Армянин дал взятку и – попал на "русскую СВО", решила мстить за мужа, оказавшись под Курском: Этих людей изменила война

Война, как любой катаклизм, всегда обнажает суть человека, вскрывает его, как нож консервную банку, и выходят на свет божий истинные устремления. Поразительные истории СВО – в материале "Новороссии".

Автор: Наталья Залевская

"Зэки" вернулись всем отрядом

Бывает так, что в миру это обычный человек, ничем непримечательный, а на фронте ведет себя геройски. Об одном таком случае рассказал мне знакомый военкор. Поехал он к танкистам, у них экипаж из бывших "музыкантов". Давно  отмыли эти люди свои грехи, получили свободу, много денег, награды. Вернулись домой – отдыхай. Но подумали и решили всем отрядом вернуться. Их изменила война.

Когда военкор, многое повидавший за эту войну, рассказывал эту историю, то объяснил:

Возвращаются лучшие, понимаешь, пусть даже отсидевшие. На гражданке бывает, оступился человек, и понесло его не туда, но внутри-то он настоящий. И война вдруг раскрывает в нем эту грань, хотя он о ней даже не подозревает.

"Как учить, если сам не испытаю"

Вот история про наводчика на "Акации" Игоря. Он боец умный, имеет аж три образования. Юрист – по первому, учитель истории – по второму. И еще – факультет госмуниципального управления в МГУ. Но пошел добровольцем, сказал всем:

Я тут подумал, как могу учить детей истории, не приняв личного участия в переломном историческом моменте, который переживает вся Россия. Даст Бог, выживу и лучше всякого учебника расскажу детям правду.

"Хочу теперь на фронт"

Есть истории, полные трагической любви. Это чувство тоже имеет место на войне. Когда началось вторжение ВСУ в Курскую область, город стал быстро наполняться беженцами и военными. Были там и военкоры. Подсела к ним в гостинице молодая женщина:

Я тут в Курске первый день, кругом сирены воют, ничего не понятно, можно с вами посижу?

Разговорились, оказалось, она из Ростова, приехала к жениху, он военный. Отпросился, чтобы повидаться с ней три дня и расписаться. Приехала туда, где он проходит службу, да еще в такое время, когда начались боевые действия в приграничье.

А жених служил в пехоте гранатометчиком и был старше ее на 30 лет. А она замучила всех рассказами, какой он у нее классный, воевал в Чечне, потом был капитаном рыболовецкого судна на Камчатке и вот записался добровольцем на СВО, как только узнал о вторжении под Курск.

На следующее утро приехал сам жених. Хороший мужик, работяга. Тоже по уши влюбленный в свою невесту. И не мудрено, она была романтична по-юношески, а он – повидавший жизнь.

Жених много рассказывал военкорам про рыболовный флот на Дальнем Востоке, смеялся, что не может найти себе хорошие военные ботинки 45-го размера. Они с невестой экстренно расписались в курском загсе, вернулись в отель. Военкоры пили с ними шампанское и радовались их счастью. А через пару недель она позвонила им и сообщила, что ее мужа больше нет. Погиб, а она улетела на Камчатку ждать, пока привезут тело.

Сокрушалась, что не успели они сделать ребенка, хотя очень мечтали об этом.

А еще вдова попросила помочь ей по контракту или добровольцем пойти на войну. Ее не стали разубеждать.

На войне много подруг наших бойцов, которые работают на ЛБС санитарками, связистками, пилотами БПЛА и даже снайперами. Некоторые принимали такое решение после известия о гибели своих мужей, хотели отомстить врагу.

Искал на сосне диверсантов

Однажды встретили военкоры в казачьей части одного колоритного священника, отца Василия, откуда-то из сибирской глубинки. Был он  молод и женат. Рассказывал, что в тылу у него есть матушка с тремя детьми. А сам он пошел на СВО для духовной поддержки бойцов.

Без причастия и молитвы любой человек под бесом ходит, потому как не имеет возможности наполнять свое духовное тело Благодатью, но, если в миру можно пойти в храм, на войне этого не сделаешь, поэтому я здесь,

– припомнил военкор слова священника.

Отец Василий еще и в разведку сходил с боевой группой без оружия: священникам запрещено. А один раз залез на верхушку сосны, чем вызвал смех у бойцов.

Я там пытался сверху высмотреть позиции вражеских дроноводов и диверсантов.

Смешно выглядело, хотя он тоже рисковал…

Дед стрелял в наши дроны

Вспомнился еще один трагикомический случай. Один раз заехали военкоры с бойцами в почти стертую с лица земли боями курскую деревню. Никого там не было, только один старый дед с ружьем. Он сказал, что остался воевать с ВСУ и решил их дроны сбивать.

Только чуть наши дроны не подстрелил. Они вдоль улицы по низу пролетали, прежде чем взлететь вверх, получалось, что недалеко от его дома. А дед палил по всему, что летает, пока бойцы не нашли "засаду".

"Я – армянин, воюю за Россию"

Сильно запомнилась военкорам встреча с бойцом с позывным "Русский". Познакомились с ним в полуразрушенной прифронтовой деревне.

Скинув ботинки, мы засыпали на его нарах в тесном подвале, извиняясь за грязные ноги. Он смеялся и говорил, что солдата грязными ногами не удивить.

"Русский" был армянином, хотя родился в России, но семья вернулась в Ереван, где парень закончил вуз. После учебы опять уехал в Россию, потому что на родине его постоянно упрекали, "типа он теперь русский".

Имел этот боец зрение минус три, и говорит, дал взятку в военкомате, чтобы попасть на "русскую СВО". Сказал, что Россия в опасности, потому и пошел…

Только на войне можно встретить таких искренних и бесстрашных людей. И благодаря им мы обязательно победим.