Геннадий Малашин: Дай Бог, чтобы передача памяти никогда не прерывалась

12 июля исполнилось 65 лет церковному историку и публицисту, руководителю Отдела по взаимоотношениям Церкви с обществом и средствами массовой информации Красноярской епархии, ответственному секретарю Епархиальной комиссии по канонизации святых и церковно-историческому наследию, главному хранителю Музейно-просветительского центра духовной культуры Красноярского края «Касьяновский дом» Геннадию Малашину.

В честь этой знаменательной даты публикуем интервью, которое Геннадий Викторович дал красноярской журналистке Людмиле Базаровой в программе «Родная речь» на «Радио России. Красноярск».

Г.М.: Что вспоминается за эти 65 лет? Вспоминаются рассказы моей покойной бабушки, которая меня воспитывала и была потомственной забайкальской казачкой. Она учила меня тому, что такое добро, что такое зло, что такое быть человеком в любой ситуации.

Вспоминается Педагогический институт, моя Альма-матер. Мои любимые педагоги, которым я, как и бабушке, обязан очень многим хорошим в себе. Это, конечно, Галина Максимовна Шлёнская, Валерия Калистратовна Размахнина, Нина Александровна Самойлова, Нелли Александровна Новосёлова, Андриан Георгиевич Григорьев и многие другие. Это всё люди, которые меня сформировали как личность. Педагогическое начало, любовь и преданность к отечественным литературе и истории остались во мне на всю жизнь.

Конечно, вспоминается и снится очень часто телевидение. Это было счастье, потому что это было творчество, это были люди. Я каждого из нах помню и благодарен им всем: и за критику, и за помощь, и за то, что они вылепили из меня то, о чём я и мечтать не мог. Журналиста, режиссёра, публициста.

С нашим фильмом «Улица без названия», первым снятым мною и Сергеем Щегловым документальным фильмом, который мы снимали в Канске — нас с этим фильмом отправили в Тюмень, на прекрасный фестиваль, который многие годы там проходил — «Белые пятна истории Сибири». И мы там сходу завоевали сразу третье место, на всероссийском фестивале, рядом с очень опытными коллегами. Для нас это был такой момент понимания что, оказывается, то, что мы делаем, интересно не только нам, не только нашей, красноярской аудитории. Это, оказывается, может заинтересовать людей и за пределами нашего края.

Второе, это, конечно, «Славянский дом», который был создан с участием Галины Максимовны Шлёнской и массы других людей. Это было мощное общественное движение, все деятели культуры были у нас. И, конечно же, гости, которые несколько раз приезжали в Красноярск из дальнего и ближнего зарубежья: из югославских земель, из Чехии, из Польши. Это были встречи, которые заставляют тебя подниматься над суетой, над обыденностью и становиться лучше, интереснее и культурнее, чем ты до этого был.

Л.Б.: А когда стали появляться ваши уже серьёзные произведения, как «Если бы Гамлета не было», «Промемория», посвящённая памяти Галины Максимовны Шлёнской, было такое творческое содружество, оно настолько помогло вам жить дальше и писать дальше. Я считаю, что эти первые работы были очень достойными.

Г.М.: Встречей, которая многое опередила в моей жизни, стало знакомство с Мирославом Беловичем, выдающимся сербским режиссёром, поэтом, писателем, критиком, педагогом. Стихи его я помогал переводить Сергею Щеглову, был редактором. «Если бы Гамлета не было» — это о нём и о Галине Шлёнской, без которой мы бы не познакомились, и о Сергее Щеглове, с которым было так много творчества.

Двадцать лет работы в епархии — это не только создание пресс-службы. Это ещё и общественная деятельность, которая позволила нам за эти годы осуществить ряд проектов: историко-культурных и просветительских. Это и наши фестивали: Покровский, Пасхальный, Рождественские чтения. Я счастлив и горд тем, что благодаря моим коллегам удалось за эти двадцать лет создать здесь медиацентр. Уникальные люди в нём работают: режиссёры, журналисты. Продукция наша — фильмы.

Есть и книги, книги по истории епархии. Для книги «Судьба Церкви в судьбе храма» по истории Свято-Троицкого собора в Красноярске мне удалось найти интересные и уникальные документы.

Потом была очень сложная книга к 150-летию Красноярской (Енисейской) епархии Русской Православной Церкви. Книга была безумно сложной. Вместить 400 лет Православия на Енисее в одну книгу, всю эту информацию, пропустить её через себя, попытаться выполнить двойную миссию: не только дать достоверный и точный материал с фактами, цифрами, ссылками и сносками, но и написать книгу интересным языком, дать в ней какое-то своё, пусть субъективное и авторское, но выверенное гражданское, журналистское отношение к тому, о чём ты пишешь. Дать хотя бы толику эмоций своему будущему читателю. Читатели говорят, что это удалось.

Была книга «„Третий путь“ о. Димитрия Неровецкого», это, пожалуй, на сегодня, главная моя книга. В работе над ней был такой трогательный момент: в 2013 году, когда рукопись полностью была готова к печати, было собрано огромное количество материалов об отце Димитрии, и мы готовились сдать её в типографию — пришло вдруг письмо из Тернополя. И там был вопрос, что если вы тот самый Малашин, который делает книгу о Неровецком и снимает фильмы о нём — то у меня есть о нём материалы. А я рукопись закончил буквально несколько дней назад фразой «Бог даст, когда-нибудь мы увидим фотографию отца Димитрия». А тут Жанна Михайловна Владишевская пишет мне, что у неё есть фотографии. Она очень помогла узнать многое об отце Димитрии, она передала целый ряд материалов для нашего «Касьяновского дома», связанных с отцом Димитрием — это реликвии, которые без трепета взять в руки невозможно.

Потом был совсем недавно вышедший альманах «Сибирский крест», рассказывающий о разных страницах истории на православия на Енисее.

Что будет потом? Я хотел бы успеть написать книгу об истории нашей епархии последних трёх-четырёх десятилетий. Это безумно сложный и абсолютно неосвещённый период. Я бы хотел снять фильм о Галине Ивановне Усольцевой и написать о ней книгу. Она была уникальнейшим человеком.

Л.Б.: Геннадий Викторович, вы — главный хранитель Музейно-просветительского центра духовной культуры Красноярского края «Касьяновский дом». Расскажите об этом месте.

Г.М.: Люди часто не дорожат тем, что осталось в их доме от предков. Однажды наступил такой момент, когда стало понятно, что нам нужно какое-то место, где собирались бы какие-то фонды, связанные с духовной жизнью сибиряков, связанные с выдающимися личностями.

Мы начали эту собирательскую деятельность ещё на телевидении. Собирали старые грампластинки, старые документы, фотографии, которые нам передавали, как авторам «Русских вечеров». Что-то из этого сохранилось. Потом, мы продолжили эту деятельность здесь, в епархии. Потом владыка Пантелеимон благословил нас на создание общественной организации «Ладанка», которая и занялась бы созданием «Касьяновского дома».

К нам понесли разные сокровища: старые иконы, старые книги. Среди этих книг оказывались и рукописные, и печатные книги вплоть до XVII столетия. Хотелось бы, чтобы «Касьяновский дом» был тем местом, где аккумулируются эти материальные знаки памяти о времени и духовной культуре. «Духовная культура» — это широкое и объёмное понятие. Основа его, конечно — это православная вера, но там есть ещё много того, что необходимо любому человеку.

«Касьяновский дом» на сегодня — это такая неформальная площадка, которая объединяет людей разных поколений, людей неравнодушных, которые готовы вести просветительскую деятельность, связанную с духовной культурой нашей любимой малой Родины.

Я создаю этот дом вместе с моими коллегами не только для себя, но и для того, чтобы было что передать следующему поколению. Дай Бог, чтобы этот акт передачи эстафетной палочки памяти никогда не прерывался. Я надеюсь, что и книги наши, и фильмы, и «Касьяновский дом» будут помогать в этом и нам, и другим людям.

Аудиоверсию интервью можно найти по ссылке.