Что происходит с музеем-вагоном в Калмыкии
Накануне в соцсетях появились публикации, где жители Элисты возмущались происходящим в вагоне-музее, части мемориального комплекса «Исход и Возвращение»: они засняли некого мужчину, он оказался смотрителем и жил прямо в вагоне. Горожане были неприятно удивлены тем, во что он превратил музей: повсюду валялся мусор, бутылки от алкоголя и другие предметы, не имеющие никакого отношения к музейным экспонатам.
Сегодня, 14 января сотрудники Городского зеленого хозяйства при содействии администрации Элисты вместе с музейными работниками приехали навести порядок в вагоне-музее.
«Смотритель неподобающим образом выполнял свои обязанности. Мы решили навести порядок в той части вагона, где он жил, убрать весь накопленный мусор. Для выяснения обстоятельств смотрителя доставили в полицию, но уже отпустили. Я обращаюсь к родственникам этого мужчины, чтобы они его приютили, как-то помогли», — поделился начальник Управления культуры и туризма Элисты Данзан Эрдниев.
По его словам, после установки памятника в 1996 году, он по сути является бесхозным: комплекс не числится на учете ни в городе, ни в республике. Сейчас музей относится к общественной организации «Союз репрессированных РК», которую возглавляет Борис Очиров.
«Неизвестно, почему это произошло. Мы решили определить балансодержателя, и администрация города предложила свой проект: строительство нового микрорайона «Элиста-сити», в который войдет мемориальный комплекс. Если его включить в проект планировки, то на него будут выделяться деньги. Это хороший вариант, ведь и сам памятник нужно отремонтировать, поменять плитку. Мы предполагаем, что работы начнутся в 2023-2024-х годах», — отметил Эрдниев.
Вагон и комплекс в целом имеют большое историческое значение для калмыцкого народа. Почётный гражданин Калмыкии, заслуженный работник культуры РК Иван Басангов подчеркнул, что это символ, который свидетельствует о трагических годах депортации нашего народа: «Для нас, родившихся до выселения, у кого родители были похоронены в Сибири, нет другого места, куда можно было бы прийти как на кладбище: посидеть, посадить цветы и помянуть добрым словом. Когда мне было 7 лет, от туберкулёза в холодном бараке умерла моя мать, а потом умер и отец. И таких, как я, – тысячи. Поэтому для нас это место – святая святых. У нас ведь не осталось ни одной фотографии наших родителей. Они пожертвовали собой, спасли детей, которые продолжили их род. Так и выжил калмыцкий народ.
Произошедшее — это кощунство. Из такого же вагона, в каких нас везли в 1943-м, сделали притон. А мы эти вагоны запомнили на всю жизнь. Мне рассказали, что наш памятник никому не принадлежит по документам, у него нет паспорта. Городской администрации, министерству культуры и туризма РК нужно срочно оформить документы, сделать все необходимое. В вагоне-музее должно быть чисто и опрятно».