Есть особенные мамы

Есть особенные мамы


   Накануне праздника Дня матери, корреспондент газеты «Галичские известия» Ольга Алимова отправилась в гости к удивительной женщине, Александре Павловне Карамышевой. Десять лет она воспитывала детей в Богчинском детском доме, двадцать лет - в пришкольном интернате в Шокше, а потом пять лет занималась воспитанием совсем маленьких детишек в детском саду.


…Мы пили чай и угощались, зачерпывая из вазочки пахнущую летом малину, перетертую с сахаром, рассматривали черно-белые фотографии. Александра Павловна с невероятной легкостью и теплотой вспоминала своих воспитанников, рассказывала, как сложилась их жизнь после детского дома, после интерната.


- Это свадебная фотография. Воспитанница интерната вышла замуж и подарила мне ее на память. А вот этот симпатичный летчик, он из Зеленцино - Игорь Воронов. Сейчас живет в Галиче. Мы общаемся, и он второй год угощает меня медом со своей пасеки.


Александра Павловна вспоминала своих коллег и друзей, читала на память собственные стихи, и мне казалось совершенно невероятным, что 24 октября ей исполнилось 94 года.


- А здесь Вам сколько лет? – Протягиваю фотографию, с которой открыто, спокойно и серьезно смотрит девушка.


- Наверное, девятнадцать, я как раз только пришла на работу в детский дом...


В Галичском педучилище она получила специальность «Учитель начальной школы и воспитатель детских домов» и поступила воспитателем в Богчинский детский дом.


 


                       * * *


- Детей было много, и в первый год работать было очень трудно. Они дети, но дети, которые уже многое повидали и пережили. К концу сороковых годов к детям, эвакуированным из Ленинграда, добавили детей из других детских домов, беспризорников. Мне девятнадцать, опыта никакого, а пришлось заменить им маму.


В детском доме был очень умный, мудрый директор, Иван Александрович Зеленухин. Он нам, молодым, здорово помогал. Не только детей учил, но и нас тоже.


Я хорошо помню его наставления: «Если вы даете ребенку задание, значит добейтесь выполнения, проверьте.


Если сказали и забыли проверить, а ребенок не сделал, то он возьмет это на заметку, и уже сложно будет что-то требовать от него дальше».


В детском доме он работал вместе с женой, и они по-настоящему любили детей. Бывшая воспитанница рассказывала мне, что из Ленинграда их привезли слабых, изможденных, больных, и жена директора, Елена Карловна, выхаживала, спасала, ночами сидела у кроваток, боролась за каждого ребенка.


А когда директор уезжал из Галича, старшим детям разрешили проводить его до поезда. Все плакали.


Поезд тронулся, и ребята бежали следом, они прощались не с директором, а с близким человеком, добрым, мудрым и справедливым.


Одна из бывших воспитанниц выхлопотала, чтобы на школе в Шокше появилась памятная табличка, что здесь учились дети блокадного Ленинграда.


 


 


                            * * *


- В пришкольном интернате в Шокше у нас было примерно пятьдесят детей. Это ребята, которые жили далеко от Галича, в деревнях, где не было школ. Например, из Степанова или Льгова. Из Красильникова - там не было старших классов. Когда я пришла сюда после детского дома, условия в интернате были не очень хорошими – всего две спальни: одна мальчиков и одна девочек. За длинным столом делали уроки, ели и мыли посуду, отдыхали. Был маленький коридорчик и кухня. Зимой топили печки, мальчики таскали дрова.


     Отмечали праздники. Мальчишки сами за елкой ездили, сами ставили, украшали. В старом помещении места было мало, кровати в ребячьей спальне ставили друг на дружку и даже умудрялись танцевать.


Потом в школьной мастерской для нас подготовили просторное помещение: две спальни мальчиков, две спальни девочек, большую столовую, место для мытья посуды. Вот тут мы воспрянули. На Новый год наряжали елку и приглашали в гости учителей. Рисовали стенгазеты, украшали потолок снежками из ваты, готовили подарочки для детей. Хорошо было.


 


                         * * *


     В девяностых я пять лет работала в садике. От больших детей на маленьких пришлось перестраиваться, да и работа с отчетами, планами была совершенно другой.


Меня всегда окружали хорошие люди, у меня была любимая работа и любимые воспитанники. Я счастливая мама: у меня две дочери, внучка и правнучка - талантливая девушка: рисует, учится на дизайнера в Санкт-Петербурге и пишет стихи.


В нашем доме нередко появляются мои воспитанники, приезжают не только сами, но и со своими детьми. Вот недавно были: отмечали пятьдесят лет выпуска из школы, заходили в гости. У них не было ни моего сегодняшнего адреса, ни номера телефона, так они пришли в наш район и стали спрашивать у соседей, не знают ли, где я живу. Это был мой первый выпуск из интерната, и я даже не сразу их узнала…


Изменились все. Для меня они были мальчики и девочки, а уже пятьдесят лет прошло.


 


 


Писать стихи Александра Павловна начала после восьмидесяти лет, и даже сама не понимает, как получаются складные строчки и находятся рифмы.


- Начнешь два слова складывать, а остальные сами словно откуда-то появляются.


В девяносто четыре года зрение ее подводит, поэтому стихи, посвященные хорошим знакомым, родному дому и деревне, любимым дочкам, внучке и правнучке, она читала по памяти.


 


...Уже прощаясь, дочь Александры Павловны прочитала стихотворение, которое для прабабушки написала ее правнучка, оно личное и трогательное до слез. С ним невозможно не согласиться: «Иметь прабабушку не каждому дано. Но мне такое чудо свыше дали. Таких, как ты, покажут лишь в кино…»


Дорогая Александра Павловна, Вы замечательный человек, заботливая мама, любящая бабушка и прабабушка. День матери – это и Ваш праздник. Здоровья Вам, и пусть рифма никогда Вас не покидает, а все остальное – тепло и уют в доме, любовь и забота близких - у Вас уже есть.


   Ольга АЛИМОВА