Выставка ковров из музея Баку напомнила министру культуры РТ о ее азербайджанском детстве
В выставочном зале «Манеж» Казанского Кремля открылась экспозиция из фондов Азербайджанского национального музея ковра. Около 30 старинных аутентичных и современных авторских ковров (последние уже скорее произведения искусства, чем предметы народного промысла) приехали в Казань из Баку и будут доступны взглядам посетителей до 5 сентября.
Фото: Владимир Васильев«Ковроткачество — один из тех древних видов промыслов, который свойственен и нашей земле. Это искусство — пласт нематериального духовного наследия. Я родилась в Азербайджане, где у меня была соседка, которой я помогала ткать ковры. Так что с этой технологией я познакомилась в раннем детстве. Все происходило у меня по соседству и при моем участии. Это кропотливый труд. Геометрия, орнаменты — результат внимательной, системной, осознанной работы. Это наследие, которое пришло к нам из глубины веков», — подчеркнула министр культуры Татарстана Ирада Аюпова на вернисаже.
Она также констатировала, что в XX–XXI веках многие национальные традиции в разных странах утрачиваются, но при этом выразила надежду, что их дальнейшее сохранение и передача следующим поколениям зависят не только от мировых тенденций как таковых, но и от каждого из нас.
Фото: Владимир Васильев«Надеюсь, такие проекты и впредь будут организовываться на наших площадках», — заметила министр культуры Татарстана.
В Казань бакинский музей привез лишь малую часть своей коллекции, в которой собраны тканые произведения искусства, созданные с XVII по XXI век. В «Манеже» Казанского Кремля самые древние экспонаты увидеть не придется, самые ранние из представленных здесь образцов ковроткачества рубежа XIX–XX веков — сельджукские, газахские и карабахские. Часть выставки «Искусство ковра — эволюция смыслов» занимают ковры, сотканные по эскизам современного художника Чингиза Бабаева (псевдоним CHINGIZ). Сам автор присутствовал на вернисаже и немного рассказал о значении ковроткачества для его творчества.
«Мой первый ковер имеет сложное название, здесь он сокращенно называется „Люди“. Хотя это черви — чиновники-паразиты, которые не дают простым людям жить. Оговорюсь, что я не отношу это ко всем чиновникам — и среди них тоже есть порядочные люди. Есть ковер „Безголовые“. На нем изображены человечки, которые находятся в поисках своей головы: у них не то что мозгов, у них вообще головы нет. И это не про Азербайджан, Россию, Америку или Европу. Сейчас всё сравнялось — таков в целом современный мир. Или я, например, делал карабахский ковер, где изображены кони без всадников. Это месседж, что они погибли за свою землю. Есть у меня пара ковров, которые я посвятил суфизму, но они на эту выставку не смогли приехать», — рассказал художник.
Фото: Владимир ВасильевСамое главное, по словам Чингиза Бабаева, что в коврах, созданных по его эскизам, всё натуральное — красители, ручная прядь. А самое сложное для него при этом — придерживаться веками существующих канонов ковроткачества.
«Есть, например, орнаментальное окаймление по периметру ковра, за которое ты не можешь выйти. Это помогает мне сконцентрироваться — должен быть конкретный месседж. То, что в литературе красиво расписано на 200–300 страницах, при создании ковра ты должен уместить в одно емкое изображение», — пояснил Чингиз Бабаев.
Фото: Владимир ВасильевПри этом самым большим удивлением для самого художника стало то, что для ткачих, работавшим по его эскизам, не оказалось разницы между коммерческими заказами на продажу и авторскими индивидуальными коврами. Сам CHINGIZ, к слову, в ткачестве ковров непосредственного участия ни разу не принимал, хотя ему всегда этого хотелось.
«Желание соткать было всегда, но одна небольшая часть ничего не даст, надо тогда выполнять ковер полностью самому. А это уйму времени занимает», — признался художник.
Фото: Владимир ВасильевПредставлена на выставке также инсталляция «Чистая история»: чистый ковер как пустое пространство, на котором можно создать всё, что угодно, и разбросанные под ним символы и орнаменты, из которых можно создавать узор ковра.
«Так я могу создать новую историю, где не будет ни войны, ни голода, ни границ — ничего, что может погубить жизни миллионов людей», — резюмировал Чингиз Бабаев.