Колумнист «Краснодарских известий» побывал в музее-лагере Освенцим

«Как вам спалось в Освенциме?» – этот вопрос я слышал несколько раз, пока жил в бывшем концентрационном лагере. В 2018 году мне удалось попасть сюда на научно-образовательный семинар вместе с историками и журналистами.

Сегодня Освенцим – это государственный музей Польши, где проводятся не только экскурсии, но и проходят исследования, собирается информация о страшных преступлениях нацистов и их приспешников.

Сказать, что посещение Освенцима перевернуло мое представление о злодеяниях нацистов, я не могу. То, что происходило в этом и других концентрационных лагерях, я знал с детства. Но экскурсии и встречи с историками, несомненно, добавили много чудовищных красок. В Освенциме узнаешь такие нюансы, которые по этическим соображениям сложно было бы показать даже в таких замечательных и реалистичных картинах, как «Обыкновенный фашизм» Рома и «Список Шиндлера» Спилберга.

Нацисты со свойственной немцам педантичностью подошли к такому делу, как массовое убийство. Каждого прибывшего в Освенцим они фотографировали. Даже если в ближайшие часы этому человеку суждено было погибнуть от удушья в газовой камере. В Освенциме мы смотрели эти фото, читали данные о жертвах. Особенно мне запомнился снимок польки Чеславы Квоки из деревеньки Вулка Злоецка. Девочку вместе с мамой доставили в лагерь, когда ей было 14 лет. На фото Чеслава уже одета в полосатую робу, голова небрежно острижена. Губа девочки разбита – перед фотографированием она не понимала, что от нее хотят, ее ударили палкой по лицу. Со снимка смотрят невинные и вместе с тем испуганные глаза. Девушка, как и ее мать, погибла в Освенциме.

Незавидна была судьба многих узников, кому удалось дожить до освобождения. Они были вынуждены мучиться и страдать всю оставшуюся жизнь, ведь нацисты сделали их орудием своего преступления. Эти нелюди старались не марать свои руки в крови. Всю грязную работу они отдавали капо и членам зондеркоманд. Те, кто будет надзирать, сопровождать в газовые камеры, а также уничтожать трупы, отбирались из среды прибывших в концлагерь. Выбор у капо и членов зондеркоманд был невелик: либо подчиниться приказам палачей, либо самим попасть в мясорубку нацистской машины смерти.

Сотрудник музея, историк Игорь Бартосик рассказал нам судьбу одного из членов зондеркоманды, еврея Хенрика Мандельбаума. В Освенциме погибла его семья. Всю свою долгую жизнь бывший узник рассказывал людям из разных стран о пережитом. Когда Бартосик делал серию интервью с Мандельбаумом, он спросил его о детях, погибших в газовых камерах. На что бывший узник отвечал: «Дети? Не было детей». Ученый был поражен, ведь невозможно, чтобы заключенный, занимавшийся сожжением трупов, не видел детей. Предположительно через Освенцим их прошло 230 тысяч.

Все прояснилось после смерти Мандельбаума. Перебирая вместе с его женой вещи покойного, историк обнаружил в его спальне несколько детских мягких игрушек. В подвале оказались целые мешки с такими же предметами. Такова была реакция человека, ставшего свидетелем смерти тысяч детей.

Как же мне спалось в Освенциме? Да какая разница! Спалось нормально, крепко. А вот воспоминание от посещения лагеря смерти остались такими, как будто было это все недавно, а не 80 лет назад.

The post Колумнист «Краснодарских известий» побывал в музее-лагере Освенцим first appeared on Краснодарские известия.