Адвокат пилота рухнувшего SSJ-100: Он обязан был принять решение о немедленной посадке

В Химкинском городском суде слушается дело о крушении в аэропорту Шереметьево самолета SSJ-100.

Сегодня в Химкинском городском суде слушается дело о крушении в аэропорту Шереметьево самолета SSJ-100, который следовал 5 мая 2019 года из Москвы в Мурманск. Вскоре после вылета в него попала молния, тогда командир воздушного судна решил вернуться в аэропорт. В результате жесткой посадки самолет загорелся. Погиб 41 человек.

В деле обвиняемым выступает командир Sukhoi Superjet 100 Денис Евдокимов, управлявший самолетом в момент катастрофы. Прокурор настаивает на квалификации действий пилота с формулировкой «нарушение правил безопасности при эксплуатации и управлении воздушным судном» по ч. 3 ст. 263 Уголовного кодекса. Мужчине грозит до 7 лет лишения свободы. Второму пилоту обвинение не предъявлено. Он находится в статусе свидетеля.

За что судят Евдокимова

В основу дела, возбужденного 2 октября 2019 года Следственным комитетом в отношении Евдокимова, положены доказательства из предварительного отчета о расследовании. Его 14 июня 2019 года опубликовал Межгосударственный авиационный комитет.

Посадка SSJ-100 произошла с тремя последовательными касаниями взлетно-посадочной полосы с сильными перегрузками. Прокурор считает, что в момент первого касания (в 18.30 по московскому времени) у SSJ-100 не было повреждений, которые бы препятствовали аварийной посадке. Также между действиями первого пилота и разрушением, возгоранием самолета и гибелью людей есть прямая причинно-следственная связь.

Во время второго касания со сверхнормативным импульсом шасси подломилось, во время третьего касания произошло разрушение кессона крыла, где находилось топливо.

Как отмечает прокурор, пилот Евдокимов прошел обучение по программе периодической тренировки летного состава FAR-121 (раздел Federal Aviation Regulations о воздушном судне), но полученные навыки и знания при управлении самолетом в момент посадки применил неправильно. В раздел учебной программы входит обучение пилотов ручному управлению, в том числе парированию повторных отделений и управлению на низких скоростях при потере индикации скорости.

Как защищается Евдокимов

Из данных самописцев видно, что за минуту до первого касания самолетом взлетно-посадочной полосы пилоты знали о неправильном заходе на посадку. Они должны были сделать повторный заход.

Свою вину Евдокимов не признает. По мнению адвоката пилота, после удара молнии командир самолета обязан был принять решение о немедленной посадке, поскольку дальнейшее нахождение в воздухе грозило каскадным нарастанием отказов в системах воздушного судна. Стандартное выполнение правил могло привести к гибели всех, кто находился на борту. Сейчас защита Евдокимова считает, что в деле собрано недостаточно доказательств, чтобы объяснить, что действия пилота были верными.

Прокурору значительно легче доказать причинно-следственные нарушения инструкций КВС и гибель пассажиров, чем защите — потенциальную гибель всех пассажиров при уходе самолета с посадки на второй круг или при более мягком управлении 25-тонным SSJ-100 в ручном минимальном режиме.

Как расследует инцидент МАК

Межгосударственный авиационный комитет начал расследование инцидента 5 мая 2019 года. Для обеспечения объективного расследования в состав комиссии включены представители Франции, Германии и США.

Комиссия не выявила технических неисправностей воздушного судна до аварии (см. прилагаемый отчет) и установила, что в течение шести лет до аварии зарегистрировано 16 попаданий молнии в SSJ-100. Во всех случаях до катастрофы не доходило. В семи случаях повреждений не было, а в остальных потребовался легкий ремонт. Не называя имен, в своем промежуточном отчете МАК указывает на ошибки командира воздушного судна. Экспертиза происшествия не завершена, итоговый отчет пока не опубликован.