"Желания возвращаться в "Зенит" нет - отношения испорчены". Интервью Кокорина в "Красаве"
Евгений Савин съездил в Сочи и сделал выпуск, в котором по душам поговорил с Александром Кокориным — о запрете играть, зарплате в «Зените», переходе в «Сочи» и Путине на аватарке в инстаграме. Ниже — самые интересные вырезки.
О запрете играть в первой части сезона
«У меня есть видение, что «Зенит» не до конца честен со мной. Я уверен, что это большая вероятность, потому что есть странная история с заявкой. Как отклонили заявку, можно было спокойно написать апелляцию. Юристы говорили, что это обжалуется неделю. Можно было хотя бы попытаться. Все говорят: «А что тут такого? Тут две-три минуты». «Зенит» потом говорит: «Нет, мы этого делать не будем».
О зарплате в «Зените»
«Я требовал у «Зенита» 4 млн евро в год? Это неправда. Готов спокойно был играть до мая, выиграть чемпионство, играть в Лиге чемпионов. Ничего не выпрашивал. Суммы мифические. Хочешь пушку? С сентября, когда у меня появился этот контракт, мне ни разу не выплатили 18 тысяч рублей зарплаты. Якобы показать, что я такой плохой, что сидел. Не они все это придумали, а я это им руки выкручивал по поводу контракта».
О переходе в «Сочи»
Я знал о том, что Ротенберг и руководство «Зенита» об этом говорят. А когда проснулся — прочитал, что договорились. Постфактум я узнал об этом из прессы. Первый раз, когда я позвонил и сам общался, мне тоже было непонятно, как возможно, что без ведома тренера отдают игрока. Сказал: «При всем уважении, при чем тут руководство, если тренеру это нужно?» Они говорят: «Так получается, что сейчас не все решает тренер». Ситуация неприятная для Семака. Он не говорил, но по нему видно: «Я главный тренер, но меня не ставят в курс дела».
О возможном отъезде в «Марсель»
«Про «Балтику» — бредни. Я хорошо дружу с их командой. С руководством не так хорошо. На этой волне все кому не лень хайпились. Заходишь, видишь фамилию Кокорин — самому блевать охота. Единственный клуб, который был от меня, — как раз «Марсель». До 6 декабря мне нельзя было покидать страну. Я должен был быть по месту жительства. Когда история пошла, я написал Виллаш-Боашу. Говорю: «Сейчас готов, потому что «Зениту» я не нужен на вторую часть сезона. Очень хотел бы поехать к вам». Он сказал: «Это супервариант, но мы не можем сейчас платить за трансфер. Узнаю у «Зенита», это будет покупка или аренда». Я говорю, что в идеале была бы аренда. Они связались с «Зенитом». Сказали, что «Зенит» не заинтересован меня отдавать. Получается, целенаправленно отказали, чтобы отдать в «Сочи».
О возвращении в «Зенит»
«На данный момент желания возвращаться при этом руководстве вообще нет. Отношения у нас испорчены. И смысла я не вижу. Ходить и друг другу улыбаться, будто ничего нет». (В итоговой видеоверсии интервью данный абзац не вошел, но в текстовом варианте, который предоставила редакция «КраСавы», он присутствовал. — Sport24).
О Путине
«На аватарке в инстаграме его точно не будет. Отношение к нему не изменил. Понимаю, что об этой ситуации он знал, в системе об этом знали. Не скажу, что были какие-то звонки. Если бы хотели сделать по-другому — сделали бы. Если бы аппарат президента был настолько заинтересован, чтобы Кокорин не продолжал карьеру — думаю, по УДО Кокорин бы никогда не вышел. Тут я вышел. Пять месяцев прошло, но история продолжается».
Подписывайтесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене