Сушкевич не знает, но поясняет, что частично он заполнен ее рукой: «Карту транспортировки заполняла я. Начала я ее заполнять сразу... Оформлена только шапка, которая заполняется до приезда — в машине я ее заполнила, потому что здесь указана дата, вызов и кто вызвал. Так как на тот момент было доложено, что „ребенок прекрасный“, мы собирались его забирать в перинатальный центр и планировалась транспортировка. Но карту я дальше не заполняла, потому что после приезда — увидев ребенка — ни о какой транспортировке речи не шло, поэтому карта заполняется только при транспортировке или в другие учреждения», — отметила неонатолог. Сушкевич утверждает, что доложила по телефону начальству, что состояние ребенка «крайне тяжелое, практически терминальное» и такого ребенка она не повезет в перинатальный центр, потому что не хочет брать на себя ответственность, так как он может умереть. «Анализы у него — те, которые я видела, — говорили о том, что он больше похож на труп, чем на живого человека. Поэтому остаюсь и о дальнейшем прогнозе сказать ничего не могу», — вспомнила медик о том, что рассказала завотделением в РПЦ Екатерине Астаховой. Ранее, в ходе того же слушания, Элина Сушкевич заявила, что медицинская помощь, которая оказывалась умершему в роддоме № 4 младенцу , не соответствовала той, что требовалась согласно его состоянию.