Нагревающиеся петлички и нагрузки на позвоночник: актриса Ирина Рахманова — о трудностях на сьемочной площадке

Премьера сериала «Полюби меня снова» вышла в эфир телеканала «Россия». Одну из ярких женских ролей в проекте сыграла Ирина Рахманова. «Вечерняя Москва» побеседовала с актрисой.

По сюжету у главной героини Люды Куприяновой (актриса Марина Коняшкина) и ее мужа Павла (Ян Ильвес) пропадает приемный сын. Одной из тех, кто помогает организовать поиски, становится Саша, которую сыграла Ирина Рахманова. С этой работы и начался разговор.

— Ирина, в сериале затрагивается тема поисковиков. В последние годы она громко звучит на экранах. Как вы к этому относитесь?

— Людям нужны истории про то, как бороться с вещами, которые нас пугают. А пропажа людей, детей — один из самых больших страхов. Жаль, что эта тема актуальна. Поисковики — самоотверженные люди, которые свой адреналин и энергию направляют в нужное русло. Причем делают это как волонтеры, тратя на эту важную и нужную деятельность — свое свободное время.

— Какова ваша героиня Саша? Чем она близка вам?

— Саша из числа людей, которым вечно что-то надо. Она живет, помогая другим. В этом ее сущность. То, чем она занимается, полезно для других, но не всегда для нее самой. Ведь она и в своей семье постоянно стремится кого-то спасать. А у этого порой бывают и неприятные последствия. Ей все надо делать правильно и хорошо, и она прикладывает к этому максимальные усилия, но не всегда все получается. От других требует того же. Саша видит мир черно-белым, без оттенков серого. Она близка к тому, чтобы «причинять добро и наносить справедливость».

— Кажется, она перфекционистка. А вы? И как бороться с перфекционизмом?

— Я могу быть чудовищной перфекционисткой, например в работе. Всегда выкладываюсь на сто процентов, где бы ни снималась: в авторском кино, телевизионном сериале, в коротком метре... Не даю расслабляться ни себе, ни другим. К тому же, мне очень интересна организация кинопроцесса, то как работают все цеха. Я с молодости в перерывах красила с художниками скамейки на площадке, наблюдала за работой режиссеров монтажа... Но с излишним перфекционизмом я борюсь. С опытом пришла к пониманию того, как классно доверять людям, как здорово, когда каждый хорошо делает свою работу. Я научилась сужать фокус внимания на своих задачах и не высказывать личного мнения, пока его не спросят.

— Помните, когда у вас появилось желание знать о кинопроизводстве как можно больше?

— Наверное, еще в школе, когда я проводила время со своим братом и его друзьями в Московском театре юного зрителя, где он работал осветителем. Кстати, Борис и сейчас работает со светом в кино. Ну а тогда я могла просто общаться, тусить, но при этом мне было интересно поучаствовать в процессе: и я наматывала провода, сидела в ложе с аппаратурой и «вела» (поддерживала порядок проведения. — «ВМ») спектакль. Это было страшно интересно!

— А сейчас вы играете в театре?

— К сожалению, нет. У меня было два спектакля: «Проявления любви» и «Лавстория» в «Другом театре». Но мы уже давно их не играем. А жаль. Я люблю театр, к тому же он дает столь редкое в актерской профессии чувство стабильности.

— Возвращаясь к «хочу все знать»: спустя столько лет работы в кино осталось ли что-то непознанное вами?

— Конечно! Что-то новое возникает постоянно. Взять хотя бы технику. Сейчас обсуждают появление микрофонов размером с пуговицу, которые крепятся на одежду. И это просто чудо. Вы даже не представляете, как неудобно ходить с петличками: летом они нагреваются, зимой холодят, проводки вечно за что-то цепляются. А тут прикрепил — и забыл. Или вон сушильную камеру придумали для костюмеров. А до этого сколько фенов было сожжено в полевых условиях! Или камеры. Раньше стадикамщики (операторы, которые используют специальную камеру для съемки движения. — «ВМ») очень рано уходили на пенсию из-за большой нагрузки на позвоночник. Когда мы в 2000 году снимали «Ехали два шофера», еще на пленку, я попросила померить стадикам — и чуть под землю не ушла, надев обвес. Вместе с камерой оператору приходилось носить на себе килограммов по 60. А спустя всего пару-тройку лет, на съемках «Виолы Таракановой», у меня уже была облегченная конструкция с очень маленькой камерой, с которой я бегала, ездила на велосипеде, когда мы снимали «субъектив». Так что всегда есть что узнавать.

— Многие зрители знают вас по детективным сериалам: «Виола Тараканова» и «Соколова подозревает всех». Они чем-то схожи?

— Они невероятно разные. «Виола...» (сериал выходил в 2004–2007 году. — «ВМ») была моей третьей главной ролью, еще в начале жизненного пути. А «Соколова...» идет сейчас. Кстати, Ульяна Соколова появилась как персонаж еще в сериале «Детектив на миллион», а позже получила свой отдельный сериал. Эта история ближе к реальности. А когда мы начинали снимать «Виолу...», наш режиссер и мой друг Владимир Щегольков много фантазировал, придумывал. У нас были рисованые комиксы, создавался некий иррациональный мир в этакой параллельной вселенной.

— Недавно в СМИ прошла информация, что вы вернетесь к своей роли в продолжении мелодрамы «Питер FM». Можно узнать подробности?

— С удовольствием узнала бы их тоже (улыбается). Потому мне самой о том, что я появлюсь в продолжении, стало известно из прессы. Пока никто ко мне с этим предложением не обращался. Да и от ребят я подобного не слышала. Если предложение поступит, тогда будет о чем говорить. Прежде чем давать ответ и уж тем более это как-то оценивать, сначала надо увидеть материал.

— Ваш кинодебют состоялся в фильме «Брат-2» Алексея Балабанова. Каким был этот режиссер?

— Я всегда говорю, что, если бы не Алексей Октябринович, не знаю, как бы сложилась моя жизнь. Работать у него на площадке было настоящим праздником человеческих отношений, он ко всем относился равно, никого не выделяя. На меня это произвело мощное впечатление.

Балабанов обгонял время. Сколько у него картин, и все они такие разные! Это большая редкость, когда у режиссера столь разноплановая фильмография. По-моему, Алексея Октябриновича развлекало брать в работу то, чего от него не ждут. При этом все его фильмы очень личные. Во всех, какими бы они ни были, много его самого. Мне кажется, только когда человек вкладывает очень много «себя» в то, что делает, это так попадает в аудиторию.

— «Найти своих и успокоиться,» — фраза из его фильма. Какие они, ваши «свои»?

— Я очень люблю в людях честность. Но не бестактность, когда рубят «правду-матку». Мне кажется, если люди становятся близким кругом — друзьями, семьей, — то здесь нужно быть честным всегда. Очень люблю чувство юмора. Люблю умных людей. Мне нравится кидаться словами и играть в словесный пинг-понг. И очень важно, чтобы можно было с человеком поговорить, а иногда и помолчать обо всем.

— О чем вы сейчас мечтаете? От чего хотели бы избавиться?

— Я много о чем мечтаю. Мечтаю, чтобы у меня была такая работа, когда с нетерпением ждешь каждый следующий день, даже проработав до этого 16 часов и засыпая полностью вымотанной. Мечтаю, чтобы мой ребенок был здоров и счастлив. И чтобы все люди в мире были здоровы и счастливы. А избавиться хотела бы от вредных привычек. И еще от цинизма, которого так много в нашей жизни.

Досье

Ирина Рахманова родилась 6 августа 1981 года в Юбилейном (сейчас Королев). Окончила Международный славянский институт имени Г. Р. Державина, курс Людмилы Ивановой. Дебютировала в кино в 2000 году в фильме «Брат-2». Сейчас в ее фильмографии около 50 работ, включая: «Пассажиры», «Батальонъ», «ЖARA» и другие.