Фарс и ненависть мусорных вопросов

Жители Кирово-Чепецкого района по разному относятся к соседству с объектами размещения отходов — в зависимости от того, насколько «по-тихому» удаётся провести публичные слушания.
Покажем на примерах как это работает.

В деревне Лубягино, которая находится в кировском направлении и относится к чепецкому району скорее формально, чем территориально, разрастается мусорный скандал. Региональное правительство озвучило информацию о строительстве там предприятия по обращению с ТКО. Точнее говоря — обещание расширить (задействовать пустующие карты) уже существующий там полигон, принимающий отходы 1-4 классов опасности, объектами по сортировке и утилизации. Так планы по развитию объекта обозначают региональное министерство охраны окружающей среды и «Корпорации развития Кировской области».
Соседство неприятное. Но неприятное оно и сейчас, когда отходы вблизи деревни размещаются без утилизации, и имеющихся мощностей хватит надолго.

Фото Елены Жолобовой, 7x7-journal.ru

На неприятное соседство не согласится ни один населённый пункт. Дело не всегда даже в фактах, а в недоверии к инициативам властей и в резком неприятии их авторитарного подхода и риторики, граничащей с хамством. Когда жителям удаётся вовремя узнать о готовящихся планах по тематике отходов — сценарий развития событий получается одинаковым. Сход и протест.
Так вышло и в деревне Лубягино. Хронику событий хорошо описали в издании 77. Говоря коротко — на собрание, которое задумали тихой сапой провести в небольшом местном клубе, собралось куда больше людей, чем могли предположить в Правительстве. А дальше события разворачивались в классическом для региона стиле: вместо диалога (который был возможен) чиновники предпочли сделать вид, что жаждущей корректной информации толпы на улице — не существует. В эфире «Девятки» Алла Албегова и Артём Сурженко даже рискнули оседлать любимую чиновниками тематику «несанкционированных собраний», дезинформации и провокаций со стороны населения. Представляя людей едва ли не подобием майдановских бунтарей.

Конечно, никакого диалога не получилось. Впрочем, такую цель правительство и не ставит. Суть общественных обсуждений сведена к формальной процедуре, а не оценке целесообразности строительства нового объекта. Право решать судьбу населённого пункта давно реквизировано в пользу органов исполнительной власти.
В условиях, когда общественные обсуждения не работают, а их систематически даже не пытаются слышать — люди видят только один сценарий действий. Протест в рамках действующего законодательства и обращения. И только тогда, в редких случаях, удаётся остановить начавшиеся процессы.

Главная ошибка подобных встреч — не столько в фактах, планах и их рациональности, а в умении организовать встречи и диалог. Поэтому чиновники настроены на то, чтобы проводить общественные слушания в отсутствии общества. Как правило, информация о таких мероприятиях размещается на таких задворках сайтов органов местного самоуправления, что шанс наткнуться на неё сводится к минимуму.
Сравните, к примеру, ситуации в Лубягино (или Осинцах, или Мирном) с Просницей. Многие ли слышали об общественных слушаниях сначала по строительству, а потом по расширению полигона ТКО в паре километров от станции?