Судьба раненых русских солдат после Бородинской битвы. Что не афишируют
Кутузову удалось невероятное: он переиграл великого Наполеона. Основное сражение было под Бородино. Французы наступали, русские защищались. При этом потери последних были больше, а среди генералов наоборот. Но армии русских удалось не разбитья на отдельные части. Она оставалась целостной, с ней была артиллерия. На подходе к Можайску царил полный порядок. Правда, французам удалось захватить древнюю столицу, но другие планы выполнены не были. Солдаты были подавлены, война обещала длиться еще долго. А нормального сражения не было. Кутузову удалось переиграть амбициозного Наполеона. Вот только самого Кутузова это не радовало, и он думал оставить столицу, чтобы не потерять армию. Генералы чувствовали победу, готовились к новым сражениям. Место будущего боя посетил сам Барклай де Толли, который предсказал поражение. За выход из столицы в итоге высказались большинство. Армия вновь отправилась в глубь, Наполеон недоумевал.
В битве под Бородино погибло 40 000-45 000 русских и 35 000-40 000 французов. В 1813 г., когда убирали поле, вывезли более 67 000 трупов людей и 36 000 лошадей. Но сколько останков уничтожили звери?
А что делали с ранеными? В конце сражения уставшие доктора покинули Можайск, медицинской помощи не было. Горели сигнальные огни, как маяки для тех, кто мог двигаться. Раненым, как могли, помогали и отправляли по дороге. На транспорте перемещали армейское имущество. О тех, кто остался лежать, не думали. Говорят, что на протяжении 7 дней, на поле обнаруживали живых. А в первую ночь воздух сотрясали крики, постепенно затихающие. По всей можайской дороге были тела. В столице на момент ухода армии насчитывалось 15 000-20 000 раненых, оставленных французам. Помощи им не было. А после сожжения города французы спасались сами. В этом огне погибло много раненых русских. По некоторым сведениям 10 000–20 000 человек.
Кстати, Кутузова не обвиняли в том, что он оставил в городе много раненых. Это было нормальным, так как все было во имя великой цели. А вот сдачу Москвы не простили.