России есть о чём напомнить Норвегии

Откровенно провокационные действия норвежских властей в отношении хозяйственных связей России со Шпицбергеном едва ли отличаются от недавних решений Вильнюса по Калининграду. Точнее – по ограничению тех же связей между Калининградской областью и остальной территорией России. При этом и те и другие меры, если разобраться, по сути, никак не соответствуют новым санкциям Запада в отношении РФ. Вильнюс эту «несостыковку» на днях фактически был вынужден признать, и теперь – очередь за Осло. Первые сдвиги к лучшему уже намечены, продолжение, как видно, следует. В буквальном смысле иезуитство норвежских властей весьма характерно и потому, что именно благодаря СССР Норвегия сохраняет свои территории... даже в Южной Атлантике и на Тихом океане – вблизи Антарктиды!

Вильнюс, Осло, далее – нигде?

И спасибо не сказали

Напомним: указом норвежского короля Хокона VII от 23 января 1928 года, южно-атлантический остров Буве (вблизи Антарктиды) в 50 кв. км был объявлен норвежской территорией, на которую одновременно претендовала и Великобритания.В 1929–1931 гг. стортинг (парламент) Норвегии принял закон и ряд нормативных актов, по которым в состав этой территории – «сектор Буве» был включен и более крупный остров Петра I (160 кв. км), расположенный у тихоокеанского берега Антарктического полуострова Антарктиды. Но включение этого острова в состав Норвегии сначала оспаривалось СССР. Так, советская Нота протеста норвежскому правительству от 24 января 1939 года поясняла, что

«...Норвегия в одностороннем порядке объявила своей территорией приантарктический остров Петра I, открытый русской экспедицией Ф. Ф. Беллинсгаузена и М. П. Лазарева в 1819–1821 гг.».

Всё же Москва не объявила официально о советских правах на этот остров и не опротестовала это решение Осло в Лиге Наций, чего опасались норвежские власти.Тем временем принадлежность острова Петра I Норвегии сохранилась, будучи закрепленной в 1957 году в норвежском законодательстве, что тоже не оспаривалось Москвой. Подписанный же в 1959 году бессрочный международный Договор об Антарктике не распространяется, с согласия СССР, на остров Буве. А поскольку остров Петра I подпадает под действие этого Договора, подписанного и Норвегией, норвежские территориальные претензии здесь определены как «бессрочно «замороженные» странами-участницами Договора». Но эти претензии официально не отвергнуты в данном документе. Небезынтересно и то, что, по данным ряда экспертов, сотрудничающих с агентством по атомной энергии МАГАТЭ, именно на острове Буве – то есть на норвежской территории – в 1979 году было проведено испытание «совместной» атомной бомбы ЮАР и Израиля. Что официально не опровергалось ни в Осло, ни в Претории, ни, что несколько странно, в Тель-Авиве. Экспертами при этом не раз отмечено, что

По какому праву

«засекреченная операция была подготовлена столь тщательно, что никаких официальных доказательств проведения в районе Буве ядерного испытания до настоящего времени нет».

Однако посещать остров Буве специалисты

«не рекомендуют: на его территории высокий уровень радиации».

А в некоторых советских СМИ (лишь в некоторых...) предполагаемое место этого испытания указывалось с неконкретной лаконичностью: То есть продолжалась линия Москвы на сохранение стабильности в отношениях с Осло. В этой связи заметим, что в период, когда территория собственно Норвегии была оккупирована нацистами (май 1940 – октябрь 1944 гг.), Великобритания планировала «экспроприировать» острова Буве и Петра I, включив их в соседние британские колонии: соответственно Фолклендские острова (о. Буве) и Питкерн (о. Петра I). Кстати, эти колонии у Британии сохраняются поныне.Но в противовес британским планам МИД (НКИД) и Наркомат внешней торговли СССР (с 1946 года это Минвнешторг) в мае 1944 года и в феврале 1947 года в своём совместном разъяснении правительству Норвегии уточнили, что советско-норвежские соглашения 1944–1947 гг. «в полной мере распространяются на все территории, неизменно находящиеся под юрисдикцией Королевства Норвегия».

Место встречи изменить...

В Осло могут спать спокойно

Тогда имелись в виду двусторонние соглашения (16 мая 1944 года), (оба от 11 февраля 1947 года), а также ежегодные протоколы 1946–1948 гг. о совместном промысле морских биоресурсов. Причём те же советские разъяснения были представлены ещё раньше – в августе 1941 года эмигрантскому правительству Норвегии (в Лондоне) в связи с соглашением от 5 августа 1941 года о восстановлении советско-норвежских дипломатических отношений.

Всё это было подтверждено советской стороной в ходе визита в СССР в ноябре 1955 года премьер-министра Норвегии Э. Герхардсена (на фото). На переговорах он выразил благодарность советскому руководству за поддержку норвежского суверенитета на отдалённых территориях этой страны. И гарантировал неизменное соблюдение экономических интересов СССР на Шпицбергене. В дальнейшем упомянутых разъяснений советской стороны норвежцы, естественно, не требовали. И поныне они не требуются Норвегией...