«Русские давно уже должны были выдохнуться!»
После поражения под Сталинградом в надежном бункере «Вольфшанце» фюрер выслушивал доклад начальника генштаба Курта Цейтлера о положении на Восточном фронте. «Положение у Нижнего Донца еще больше обострилось. Курск, Харьков и Ростов — под непосредственной угрозой. На Кубани положение стало крайне критическим. Основные силы наших войск на Кубани находятся под угрозой быть отрезанными». На картах, принесенных начальником генштаба, трудно было найти линию фронта: всюду окружения, вклинивания и прорывы русских. Скорость советского наступления поражала:
— От Сталинграда до этого пункта почти 500 километров. Откуда русские берут такие силы? По моим расчетам, они давно уже должны были выдохнуться. Я этого не понимаю, — недоумевал фюрер.
Потом он неожиданно впадал в ярость:
— Эти генералы! Хоть бы они взрывали все при своем отступлении! У меня такое чувство, что они бегут без оглядки, оставляя многое русским в неразрушенном виде. Я требую, чтобы все было разрушено и сожжено! Каждый дом!
Цейтлер успокоил фюрера: приказы уничтожать все на пути отступления, конечно же, выполняются.
Это было действительно так. Армейский корпус СС, прикрывающий Харьков, под натиском советских войск вынужден был отступить. В докладах командования советских частей отмечалось: эсэсовцы в точности выполняют приказ Гитлера. «Отступая, части СС чинили невероятные зверства по отношению к мирному населению: убивали мужчин, стариков и детей, взрывали и разрушали все промышленные постройки и жилые дома в городах, сжигали целые села».
Не отставали от эсэсовцев и солдаты вермахта. «При отступлении из Курска, — вспоминал обер-ефрейтор 9-й танковой дивизии Арно Швагер, — мы получили приказ все оставляемые нами пункты сжигать. Если городское население отказывалось оставлять свои дома, то таких жителей запирали и сжигали вместе с домами».
Но удержать наступающую Красную Армию это не могло. Под угрозой нового окружения 14 февраля немцы отступили из Ростова; еще через два дня советские части вошли во вторую столицу Украины — Харьков.
На следующий день после потери Харькова, 17 февраля, Гитлер прилетел в ставку командующего группы армий «Юг» фельдмаршала Максимилиана фон Вейхса, в Запорожье. Но только фюрер начал совещание, как в комнату ворвался его адъютант.
— Русские танки появились у аэродрома Запорожья! Надо спешить!
На самом деле танкисты 1-й гвардейской армии находились в 60 километрах от города; однако после трехмесячного непрерывного наступления от русских ждали всего что угодно. Скомкав совещание, Гитлер немедленно улетел в свою ставку под Винницей. Там он назначил генерал-майора Штахеля комендантом Запорожского укрепрайона. Штахель был известен своей безжалостностью к местным жителям; именно потому на него и пал выбор фюрера.
— Летите туда немедленно, — сказал Гитлер. — Запорожье вы должны держать! Стяните всех солдат на позиции! Сгоните все русское население и заставьте их строить укрепления так, чтобы у них из-под ногтей брызгала кровь!
— Какие я имею полномочия? — спросил генерал.
— Все! — ответил фюрер. — Делайте все, что хотите. Не допускайте никаких сентиментальностей!
Обыкновенный фашизм:
Источник: Дюков А.Р. За что сражались советские люди. «Русский НЕ должен умереть». — М.: Яуза, Эксмо, 2007
— От Сталинграда до этого пункта почти 500 километров. Откуда русские берут такие силы? По моим расчетам, они давно уже должны были выдохнуться. Я этого не понимаю, — недоумевал фюрер.
Потом он неожиданно впадал в ярость:
— Эти генералы! Хоть бы они взрывали все при своем отступлении! У меня такое чувство, что они бегут без оглядки, оставляя многое русским в неразрушенном виде. Я требую, чтобы все было разрушено и сожжено! Каждый дом!
Цейтлер успокоил фюрера: приказы уничтожать все на пути отступления, конечно же, выполняются.
Это было действительно так. Армейский корпус СС, прикрывающий Харьков, под натиском советских войск вынужден был отступить. В докладах командования советских частей отмечалось: эсэсовцы в точности выполняют приказ Гитлера. «Отступая, части СС чинили невероятные зверства по отношению к мирному населению: убивали мужчин, стариков и детей, взрывали и разрушали все промышленные постройки и жилые дома в городах, сжигали целые села».
Не отставали от эсэсовцев и солдаты вермахта. «При отступлении из Курска, — вспоминал обер-ефрейтор 9-й танковой дивизии Арно Швагер, — мы получили приказ все оставляемые нами пункты сжигать. Если городское население отказывалось оставлять свои дома, то таких жителей запирали и сжигали вместе с домами».
Но удержать наступающую Красную Армию это не могло. Под угрозой нового окружения 14 февраля немцы отступили из Ростова; еще через два дня советские части вошли во вторую столицу Украины — Харьков.
На следующий день после потери Харькова, 17 февраля, Гитлер прилетел в ставку командующего группы армий «Юг» фельдмаршала Максимилиана фон Вейхса, в Запорожье. Но только фюрер начал совещание, как в комнату ворвался его адъютант.
— Русские танки появились у аэродрома Запорожья! Надо спешить!
На самом деле танкисты 1-й гвардейской армии находились в 60 километрах от города; однако после трехмесячного непрерывного наступления от русских ждали всего что угодно. Скомкав совещание, Гитлер немедленно улетел в свою ставку под Винницей. Там он назначил генерал-майора Штахеля комендантом Запорожского укрепрайона. Штахель был известен своей безжалостностью к местным жителям; именно потому на него и пал выбор фюрера.
— Летите туда немедленно, — сказал Гитлер. — Запорожье вы должны держать! Стяните всех солдат на позиции! Сгоните все русское население и заставьте их строить укрепления так, чтобы у них из-под ногтей брызгала кровь!
— Какие я имею полномочия? — спросил генерал.
— Все! — ответил фюрер. — Делайте все, что хотите. Не допускайте никаких сентиментальностей!
Обыкновенный фашизм:
Источник: Дюков А.Р. За что сражались советские люди. «Русский НЕ должен умереть». — М.: Яуза, Эксмо, 2007