«Клади пациентов хоть в коридоры или подсобки»: омский фельдшер скорой призвал задействовать частные клиники в борьбе с COVID-19

Тайга.инфо перепечатывает монолог омского фельдшера скорой Глеба Кириллова из материала «Важных историй» о ситуации с ковидом в российских регионах.

В августе было такое затишье… Мы думали даже, что все, болезнь кончилась, но с наступлением сентября все началось с новой силой.

Сейчас за сутки мы обслуживаем вызовов пять или шесть, если у нас эти «чумные» [коронавирусные] вызовы, а раньше мы обслуживали вызовов 12−15. Чувствуете разницу? Нам-то что, мы люди подневольные, но для здравоохранения это, конечно, большой удар. Да и пациентам с соматическими (любыми телесными) заболеваниями тяжело: никто же не отменял ни инфаркты, ни инсульты, и женщины рожать не перестали.

Но с приходом этой болезни у людей осознанность, что ли, появилась. Перестали вызывать бабушки, не спящие по ночам, которым надо таблетку дать и уложить, алкоголики тоже перестали.

Очень тяжелые случаи иногда бывают у тех, кто выписался. У нас недавно был вызов к мужчине, который четыре или пять дней назад выписался из ковидного стационара. Мазки у него отрицательные, вроде выздоровел, но у него нарисовался фиброз легких (это когда эластичная ткань легких заменяется соединительной тканью), в результате все легкие внутри покрыты хрящом: сколько ни дыши, кислород через хрящики не проходит. Он как бы здоровый, но сатурация (насыщение крови кислородом) у него 55% — а при сатурации ниже 70% человек, например, в кому впадает. Что делать? Мы подняли ему давление, дали подышать кислородом. Пока он был на кислороде, у него сатурация поднялась, как только кислород закончился, сатурация понизилась. Пришлось вызвать реанимационную бригаду, которая опять увезла его в больницу. Но я думаю, что прогноз там не очень благоприятный. Легкие-то ему никто не пришьет новые, в этом вся грусть.

КТ мы часами ждем. Сегодня я стоял с одиннадцати часов ночи до четырех утра, причем передо мной было не очень много машин — порядка шести. Когда я уже достаивал очередь, после меня было еще тринадцать машин. Так долго все потому, что у больницы, куда мы ездим, уже один раз сгорел томограф, и теперь после каждого пациента нужна минимум 20-минутная пауза, чтобы томограф остыл.

С тяжелыми пациентами пропускают, но иногда бывает, что вся очередь из тяжелых. К тому же еще приезжают скорые из района, а они приезжают не с одним пациентом: везут сразу человек пять или шесть. И на каждого человека надо по полчаса.

В больницах часто нет мест. А что поделать? Они же не резиновые. Рано или поздно лимит наступает. Что сделаешь в этой ситуации? Палаток МЧС надуть не получится, скоро в Сибири будет минус 30, люди там жить не смогут. Мы [в случае нехватки мест] домой отпускаем. Не тяжелых, конечно. Если человек уже не может двигаться, мы звоним во все колокола, чтобы нас пустили хоть в реанимационный зал, хоть куда — но чтобы пациента госпитализировали.

Наши коллеги недавно поступили так: взяли и приехали к министерству [здравоохранения] с мигалками. Мне такой жест не понравился, мне кажется, он вне медицинской этики. Но я подозреваю, что там было всё очень плохо, а пациента отпускать тупо некуда, вот они и приняли такое решение. Я же говорю: больницы не резиновые. Клади пациентов хоть в коридоры или подсобки — рано или поздно места закончатся. Ну это я так, для красного словца. В подсобки-то, конечно, не кладут, но в коридоры — да, а почему бы нет? Вы разве не были никогда в больнице? Там люди в коридорах лежат. И не только в инфекционных больницах. Помню, я практику в травматологии проходил, там в коридорах лежали, и ничего.

Статистике я в целом верю. Но понимаете в чем проблема? Я бы и хотел какую-нибудь другую статистику, но источники другой статистики обычно такие «поехавшие»… Лучше верить официальным данным, чем тем, кто панику сеет в народе. Да это и не так важно для скорой, сколько заболело людей: 50 или 200. Это важно только для министерства, а для города-миллионника это ни о чем все-таки.

Я мониторю информацию в пабликах: там кого ни спроси, все знают, что делать. И все знают, что министерство виновато в том, что в больнице нет мест. Но в министерстве тоже не дураки сидят на самом деле, и они стараются. Просто на данный момент мы видим классический кризис капитализма. Вот смотрите: почему у нас в миллионном городе КТ для пациентов скорой помощи делают только в трех местах? Неужто мало всяких платных медицинских центров, в которых стоят эти КТ? Есть места, например, те же [частные клиники] «Евромед» или «Ситимед», которые распространены в нашем городе, но они не хотят терять прибыль и пускать скорые с пациентами, что сильно разгрузило бы поток. Если бы скорые запустили в хоть один «Евромед» с КТ, очередь рассосалась бы мгновенно.

«28 октября обслуживали вызовы за 22-е», «Важные истории», Нина Абросимова, Мария Григорян, 5 ноября 2020 года