Север моей юности
Первое моё знакомство с Севером состоялось в 1956 году, когда нас курсантов второго курса Высшего Военно-морского училища подводного плавания повезли на практику на Северный флот. Везли нас в теплушках в июне месяце, и мы могли по достоинству оценить сказочную природу не только Карелии, основная часть пути пролегала по территории этой республики, но и Заполярья.
Попав в Полярный, тогда это была основная база подводников Северного флота, мы, естественно, интересовались его окрестностями. Запомнилось на всю жизнь, как на северном берегу Екатерининского острова (в народе почему-то его называли островом Любви – В.К.) мы обнаружили огромный песчаный пляж с выходом в Кольский залив. Солнце палило во всю, и мы решили охладиться в прозрачном море. Нырнув, выскочили из воды как ошпаренные, такая она была холодная. А выскочив со смехом показывали пальцем друг на друга, нас было пять человек, так как наше мужское достоинство исчезло в глубине тела. Потом уже на практике поняли, что тёплый Гольфстрим не такой уж и тёплый, как о нём пишут в книгах.
Служить на Север офицером я уже попал в 1958 году и отдал ему более 22-х лучших лет своей жизни, о которых сегодня вспоминаю с теплотой. То было время становления не только Северного флота, но и восстановления и развития Кольского полуострова после большой войны. Немцы не смогли захватить Мурманскую область, но урон нанесли немалый.
Мне запомнилась одна встреча экипажа нашей подводной лодки в 1959 году с секретарём Мурманского обкома партии Н.А. Коноваловым. Он подробно рассказал морякам о перспективах развития области и ответил на их вопросы, которых было много, так как многие моряки срочной службы планировали после демобилизации остаться на Мурмане. Рыбаки тогда хорошо зарабатывали и кормили дешёвой рыбой всю европейскую часть Союза.
Я хорошо запомнил рассказ секретаря о «безотходном производстве», о котором сегодня никто не знает и вряд ли применит. А тогда было практикой искать новые пути хозяйства на благо народа.
А. Коновалов сказал, что слава нашим рыбакам, а это нелёгкий труд, они добывают столько рыбы, что хватает всем, даже норкам в зверосовхозе Мурмашей.
- Вы знаете, что рыбьи головы и хвосты люди не едят, а только тушки. Раньше отходы выбрасывали в море. А нам звероводы подсказали, что рыбьи головы отличный корм для пушных зверей. И эти отходы мы пустили на их откорм. Звери отлично растут на этом корме и дают прекрасный мех, который приносит стране валюту. Но тушки зверей мы не выбрасываем, а скармливаем курам, которые не брезгуют их мясом, но…, а потом куры являются диетическим продуктом для людей. Видите, такая нехитрая простая цепочка, а сколько дохода она приносит нашему хозяйству!
А что получается сегодня? Те рыбные годы нам только снятся. Рыба с головой и хвостом уплывает за границу, а внутреннее потребление только падает из-за высоких цен и низкого качества. И вроде ясны причины этого, но это звучит, как когда-то говорил Аркадий Райкин – Есть водоём, рыба гибнет в нём, а мы сидим и в ус не дуем!
Но рыба не гибнет, она уплывает за угол. Ей всё равно, на какой стол ложиться. Но страдает от этого весь наш народ, а правительство только принимает решения, которые не выполняются. А десять крупных рыболовецких компаний делают погоду в свою пользу, увеличивая выручку от экспорта рыбы, и наперёд ублажают успехами в этом направлении наших правителей, ничего не говоря при этом о падении внутреннего потребления. Правительство, развесив уши, слушает их доводы. Получается, как в сказке про мужика и медведя,- «Вершки и корешки». А народу в таком положении даже на головы и хвосты от рыбы нечего рассчитывать!
Чудны дела в нашем королевстве, с которыми не может справиться даже Царь-президент!
Вот почему я с ностальгией вспоминаю сегодня Север моей юности, когда все прилавки магазинов ломились от дешёвой рыбы всех видов и сортов, а моря – океаны бороздили сейнеры и суда-заводы государственных организаций. И всё шло на благо народного хозяйства, а на столах граждан всегда была рыба!