Кемерово: от города-завода к городу-сообществу

На днях я ходил на пленарное заседание по презентации архитектурных концепций «Города Талантов». Получился скорее сеанс коллективной рефлексии, чем обычная встреча по застройке первого участка.

Несколько часов меня не отпускало главное противоречие. С одной стороны — мощный запрос на постиндустриальный мир, где вместо заводов процветают сообщества, креатив и плотность человеческих связей. С другой — в презентации архитекторов всё равно просачивались индустриальные образы: если форма домов, то обязательно напоминает уголь, если декор — то оммаж к советской застройке. Кажется, старый Кемерово ещё долго будет оставаться важной частью нашего ДНК, даже когда мы проектируем что-то совершенно иное.

Удастся ли нам привить постиндустриальную жизнь на почву, пропитанную промышленным прошлым, и перестать воспринимать город как транзитный пункт? Ниже попытался разобраться в смыслах, концепциях и своих ощущениях.

Проектирование жизни

Сидя в зале, я думал, что чаще всего такие встречи — это парад цифр и обещаний сдать тысячи квадратов. Но власти и бизнес внезапно заговорили про «плотность связей» и «удержание талантов». Было непривычно слышать от губернатора и мэра слова о том, что эпоха заводов как основы жизни города заканчивается.

Позже, при взгляде на рендеры, я понимал, что нам пытаются продать не квартиры, а новый способ быть кемеровчанином. Такой эксперимент по проектированию нашего будущего поведения, чтобы мы наконец перестали воспринимать город как временный причал.

Сибирское хюгге

Архитектурное бюро Megabudka предложило концепцию «нового сибирского стиля», где вместо холодного бетона взяло за основу тепло и свет.

• Тёплая улица. Ключевая фишка — застеклённый и отапливаемый ярус, соединяющий кварталы. Это полноценный пешеходный бульвар, где можно гулять без курток, когда за окном -30°.
• Визуальный код. Переосмысление сталинского ампира и деревянного зодчества. Фасады с узором «ёлочка» и тёплые терракотовые оттенки, которые согревают взгляд серой зимой.
• Слоистая архитектура. Здания делятся на массивный низ и лёгкий верх. Это создаёт масштаб, соразмерный человеку, который не давит на него.

Уголь — основа всего?

Тем не менее, в попытке создать постиндустриальную форму нового квартала индустриальность старого города не отпускала. В концепции бюро сквозили знакомые источники вдохновения — уголь, шахты, разрезы. Даже форма домов, по словам архитекторов, напоминала угольные камни. Всё то, с чем Кузбасс и Кемерово уже давно не хотят ассоциироваться.

В приватной беседе с Артёмом Укропым, сооснователем Megabudka, мы обсудили этот конфликт.

«Зацепка про уголь и камушки — она на поверхности, для маркетинга. Но настоящая идентичность региона не в шахтах, а в людях. У сибиряков снаружи „каменное лицо“ для сбережения энергии, при этом внутри — невероятная душевность и тепло. Наша архитектура должна проявлять это внутреннее тепло, а не просто копировать индустриальный паттерн, от которого все устали. Поскольку у нас было достаточно ограниченное количество времени, мы много чего не сказали, но главное для нас — создание уюта».

Постиндустриальный шик

Бюро «Архатака» как будто в продолжение темы предлагало не бежать от заводского прошлого Кемерова, а превратить его в современный бренд.

• Эстетика конструкций. Вместо скрытых опор — открытые фермы, металл и индустриальные ритмы окон. Одна из пяти башен намеренно сделана контрастной, как яркий арт-объект.
• Проницаемость. Архитектура буквально затягивает прохожих внутрь квартала через открытые стилобаты, провоцируя случайные встречи и нетворкинг.
• Двор для фантазии. Вместо типовых городков — ландшафт с холмами и ручьями. Ребёнок здесь должен сам придумывать игру, а не следовать сценарию производителя качелей.

Против «высотной грусти»

Илья Григорьев из архитектурного бюро «Хвоя» был уверен, что творческому человеку нужен выбор — от уютной «кельи» до шумного общественного пространства.

• Европейская плотность. Отказ от гигантских свечек в пользу застройки в 4-8 этажей. Это та высота, при которой человек не теряет связи с землёй и соседями.
• Микс форматов. В одном квартале уживаются стандартные секции, коридорные дома с общими гостиными и «голландские апартаменты» с личным входом прямо с улицы.
• Сначала кости, потом фасад. Проект сделан так, что даже без дорогого декора он будет работать за счёт сложного силуэта, уютных дворов и живописных прострелов между домами.

Запрос на перемены

Губернатор Кузбасса Илья Середюк и мэр Кемерова Дмитрий Анисимов сошлись во мнении, что время просто «строить жильё» прошло — нужно создавать среду, из которой не захочется уезжать в Москву.

Генеральный директор стартапа по созданию городов «2.0» Роман Жаворонков, как мотор проекта, обозначил жёсткую цель: нам нужна «постиндустриальная прививка». «Город Талантов» должен стать ускорителем для идей — местом, где айтишник, архитектор и студент встречаются на условной «тёплой улице» и создают стартап за чашкой кофе.

Квартир не будет

Выступление Святослава Мурунова окончательно приземлило дискуссию. Он озвучил главный тезис: пора перестать проектировать «для людей» и начать делать это «вместе с ними».

Мурунов то ли в шутку, то в ли всерьёз предложил отказаться от слова «квартира», которое исторически означает временный военный постой, и начать строить «мир семьи». Это значит, что планировки должны учитывать реальные сценарии жизни: от подросткового «гнезда» до места тишины для родителей.

При этом внешний мир (двор) в этой логике перестаёт быть парковкой или типовой площадкой по ГОСТу. Он становится социальным институтом с мастерскими и общественными огородами, где сосед — это друг, а не источник шума.

Что в итоге

Впервые за долгое время я увидел проект, где человек важнее бетона. «Город Талантов» — это огромный эксперимент над нашей ментальностью. Получится ли у нас перестать быть «закрытыми людьми с каменными лицами» и превратиться в большое сообщество?

В 2026 году начнется стройка — и мы узнаем это наверняка. Но то, что такие обсуждения вообще ведутся в Кемерове, уже маленькая победа над серостью.