Клуб «Валдай» на Global Town Hall-2021: политика России в Афганистане и актуальность опыта холодной войны для АТР

Эксперты клуба «Валдай» во второй раз приняли участие в конференции Global Town Hall, организуемой Внешнеполитическим сообществом Индонезии. Global Town Hall – это открытая виртуальная платформа, создающая пространство для общения мировых лидеров и интеллектуалов с представителями гражданского общества.

Лана Раванди-Фадаи, старший научный сотрудник Института востоковедения РАН, доцент кафедры современного Востока факультета истории, политологии и права РГГУ, представила российский взгляд на ситуацию в Афганистане в ходе сессии «Будущее Афганистана и его воздействие на региональную безопасность». Она подчеркнула, что нейтральный статус России, не участвовавшей в двадцатилетней войне в Афганистане, даёт ей преимущество как посреднику, но при этом Москва вынуждена учитывать интересы соседних стран. В Центральной Азии ей приходится балансировать между интересами Таджикистана, активно настроенного против талибов , и Узбекистана, готового с ними взаимодействовать. Россия осознаёт, что ситуация требует переговоров между всеми сторонами, невзирая на идеологические разногласия.

Одна из основных угроз стабильности, по словам Раванди-Фадаи, заключается в том, что ряд акторов как внутри Афганистана, так и за его пределами по-прежнему хотят войны и считают её выгодной. Россия пытается выступить в качестве медиатора и склонить стороны к компромиссам и отказу от провокаций. При этом эксперт указала, что нестабильная ситуация в Афганистане может создавать для России угрозы безопасности. «Между нами нет океанов, поэтому проблемы Афганистана могут легко могут стать проблемами для России», – отметила она.

Директор клуба «Валдай» по научной работе Фёдор Лукьянов выступил на сессии «Геополитика соперничества и союзов: как далеко зайдёт стратегическое соперничество и каковы шансы на сближение?», фокусировавшейся на ситуации в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Он отметил, что Россия одновременно и часть этого региона, и дистанцирована от него – не географически, а ментально. Её политическое мышление до сих пор слишком западоцентрично. Говоря о том, насколько опыт американо-советского противостояния времён холодной войны может быть актуален для американо-китайского противостояния в регионе, он подчеркнул, что стабильность холодной войны основывалось на ядерном сдерживании и взаимном гарантированном уничтожении. Теперь Азии придётся привыкать к тому, что речь идёт именно о таких ставках, о которых мир за последнее время успел забыть.

Лукьянов также указал на важное различие между холодной войной и современным положением дел. Холодная война была идеологическим конфликтом, но обе борющиеся идеологии основывались на западной философии и исходили из общей культурной парадигмы. Сейчас возможно, мы имеем дело со столкновением культур, что заметно осложняет ситуацию. Америке и Китаю следует учиться понимать друг друга, резюмировал он. Ещё одно важное различие, по мнению Лукьянова, заключается в том, что если во время холодной войны более слабые страны были вынуждены выбирать сторону, то в нынешнюю эпоху упадка универсализма они, вероятно, будут всячески стараться избегать выбора и подчинения чужим правилам. 

В заключение он отметил, что одной из главных жертв периода после холодной войны стало доверие в международных отношениях. Этот период породил иллюзию перехода к новому мироустройству, но он закончился, и теперь международные отношения снова работают так, как они работали с незапамятных времён. Доверие в такой ситуации должно строиться на реализме, честности и откровенном обсуждении баланса сил и военных вопросов, полагает Лукьянов. Китай и США, как ключевые акторы в регионе, должны серьёзно отнестись к этим переменам и перестать считать, что экономическая взаимозависимость может защитить нас от войн.