Актер из Ухты Сергей Апрельский: «Юрий Никулин посоветовал мне носить рюкзачок с мечтой»
Уроженец Ухты Сергей Апрельский за 55 лет жизни успел сыграть у Алексея Сидорова и Станислава Говорухина. В интервью БНК для рубрики «Мы из Коми» он рассказал о съемках в «Бригаде» и «Ворошиловском стрелке», а еще о первом концерте Майкла Джексона в Москве и что жизнь в кино — это не перевернутый новогодний грузовик с шоколадками.
— Как долго вы прожили в Коми? Мечта стать актером появилась уже там?
— Я до восьмого класса занимался хоккеем. Очень мечтал стать актером, но не знал, с чего начать. Пришел во Дворец пионеров имени Г.А. Карачевского в Ухте, в театр «Ровесник» к режиссеру Галине Николаевне Кулыгиной. Мы ездили с гастролями по республике, брали первые места.
Отслужив два года в группе советских войск в Германии, я проработал год на Бельгопе. После этого собрался в Москву поступать в театральный. К поступлению меня готовила именно Галина Николаевна. В столицу я поехал весной 1988 года. Жил в трехкомнатной квартире в Чертаново у Александра Сидоренко — единственного из «Ровесника», кто поступил в Москве в театральный. Там у Саши Сидоренко я познакомился с Яной Поплавской и впервые встретил Никиту Джигурду, который тогда был еще адекватным. Я пытался попасть в «Щуку», «Щепку» — меня не взяли.
— Что было потом?
— Я вместе с ребятами, которые тоже не поступили, пошел гулять по Арбату. Мы пили портвейн, убаюкивали свое горе, смотрели на музыкантов и художников. У всех на губах один вопрос — «Что делать дальше?». Тут один парень упомянул про цирковой главк, мол давайте подадимся туда. Договорились встретиться следующим утром на Кузнецком мосту.
К метро на Кузнецком мосту к месту встречи из 20 человек пришел только я один. Прождал два часа, потом пошел гулять и слепо искать это место. Проходил еще полтора часа, пока, — о, чудо! — не уперся в золотую вывеску. Зашел в кадровый отдел, спросил про вакансии, сказал, что готов убирать хоть навоз за слонами. Вакансии были где угодно, но только не в Москве.
Я потерянный медленно спускался пять этажей. В кармане была только мелочь на минералку. Сверху услышал голос: «Кучерявый, поднимайся наверх». Прямо в эту секунду позвонили из цирка на Ленинских горах, где снимался знаменитый «Будильник» — опять произошло чудо!
Так я оказался в иллюзионном номере Вадима Символокова «Водная феерия». Было 12 девчонок в номере и вместе со мной трое мужчин-ассистентов. Мы пилили, клепали, строгали, паяли. В Москве пригодились мои постармейские слесарные навыки.
— То есть вы стали цирковым артистом?
— Через год я поступил в легендарное эстрадно-цирковое училище имени М.Н. Румянцева (Карандаша) сразу на второй курс на плечевую акробатику. Я еще в родном городе занимался хоккеем, была хорошая прыгучесть. Я за три дня освоил заднее сальто.
В том училище учились Алла Пугачева, Геннадий Хазанов, Ефим Шифрин. Там я познакомился с Юрием Никулиным. Он на мой вопрос, как стать актером, дал совет — носить за плечами рюкзачок с мечтой.
— Долго там проучились?
— Цирк на колесах — это прекрасно, но я же хотел сниматься в кино и перешел на эстрадное отделение (разговорный жанр). Для моего перевода собрался целый консилиум. Чудо — меня перевели.
— Учеба отнимала все свободное время?
— Не совсем. Я побывал на первом концерте Майкла Джексона в Москве. Мы простояли под дождем 8 часов. Все были в грязи и глине. Сложно сказать, сколько точно людей тогда было в «Лужниках» — но порядка 80 тысяч. Мы стояли на футбольном поле. Давка и духота — невозможные, люди теряли сознание, ломались ребра. Мы много девчонок передавали по головам.
Таких моментов было очень много. Когда учился, убили Влада Листьева, Игоря Талькова — я был на их похоронах. Я оказался на баррикадах, когда стреляли в Белый дом. Тогда убили моего первого товарища в Москве — Максима. Проще говоря, я был в эпицентре того беспредела, когда разорвали СССР.
— Вы попали в театр-кабаре «Летучая мышь» сразу после училища. Что помогло?
— Рассматривали из циркового училища троих. В легендарный театр-кабаре «Летучая мышь», куда в 1908 году приходил сам Станиславский, взяли меня одного, потому что я еще во время учебы занимался степом. Это был зигзаг судьбы. И уже через два месяца в Санкт-Петербурге состоялись мои первые гастроли…
Именно в этом театре «мышки» я видел Якубовича, Ярмольника, Голуб, «Усатого няня» Проханова, Садальского. Все они хотели попасть к нам на капустники.
— Вы уже не первый раз говорите про чудо и про зигзаги судьбы.
— Нам в жизни очень много дается разных знаков, но мы не всегда их используем, а по большей части — вообще не используем. Мы не умеем видеть и слышать все знаки сверху. И я не оригинален.
— Сергей, а как вы оказались в кино?
— В 1999 году ушел из жизни режиссер театра Григорий Гурвич. Я подал заявление об увольнении. Сделал пропуск и пришел первый раз на «Мосфильм». Я передал фотографии девушке, которую не знал — увидел просто очередь. Она оказалось супругой Игоря Талькова. Пускать она меня не хотела: «Вы не в списке, до свиданья».
Через два дня я заказал пропуск повторно. Подошел к ней со словами «Позвольте хоть что-нибудь сказать на камеру». Через три дня звонок: «Сергей, поздравляем. Вас утвердил режиссер Говорухин на торговца оружием», — у меня вспотели руки — снова чудо.
— Что было после «Ворошиловского стрелка»?
— После съемок мне нужно было на что-то жить и снимать квартиру. Я стал проводить свадьбы в качестве ведущего. К первой готовился две недели: хотел понять, что делать, если с опозданием приехала звезда; из чего состоит свадьба...
После работы на первой свадьбе помимо гонорара я получил 300 долларов, за съемную квартиру отдал 200. За работу мне добавили молочного поросенка и две бутылки портвейна.
На следующих свадьбах в качестве ведущего я объявлял таких звезд как Пресняков, Антонов, Шуфутинский, Шура… В 2007 году я провел свадьбу Дианы Гурцкой на 700 человек. Свадебным генералом был Кобзон. Там было 400 звезд: от Жириновского и Немцова до Тарзана и Королёвой.
— А как вы получили роль Мухи в «Бригаде»?
— Я пришел на «Мосфильм» в понедельник — это, как правило, самый нерабочий день. Я об этом не знал, и слава богу. Прошел пятый, четвертый этаж. На третьем увидел приоткрытую дверь с надписью «Бригада». Постучался, зашел. Ассистентки не было, только во второй комнате крутился молодой человек, раскладывал фотографии. Я спрашиваю: «А где ассистентка?». Человек ответил: «Оставьте фото на столе в первой комнате». Я оставил, вышел в коридор. Иду по пустому коридору. Кто-то говорит в спину: «Сережа, вернись».
Вернулся, спросил: «А можно я фотографии возьму, ассистентку дождусь». Молодой человек ответил: «Берите фотографии, заходите ко мне». О, чудо — так я познакомился с режиссером «Бригады» Алексеем Сидоровым. Он спросил, откуда я родом. Я ответил: «Республика Коми». Режиссер сказал, что в Республике Коми у него близкие товарищи…
Прошла всего неделя. У той одинокой двери была уже огромная толпа. Я пришел на пробы, ассистент мне сказала: «Апрельский, закройте дверь с той стороны». Через две недели я снова протиснулся через огромную толпу и появился в проеме двери. Сидоров выводил Тепличкину — маму Саши Белого. Увидел меня, сказал: «Апрельский, привет. Утвердите на Муху».
— Насколько я знаю, последствия после драки с Сергеем Безруковым были очень болезненными. Как приходили в себя?
— Съемки драки шли 8,5 часов. У меня была сломана перегородка носа, два ребра, разбита голова, перебиты костяшки рук, предплечья, боковые мышцы ног, спина не раз встречалась с камнями и стеклами. Я был избит весь. На следующее утро началось «Шоу Бенни Хилла». Я не мог встать, передвигался на четвереньках. Был сине-желто-зеленого цвета. Отзвонился другу, он привез мне мазь и 250 грамм водки. Я растирался, орал, было страшно больно.
— Позже популярность накрыла с головой?
— Сергей Безруков жил в элитном доме, я — через площадь на первом этаже хрущевки. Был 2002 год. Мы с Сергеем встречались в районе 11 часов в большом магазине «Перекресток» — он ходил в очках, шапке, чтобы никто не узнал. Бригадомания была бешеная просто. Ко мне могли постучаться в 12 часов ночи в окна на первом этаже. Толпа молодежи ходила: «А Муха здесь живет? А можно автограф? А можете выйти?». Это был просто караул, моя тогдашняя девушка Ирина говорила: «Апрельский, с этим что-то нужно делать».
— После «Бригады» вас с распростертыми объятиями режиссеры встречали?
— Нет. Отношение к «Бригаде» как-то разделилось. Одни не хотели видеть актеров из сериала, другие восторженно относились. Моя жизнь в кино — это не перевернутый новогодний грузовик с шоколадками.
— Вы часто отказываетесь от ролей?
— Многие ассистентки звонят мне с пошлых сериалов. Сейчас снимают грязь. А я от множества пакостных проектов продолжал отказываться, даже когда нет денег в кармане. Мы — актеры, шахтеры, каскадеры — все несем ответственность. Молодежь все равно берет пример. Я стараюсь не ругаться матом последний десяток лет даже в анекдотах. Понял, что не имею права.
Кадр из фильма «Ворошиловский стрелок»
— Вы и дальше видите себя актером и ведущим?
— Три года назад закончил режиссуру, был на годовых курсах Николая Лебедева. Написал порядка 20 короткометражных историй и два полнометражных фильма. Но только сейчас подал заявку на короткий метр «Адмирал Ушаков».
— Вы недавно были в Ухте. Сильно ли изменился родной город?
— Мне дорога та Ухта, которая воспитывала меня в советском прошлом. У меня же здесь была целая жизнь, мои родители жили здесь. Мой папа Александр из Кировской области, мама Галина — из Тамбова, а соединила их Ухта. Мы с братом Романом родились в этом городе.
Я очень люблю и современную Ухту. Я приезжал всего на два дня в последний раз, мало что успел увидеть. Но показатель — детский парк. Это — лицо Ухты, это наше детство, детство города. Спасибо огромное Леониду Красноперову и Галине Коблик, которые воссоздали наш парк Карачевского.
Евгения Гранина