К вопросу: что движет внешней политикой России? Идеология или прагматизм?

Разумеется, вопрос не праздный. Он всплывал ранее. Возникает он и сегодня.

В последнее время на него краткий и однозначный ответ был дан в двух примечательных заявлениях на высшем и высоком уровне. Такой ответ содержался в выступлении Президента России В.В. Путина на заседании Валдайского дискуссионного клуба 21 октября и в выступлении министра иностранных дел С.В. Лаврова на 29-й Ассамблее СВОП 2 октября этого года.

Разъяснение было простое: внешняя политика России строится не на принципах идеологии, как это было раньше, а на принципах прагматизма.

В последнее понятие входят:

1) принцип первостепенной защиты национальных интересов России, ее союзников и друзей;

2) принцип реального восприятия международной обстановки и внешней политики зарубежных государств;

3) адекватная оценка внешних угроз военно-политического характера;

4) принцип сохранения баланса интересов и выход на баланс разумных компромиссов;

5) отказ от предлагаемого Соединенными Штатами и НАТО в целом выборочного сокращения одних видов наступательных и оборонительных вооружений при сохранении других, на которые не распространяются международные договоренности.

В частности, руководитель российской внешнеполитической службы в названном выступлении в СВОП прямо заявил: «… идеологизация внешней политики – это проигрышный путь»; «В отличие от США … у нас нет идеологических пристрастий, табу в отношениях с зарубежными партнерами. Это является нашим методологическим, практическим преимуществом… ».

В силу сказанного полемика по вопросу: «Что лежит в основе нынешней российской внешней политики: идеология или прагматизм?» представляется излишней и надуманной.

Автор: В.П. Козин