Норильск–Красноярск: Письмо губернатору из «красной зоны»
Депутат Норильского городского совета народных депутатов, уполномоченный по правам ребенка в городе Норильске Наталья Алмазовна Плотникова, после смерти своего сына от коронавирусной инфекции записала видеообращение к губернатору Красноярского края Александру Уссу. Она призвала обратить внимание на те проблемы, которые существуют в системе городского и краевого здравоохранения, а также на итоги оптимизации медицины в Норильске.
Здравствуйте, уважаемые норильчане!
Я никогда бы не рискнула обращаться в Сети с каким-либо воззванием, но другого выхода я просто не вижу, чтобы у меня была возможность сделать так, чтобы краевые власти меня услышали. Я сейчас обращаюсь к норильчанам только с одной просьбой – берегите себя!
Не думайте о том, что COVIDa не существует. Он есть. Он очень страшен и опасен. И при этом он как ласковый, нежный, но убийца.
Я сейчас хочу обратиться напрямую к Александру Викторовичу Уссу – губернатору Красноярского края.
Александр Викторович, я вынуждена констатировать из красной зоны, что тот обвал заболеваний, та причина, по которой мой сын ушел из жизни, кроется во взаимоотношениях краевой медицины к медицине Норильска.
Я теперь убеждена в том, что я правильно не голосовала в свое время за передачу нашей медицины в край. Результаты этой передачи налицо. У нас нет средств, у нас нет ни финансов, ни оборудования – у нас ничего нет.
Инфекционная больница не подготовлена как COVID-госпиталь. В первую очередь, должны были сюда приехать специалисты, подготовить перечень мероприятий, определиться с первоочередной закупкой оборудования. Я знаю не по слухам, что «Норникель» предлагал свою помощь, но нужно было только, чтобы медицина дала перечень оборудования, на которое мог бы комбинат выделить средства.
Как так случилось, что у нас в городе, в COVID-госпитале нет компьютерного томографа? Больных людей, у которых отсутствует кислород, на скорой помощи возят на коммерческий КТ. Первый и главный аппарат, который показывает наличие пневмонии, – это КТ. Моему сыну рентген показал, а нам с мужем рентген не показал, только КТ показал двустороннюю пневмонию. Значит, в первом и главном должно было быть, как минимум, два КТ. Одно – в поликлинической службе, а другое – вот здесь, в COVID-госпитале. Но этого нет!
Как так произошло, что в COVID-госпитале установлено минимальное количество точек по подключению кислорода в палаты? Сегодня, опять же силами «Норникеля», устанавливается газ по всем этажам, но это время. Это время прошло, можно было действовать раньше. А как мог действовать раньше человек, который возглавляет инфекционную больницу? Лично я не слышала, чтобы пульмонолог или кто-нибудь из края приехал и руководил процессом.
Я встречалась с представителями, которые были два дня тому назад в городе. Со мной разговаривал начмед Минздрава Головина. И я ей сказала о том, что я думаю. И именно это, Александр Викторович, я хочу сейчас сказать и вам.
Если бы медицина была муниципальной, мы бы смогли подхватить свое финансирование и убрать те огрехи, которые на сегодняшний день есть. А это не просто недочеты, это не просто в баночку стеклянную ходить мочиться (дожили до этого), а это отсутствие элементарных, первоочередных вещей – КТ, отсасывателей, когда человек лежит на ИВЛ, а у него отсасывателей нет. В конце концов, препараты. Морфина нет! Заказывают, когда придет. А люди лежат без морфина под ИВЛ. И откуда знать, кого они родят потом! Вот одна была беременная женщина. У нее была такая ситуация. Это я говорю со слов, могу ошибаться. Дай Бог, чтобы я ошибалась.
Но принцип остается принципом. Город не может помочь, а край не помогает. Я очень понимаю, что в крае достаточно и без нас серьезных пунктов, где, наверное, хуже. Но тогда надо просто расставить все точки над i, садиться за стол переговоров и говорить: «Норникель, оплатите нам то и то. У нас денег просто не хватает».
Вы уж простите меня за такое обращение, но я слишком много пережила в этой жизни, и уход моего сына развязал мне полностью руки. Я не могу больше скрывать того, что вижу. Я хочу еще раз Жениной помощи, помочь норильчанам. Я хочу, чтобы они не сидели с температурой 38 дома и не ставили сами себе антибиотики, потому что нет мест в больницах. А если места есть, то некому лечить. Вот эта цепочка, я не знаю, что сейчас докладывает ваша комиссия, я вам докладываю.
Людей продолжают отправлять на дом лечиться, люди находятся там до тех пор, пока не перестают дышать. Приборов для измерения сатурации нет ни в каких аптеках. И люди не понимают, почему они начинают задыхаться. И это уже та стадия, когда подхватываются медики, не просто медики, а реаниматор. А можно было бы до этого не доводить. Если бы было все оснащено и в больницах, и чтобы там работали медицинские сотрудники. Я вас очень прошу, первое и главное – сейчас обратите внимание на оснащение, на поставку препаратов в Норильск и на обеспечение медицинскими сотрудниками, как врачебным персоналом, так и медицинскими сестрами норильчан.
Я вас умоляю, пересмотрите законодательство вместе с краевым собранием, издайте закон о делегировании полномочий в город. Поверьте, от этого выиграют те, для кого медицина работает.
Норильчане, мы с вами много переживали в этой жизни. Время, говорят, лечит. Посмотрим. Но давайте не доводить до этого. Вы себя, пожалуйста, берегите, а у губернатора, я думаю, хватит достаточно разума, чтобы пересмотреть отношение к норильской медицине.