Эксперты в студии МК ТВ разрушили миф о пастереллезе и рассказали, что на самом деле ведет к изъятию скота

В Новосибирской области продолжается изъятие скота у местных жителей. Очевидцы сообщают, что процедура проходит на основании документа для служебного пользования, а официальной версией называется пастереллез. Жители утверждают, что скот был вакцинирован, условия содержания соответствовали нормам, и настаивают на несоразмерности мер. Главные вопросы: каков истинный диагноз и почему потребовалось именно изъятие?

Для анализа ситуации в студию 365NEWS ТВ мы пригласили экспертов. Фото: Геннадий Черкасов тестовый баннер под заглавное изображение

О болезни

Президент Национальной ветеринарной палаты Екатерина Рачинская обратила внимание, что точной информации о заболевании скота в Новосибирской области на данный момент нет. Исходя из теоретических данных, она отметила: пастереллез — это бактериальная инфекция, которая не входит в перечень особо опасных болезней, требующих обязательного изъятия и убоя животных. Заболевание лечится антибиотиками. Кроме того, пастереллез нельзя назвать высококонтагиозным (сверхзаразным) заболеванием. Однако, есть аспект, который стоит учитывать.

— Решение о лечении принимается уже исходя из экономической целесообразности, потому что мы говорим о продуктивных животных. И, конечно, вылечить пастереллез можно, он лечится антибиотиками, причем достаточно широким спектром антибиотиков, но это не всегда экономически целесообразно. Соответственно, это решение принимается на месте, — отмечает эксперт.

Кандидат биологических наук, главный специалист Института имени Северцова Анна Шубкина добавила, что скот подлежит изъятию и уничтожению только при вспышках особо опасных инфекций. Пастереллез же является фоновым заболеванием, и в нормативных документах, по её словам, при таком диагнозе не предусмотрено выставление блокпостов на въездах в населенные пункты. Убой при пастереллезе в первую очередь регламентирован для птицы.

О противоречиях и неопределенности

Оба эксперта сошлись на том, что в сложившейся ситуации ключевая проблема — отсутствие публичной информации о подтвержденном диагнозе. Рачинская напомнила, что в России существуют ветеринарные правила, согласно которым информация о лабораторном подтверждении диагноза должна оперативно передаваться, а население — оповещаться.

Шубкина отметила, что в интернете сейчас появляются различные версии (ящур, губчатая энцефалопатия- которую еще называют коровьим бешенством- и другие), но задача специалистов опираться на факты. Эксперт призвала не делать поспешных выводов и не нагонять панику.

— Обязанность журналиста – прекращать необоснованную болтовню. Причем, это касается не только журналистов. Меня шокировала таблица, размещенная руководителем областного центра ветеринарно-санитарного обеспечения Новосибирской области, где количество случаев бешенства превышает число населенных пунктов в Новосибирской области. Бешенство — особо опасное заболевание, и населенные пункты никогда не были очагами, а всегда являлись очагами территории. И наконец, число очагов бешенства больше, чем число случаев бешенства, — отмечает эксперт.

Однако официальных заявлений от властей, кроме упоминания «очагов пастереллеза» в высказываниях губернатора, пока не последовало. И пока власть хранит молчание, множатся слухи. Мнение экспертов вы можете послушать в видео на нашем сайте.