Костромичка рассказала, как ей удалось отказаться от употребления наркотиков

«Впервые с наркотиками я столкнулась около четырёх лет назад. До этого момента в моей жизни присутствовал алкоголь, но только по праздникам или выходным – для того, чтобы расслабиться и ощутить состояние беспроблемности. 

Но четыре года назад я потеряла работу. Одновременно я была на стадии развода с мужем. Он и предложил мне попробовать тогда синтетический наркотик – соль. На тот момент я не представляла, что это такое. Я не знала, что такие наркотики существуют, и мне было всё равно. 

Мне хватило одной затяжки, чтобы понять, насколько это классное и эйфорическое ощущение. Это состояние, когда ты полностью забываешься, тебе легко, непринуждённо. Ты будто улетаешь в другой мир. Это состояние длится недолго, и когда приходит небольшое отрезвление, понимаешь, что тебе сейчас нужно достать новую дозу и снова употребить. 



Общий срок моего употребления составил 1 год 3 месяца. За это время с разового курения по выходным моё употребление переросло в каждодневное. В какие-то моменты я не ела, не спала. Я могла сутками находиться в таком состоянии. 

За это время моя жизнь сильно изменилась. В первую очередь, физически: я похудела на 20 килограмм, у меня выпали почти все волосы. Я стала выглядеть как смерть. Но мои родные списывали это всё на развод. 

Хотя мы развелись с мужем, он так и остался моим соупотребом. То есть мы встречались, чтобы употреблять. Но в какой-то момент я решила совсем прекратить общение. И тогда потеряла контроль. Я переживала горе расставания, потерю работы, почти перестала общаться с близкими. У меня начались огромные финансовые трудности. Я брала кредитки, залезала в долги. У меня не было денег даже на то, чтобы купить поесть. 



И в какой-то момент, я помню дату, – это было 15 июня – я сдалась и просто призналась родным, что у меня есть зависимость. Они долго не подозревали ни о чём, потому что списывали все изменения, происходящие со мной, на развод и депрессию. В какие-то моменты я избегала встреч: находила отговорки, переставала выходить на связь, отключала телефон, потому что не хотела, чтобы меня видели в таком состоянии. Ведь мне пришлось бы всё прекратить.

Но в тот день, когда я призналась во всём родным, они сразу приняли решение направить меня в реабилитационный центр. И это было самым лучшим решением. Я по сей день благодарна реабилитационному центру «Дом на Волге», где я провела 6 месяцев. Здесь меня ждали не просто какие-то физические ограничения – закрытая территория – но и полная смена мышления. Центр работает по 12-шаговой программе. Она и разделила мою жизнь на до и после. 

После выписки и по настоящее время я нахожусь в состоянии ремиссии и не употребляю алкоголь и наркотики. На данный момент срок моего чистого времени составляет 1 год и 5 месяцев. Совсем скоро я буду отмечать полтора года. Это напоминание о том, что жизнь после прекращения употребления есть. 

Я считаю, что бывших наркоманов просто не бывает. Зависимость – это неизлечимая болезнь, которая остаётся с нами всегда. Риск вернуться к активному употреблению есть у каждого, и он остаётся каждый день. Если мы следуем рекомендациям – для меня это было прекращение общения с соупотребами, соблюдение границ, хождение на группы – риск уменьшается. Я продолжаю это делать на систематической основе, я продолжаю писать задания по программе, работаю с наставником-спонсором. 



Что привлекает меня в реабилитационной программе? Что она является бесплатной, доступной. Но главное – это люди, которые в программе. Мы сдружились с ребятами. Особенно меня вдохновляют более опытные ребята с более большим сроком выздоровления. Я тянусь за ними, мы постоянно собираемся в одной компании на какие-то мероприятия. Объединённые общей проблемой, мы движемся по пути выздоровления абсолютно вместе. Трезвая жизнь без алкоголя и наркотиков прекрасна. 

У меня есть ребёнок семи лет. К сожалению, она переживала вместе со мной моменты употребления. Тогда мне нужно было только то, чтобы меня никто не трогал. В такие моменты моя беззащитная дочь была предоставлена сама себе. У меня ушло много времени на то, чтобы восстановить те отношения матери и ребёнка с новым доверием. Сейчас мы проводим вместе очень много времени. У нас появился кот. Мы гуляем, занимаемся разными хобби, я вожу её в школу и на кружки. Это прекрасно. Я надеюсь, что мой ребёнок почувствовал во мне изменения и очень мной гордится. 

Помогла и поддержка близких. Очень мало кто знает о моей ситуации, потому что у моих родных это было под строжайшей тайной. Мои родители не афишировали, куда я пропала на полгода. Просто уехала в санаторий и лечила депрессию. Та часть людей, которая знает, очень гордится мной. Приятно осознавать, что я смогла отказаться. Я горжусь собой. Как хорошо, что сейчас у меня ничего этого нет. 

Есть такое выражение: «Самый худший день в трезвости будет лучше, чем самый прекрасный день в употреблении». Это действительно так. Сейчас я с ужасом вспоминаю те дни, когда я в жесточайшей паранойе бегала, искала дозу. Мне казалось, что за мной постоянно следят. Это состояние патовое: когда ты не можешь никуда деться от звуков, камер. Но я теперь с гордостью говорю, что всего этого может не быть. 



Всем зависимым людям я хочу сказать, что жизнь после прекращения употребления есть: яркая, насыщенная, полная. Только после того, как я сознательно отказалась и выбрала путь движения по программе, со мной начали происходить невероятнейшие чудеса. Я продвинулась по карьерной лестнице на работе, у меня налаживается финансовая сторона моей жизни. Моя жизнь прекрасна, потому что завтра будет круто, только если сегодня я не употреблю. 

Тем, кто зависим, хочу пожелать просто поверить в то, что будет всё хорошо. Нужно обращаться за помощью, следовать программе, делиться своими переживаниями. Вас поймут, и в сообществе вы найдёте опору и поддержку. Особенно девочкам, им труднее: впереди будет всё круто. Только сейчас моя жизнь начинается. Только сейчас она самая крутая, самая яркая, и что так и будет. 

Реабилитация – это не санаторий, как многие считают. Ты не лежишь, тебя не капают, не лечат, не дают таблетки. Это возвращение к обычной жизни через дисциплину. Мы сами готовили, сами убирали за собой, у нас был режим, были служения, были функции, мы постепенно социализировались и возвращались в ту, нормальную жизнь, заново её приобретая. 

Все мои соупотребители сейчас находятся в тюрьме. Я рада, что я и мои родные нашли в себе силы и средства помочь мне обрести новую жизнь».